Крымская весна. "КВ-9" против танков Манштейна - Даниил Веков

В общем, уже через двадцать минут стало понятно, что прорваться опять не получится. Надо отходить – иначе от танков ничего не останется. Скрепя сердце, полковник дал сигнал к отступлению…

Майор Небель злорадно ухмыльнулся – этого и следовало ожидать. Его оценка боеспособности румынских экипажей оказалась совершенно верной – очень плохо дрались. Не хватало умения, стойкости, да и просто храбрости… Атака на Арма-Эли успешно захлебнулась.

Но были и свои плюсы: хотя румыны оставили на поле боя немалое количество танков, но и у русских их тоже поубавилось. Война есть война, и потери неизбежны с обеих сторон. Даже при явном превосходстве одной из них. Значит, ему атаковать будет легче.

И Небель приказал наступать. Румыны уже расшатали русскую оборону, можно ее прорвать. Тогда именно мы станем авторами победы… А не какие-то румыны!

Панцеры с черными крестами неспешно пошли к совхозу. Но едва прошли половину пути, как навстречу им полетели дымовые заряды. Это на поле боя выехал КВ-9 майора Дымова.

Расчет был прежде всего на психологический эффект – немцы хорошо запомнили вчерашний бой, может быть, побоятся лезть в дым. Возьмем, что называется, на испуг.

Так и получилось: майор Небель увидел, что поле снова застилается густым дымом, и сразу приказал экипажам поворачивать назад: «Опять засада «Ворошиловых»? Нет уж, спасибо!»

Экипажи охотно выполнили приказ – не хотели лезть под огонь «бронированных колоссов Сталина». В общем, экипажу Дымова даже не пришлось сражаться – панцеры сами отошли. Что же, так даже лучше – сэкономим боеприпасы. Пригодятся еще! Немецкое наступление только разворачивается, сражения предстоят напряженные…

* * *

Гитлер был очень недоволен ходом операции «Охота на дроф» – слишком медленно! А надо как можно скорее завершить ее, чтобы 11-я армия фон Манштейна смогла принять участие в большом летнем наступлении на юге России, где решается исход кампании 1942-го. А может быть, и всей войны. Дивизии генерала очень нужны под Харьковом!

Однако пока о переброске речь не шла: Манштейн прочно застрял в Крыму. Советские армии на Акмонайском перешейке все еще не были разгромлены, Керчь – не взята. Не говоря уже о Севастополе, покорить который не удается уже полгода…

Свое недовольство фюрер прямо высказал начальнику Генерального штаба сухопутных войск Францу Гальдеру. Во время очередного совещания в Ставке он язвительно спросил:

– Почему Манштейн так долго копается с Крымским фронтом? Вы же уверяли, что «Охота на дроф» позволит быстро очистить Керченский полуостров и сосредоточить силы на Севастополе. А после его падения – перебросить армию под Ростов, чтобы разгромить Южный фронт русских…

– На Акмонайском перешейке возникли некоторые трудности, – ответил Гальдер, – русские сопротивляются очень упорно. К тому же у них большое количество танков, что затрудняет продвижение наших войск. Но в целом операция на Керченском полуострове развивается успешно, наши части уже углубились на тридцать километров и вышли к Турецкому валу. Советские 47-я и 51-я армии фактически отрезаны от штаба фронта в Ленинском, 44-я армия беспорядочно отступает. Для закрепления успеха нам нужна еще одна неделя… К сожалению, у Манштейна велики потери в технике и в личном составе, в том числе и среди офицеров. Позавчера мне сообщили, что погиб полковник фон Гроддек, командующий моторизованной бригадой. Получил тяжелое ранение и скончался. Пришлось возложить управление на полковника Раду Корне.

Фюрер поморщился:

– На этого тщеславного румына?

– Он опытный и умелый офицер, – возразил Гальдер, – хотя, конечно, замена получилась далеко не равноценной… Но других подходящих кандидатов у нас нет – все опытные командиры заняты в своих дивизиях, бои идут очень тяжелые, отвлекать их неразумно… Полагаю, что полковник Корне справится!

– Посмотрим, – мрачно ответил фюрер. – Лишь бы не получилось, как зимой – когда из-за этих румын чуть не потеряли половину Крыма!

– Генерал Манштейн не допустит этого, – твердо ответил начальник штаба, – он уверенно продвигается вперед и скоро, надеюсь, возьмет Керчь. Дело буквально нескольких дней…

– А русские между тем уже подошли к Харькову! – недовольно произнес Гитлер. – Положение 6-й армии Паулюса очень тяжелое, она срочно нуждается в поддержке. И в первую очередь – в танковой и авиационной.

– Фон Бок вчера вечером связался со мной по телефону, – кивнул Гальдер. – Предлагает временно изъять из группы генерала фон Клейста три или четыре танковые дивизии и с их помощью ликвидировать бреши южнее Харькова. Генерал Вальтер Хайнц недавно был вынужден отступить на десять километров – из-за того, что венгерская охранная бригада генерал-майора Абта не смогла сдержать русских. Теперь между 8-м армейским корпусом и 44-й пехотной дивизией генерала Дебуа – большая брешь, которую требуется закрыть…

– Латание дыр переброской танковых частей ничего не даст, – подумав, возразил Гитлер, – большое расстояние, отсутствие хороших дорог… Создаст лишь лишнюю неразбериху вблизи фронта. Нет, здесь требуется какое-то другое решение… Может быть, лучше ударить под Барвенковский выступ, по 9-й армии большевиков? Что называется – прямо под дых! Вот вам и должное применение танковых дивизий фон Клейста!

Франц Гальдер посмотрел на карту:

– Да, это возможно. И мы сразу окажемся у русских в тылу…

– Вот и отлично! – чуть улыбнулся Гитлер (впервые за все совещание). – Проработайте детали операции. Назовите ее… – фюрер на секунду задумался, – да, «Фридрикус», в честь германского императора Фридриха Первого.

– А как же авиация? – напомнил начальник штаба. – Армии Паулюса необходимо срочное прикрытие с воздуха…

– Хорошо, – согласился Гитлер, – передадим часть 8-го воздушного корпуса фон Ритгофена. Раз вы говорите, что «Охота на дроф» развивается успешно, то можно перебазировать под Харьков одну-две истребительные эскадры. А потом, когда под Керчью все будет кончено, перекинуть и остальные самолеты, прежде всего – бомбардировщики…

Гальдер кивнул:

– Будет выполнено.

Фюрер широко улыбнулся: несмотря на небольшие затруднения, наступление на юге идет успешно. План летней кампании был утвержден на совещании 28 марта 1942 года и оказался очень правильным. Надо завершить освобождение Крыма от большевиков (взять Керчь и Севастополь), а затем, форсировав пролив, перебросить войска на полуостров Тамань. От него до Грозного, с его нефтяными скважинами, рукой подать… А заодно ударим в тыл советским армиям, обороняющим Ростов, поможем группе армий «Юг» генерала фон Бока пересечь Дон и выйти к Северному Кавказу. В перспективе же намечается захват и всего Закавказья, в первую очередь – Баку, очень богатый нефтяными промыслами.

После этого – стремительный бросок на юг, в Персию, чтобы заполучить и ее месторождения. Тогда у нас будут огромные запасы нефти, хватит не только на эту войну, но и на все следующие. И наоборот, Британия лишится важнейшего источника сырья. Без горючего все ее корабли, самолеты, танки – только мертвые, неподвижные машины. Ее участь будет предрешена…