Битва за Ориент - Олег Попенков

* * *

– Кёртис, вы меня слышите? – властный голос шефа раздался в телефонной трубке так отчётливо, что полковник даже вздрогнул от неожиданности. Он подскочил в кровати и автоматически бросил взгляд на часы: поздний вечер, почти ночь.

«В такую рань и уже в кабинете?!» – удивился своему начальнику американский разведчик. По его прикидке в Лэнгли в это время должно было быть лишь около семи утра.

– Да, сэр! Я отлично вас слышу.

– Доложите о плане действий!

– Мы начали выступления оппозиции в самом Триполи и в его пригородах ещё в середине мая. Но пока сопротивление, которое оказывают власти, подавляющее. Для поддержки акций оппозиции планируем наступление: 9 июля на западе – из Мисураты на Злитен; 15 июля на востоке – на Брегу и 19 июля на юге из Куфры в направлении на Себху. – Кёртис вытер рукой внезапно вспотевший лоб.

– Почему так долго копаетесь, полковник? – послышался недовольный голос контр-адмирала. – Все эти второстепенные удары следовало нанести недели две назад!

– Но ведь надо же было всё согласовать… – попытался оправдаться подчинённый.

– Ну, хорошо. Только имейте в виду, что главный удар по Триполи должен быть нанесён в первых числах августа, сразу с началом святого для мусульман месяца Рамадан^[48]. В дело вступают британцы из 22-го полка специальной авиационной службы, которые по личному приказу премьера Кэмерона, высадились в Мисурате в полном составе, – продолжал полночный инструктаж подчинённого адмирал. – Эта часть, а также полк десантников-парашютистов из Французского легиона, уже находящийся в Ливии, должны стать основной ударной силой в штурме столицы и устранения Каддафи. Все силы, направленные на штурм Триполи, концентрируются в районе Джебль Нафус, в семидесяти километрах от столицы, откуда и будет совершён бросок. Думаю, вам это хорошо известно. Помните, что операция альянса продлена на три месяца. Поэтому до середины сентября с режимом полковника должно быть покончено. На этот раз ничего не должно сорваться, слышите, Кёртис?

– Да, сэр!

– Надеюсь, вы в курсе итогов состоявшейся в Алжире встречи глав МИД Алжира и Туниса? В своём совместном коммюнике страны потребовали «скорейшего достижения мирного решения по Ливии». Кроме того, и это самое печальное, Париж начинает отыгрывать «задний ход», – адмирал невольно применил морской термин. – Там уже признают «тупиковость» ситуации, и Жюппе вдруг заговорил о том, что Каддафи может остаться в Ливии, если откажется от участия в политической жизни. И это при том, что ранее именно Саркози настаивал на устранении полковника! Вся надежда на вас, Кёртис! Мы не можем проиграть, особенно сейчас, когда войска НАТО уже нанесли непоправимый урон обороноспособности Ливии и наши аналитики предвещают скорое падение режима. Сейчас войска коалиции перенесли свои основные усилия на уничтожение складов продовольствия в Джамахирии. Авиация НАТО «работает» по ним уже более недели. Голод среди местного населения непременно приведёт к недовольству режимом!

В трубке немного помолчали, потом Кёртис вновь услышал голос шефа:

– Мы начали шумиху в СМИ о пропаже в Ливии трёх послов: США, Великобритании и Франции. Понятное дело, что никуда они не пропали, а находятся на повстанческой территории под защитой коалиционных сил. Но надеюсь, что информационное прикрытие вам поможет. Итак, повторяю: наступление на столицу – не позже первой декады августа!

– Да, сэр! – вновь послушно повторил Кёртис, и трубка замолчала, теперь уже окончательно.

* * *

Дорошин медленно переступил через порог палаты, соображая, что делать дальше. Но не успел пройти и двух шагов, как за спиной раздался отчётливый хлопок выстрела, и кто-то тяжёлый стал наваливаться на него сзади.

Павел отскочил в сторону и резко повернулся к двери, готовый вступить в схватку.

«Пакистанец» падал лицом вниз, выронив оружие из рук. А за его спиной, держа пистолет в руке и тяжело дыша, запыхавшись, словно от бега, стояла Сальма.

– Где ты была? – подскочил к девушке Дорошин. – Я думал, тебя похитили!

Он взял девушку за руку и потянул на себя, закрывая за нею дверь в коридор.

– Я пряталась за спиной у Фатимы. Не успели вы уйти, как дверь в палату приоткрылась, и в неё заглянул «пакистанец». Я уже приготовилась к бою, но он входить не стал. И тут же исчез. Я поняла, что он следит за вами, и бросилась к девчонкам. Там, став за их спины, стала наблюдать за тем, что происходит вокруг. Через несколько минут вновь появился «пакистанец» в сопровождении коренастого здоровяка в арабском платье, которое плотно облегало его фигуру, и они вместе проследовали в нашу палату, достав на пороге оружие. Но увидев, что там пусто, быстро ретировались, озираясь по сторонам. Меня не заметили. Затем «пакистанец» что-то сказал здоровяку, и тот куда-то исчез. А сам скрылся за дверью в манипуляционной комнате. Потом я увидела, что вы возвращаетесь, но предупредить вас об опасности уже не успевала и решила, что будет лучше, если останусь на месте.

– Так, понятно. Тот, второй, дежурит у лестничной клетки. Внизу, на выходе из приёмного отделения ещё двое головорезов, которые вчера представились как «родственники» Аиши. Таким образом, всего британцев – четверо, вместе с ликвидированным тобой. – Дорошин поглядел на «пакистанца». – А ты – молодец! Расправилась с этим малым за здорово живёшь. А вот мне так не удалось: он переиграл меня дважды! Давай оттащим его в кровать и накроем покрывалом. Нам же следует действовать без промедления.

Через минуту Дорошин в сопровождении Сальмы, выскочив из двери палаты и постоянно оглядываясь, поспешил в сторону вооружённых телохранительниц Аиши. Те молча расступились, пропуская его к дочери Каддафи.

* * *

– Я хочу передать вам вот это. – Павел протянул сидевшей в кровати Аише медальон отца. – Он получил ваш сигнал о помощи. Я надеюсь, сейчас вам уже лучше?

– Спасибо, – улыбнулась Аиша. – Это всё результат бесконечных волнений последних дней.

Здесь же, в комнате, находилась ещё одна женщина-телохранитель в таких же тёмных очках, как и на других девушках, стоявших у входа в палату, и с таким же невозмутимым, как у них, видом. Она была заметно старше своих коллег по возрасту, стояла у окна, и её лицо оставалось бесстрастным.

«Хамис говорил, что Аиша взяла с собой пять девчонок, – вспомнил Дорошин, прикидывая, – здесь находятся трое из них. Значит, дома, с женой Каддафи и детьми, только двое…»

– Спасибо, – ещё раз повторила Аиша. – Кто вы? – задала она наконец важный вопрос. – Я вас не знаю?