Тварь 2. Сказки летучего мыша - Виктор Точинов

Именно с гранатами был связан план Дани, который он не стал излагать никому из друзей. Незамысловатый и простой план: воспользоваться схемами лабиринта, добраться до большого зала с ведущей в глубины шахтой – и забросать ее лимонками. Даня всегда был сторонником простых и конкретных решений для самых запутанных проблем.

Выступить постановили немедленно – снаряжение мальчишек после первой разведки хранилось в доме Филимоновых (Пещерник попросту поленился тащить изрядную ношу в Поповку). Но дело застопорилось из-за Женьки – на утреннее совещание она пришла в коротеньком платьице, для прогулок под землей никак не приспособленном.

– Тогда газуй домой, – скомандовал Даня. – А мы потихоньку к пещере, чтоб время не терять. У входа встретимся. Джинсы одень, кроссовки. И куртку прихвати, а то внизу дубака дашь…

Он искоса глянул на сестру – нет ли у той намерений перехватить лидерство в их компании? Но Ада молчала.

Женька поначалу спешила – ей предстояло пешком пройти поселок, обогнуть фабрику и отшагать половину Спасовки. А потом еще тащиться к входу в катакомбы, тоже не ближний свет… Ну как друзья отправятся в поход, не дождавшись ее?

Но преодолев почти бегом пару сотен метров, Женька призадумалась. И сбавила шаг. Под землю ей не хотелось. Абсолютно. Но болото и Кошачий остров привлекали еще меньше. Может, если не нестись сломя голову, действительно уйдут без нее? Данька явно спешил, да и Пещерник прямо-таки копытом землю рыл от нетерпения… Они же и виноватыми окажутся, что не дождались.

Ничего окончательно решить она не успела. Едва завернула за угол фабричной ограды – дорогу преградила лента, натянутая на временные опоры и раскрашенная бело-красными диагональными полосами. Именно такой окружили их школу нынешней весной, когда какой-то двоечник позвонил и сообщил о заложенной мине…

Вдоль преграды расхаживали мужики в касках, громоздких бронежилетах, с укороченными автоматами. Неподалеку стоял зеленый армейский фургон.

Оцепление.

Но на этот раз оцепили не школьный двор, а, похоже, всю Спасовку. Домой не попасть.

Она, впрочем, попыталась. Высмотрела среди камуфляжников человека в серой милицейской форме, устремилась к нему.

Но это оказался не их участковый, хорошо знавший Женьку. Молодой, незнакомый, со злым напряженным лицом. Мент немедленно потребовал документы для подтверждения слов, что она спасовская и идет домой. Документов у нее не было. Подошедший солдатик нагло пялился на ее грудь и намекал: неплохо бы задержать до выяснения. Женька развернулась и торопливо пошагала обратно.

Но сдаваться она не собиралась. Наоборот, так разозлилась на этих дуболомов, что не задумалась о причинах оцепления. Попасть, немедленно попасть домой стало делом принципа. В конце концов, она действительно здешняя, знает все ходы-выходы…

План действий родился почти мгновенно. Зайти со стороны полей – там ленту не растянули и оцепление не выставили, понадеялись на высокую ограду из сетки-рабицы с колючей проволокой поверху.

Зря понадеялись – лазеек в ограде, предназначенной охранять поля от потравы скотиной, хватало с избытком. Большая часть их на виду, но одна вполне подойдет. Там под сеткой проходит канава, отводящая излишки воды с «болотца». И никто не увидит, как она той канавой прошмыгнет…

5

– Проверьте, всё ли на месте. И распишитесь вот здесь, – сказал дежурный.

На его столе лежали ключи, документы, мобильник, выдернутые из кроссовок шнурки, вынутые из «Бекаса» патроны… И прочие мелочи, оказавшиеся в момент задержания у господина писателя. Рюкзак со спелеоснаряжением стоял у стены, рядом многозарядка – в виде бесформенного свертка из упаковочной бумаги, густо облепленного скотчем. Не иначе как стражи порядка опасались, что Кравцов, получив обратно свою стреляющую собственность, тут же попытается взять их в заложники.

Он разложил имущество по карманам без особых проверок. Расписался. И с рюкзаком за спиной и свертком-ружьем под мышкой поспешил к выходу, даже не вдернув в обувь шнурки. Успеется… Задерживаться в негостеприимном заведении лишние минуты не хотелось.

Возвращенные часы показывали без четверти двенадцать. Освободиться так быстро Кравцов никак не рассчитывал. Дознаватель должен был подъехать для допроса после полудня, да и убедить его в непричастности к убийству Маркевича едва ли удалось бы слишком быстро…

Однако – совершенно неожиданно – Кравцова вызвали из камеры, вернули вещи и освободили. Без допроса, без подписки о невыезде… И без объяснения причин.

Впрочем, долго ломать голову не пришлось.

– Леонид Сергеевич! – окликнул писателя голос из «ниссана», припаркованного возле здания Гатчинского РУВД.

Машина не имела никаких признаков принадлежности к официальным службам, но Кравцов узнал человека в штатском, сидевшего за рулем. Один из оперативников, входивших в свиту подполковника Мельничука в ночь убийства Пашки-Козыря.

– Садитесь, Леонид Сергеевич, – предложил оперативник. – Отвезу вас в «Графскую Славянку». Товарищ подполковник там. И просил вас срочно подъехать.

– Спасибо, насиделся, чуть надолго не сел… – хмуро откликнулся Кравцов, садясь в машину.

Дело несколько прояснилось. Похоже, быстрое освобождение писателя – дело рук Мельничука. Но оперативник на прямо поставленный вопрос отвечать не стал. Как и на другие. Прокомментировал скупо: «На месте всё узнаете». И больше в разговоры не вступал.

Кравцов достал мобильник, пробежался пальцем по клавишам. Несколько непринятых входящих звонков – и почти все от Дани. Понятно… Писатель тут же попытался связаться с пареньком, но теперь уже тот находился вне зоны приема. Черт… Неужели сунулся в подземелье?

Он нажал еще пару клавиш – нет ли текстового сообщения? Одна свежая СМС-ка. Но не от Дани, от Аделины.

КРАВЦОВ, Я ВСПОМНИЛА ВСЁ.

Он попробовал позвонить девушке – и вновь безрезультатно. Вспомнила – и что?.. До чего же не вовремя угодил Кравцов в камеру… Вернее, для кое-кого – очень вовремя.

Тем временем «ниссан» мчался в сторону Спасовки, игнорируя все ограничения скорости. Как ни странно, встретившийся патруль ДПС сей факт тоже проигнорировал. Очевидно, машина имела-таки некие отличительные признаки, незаметные посторонним.

У поворота на Коммунар трасса оказалась перекрыта двумя «Камазами». Вокруг роились вооруженные люди в зеленом камуфляже и всех желающих проехать в Павловск и далее в Питер отправляли в объезд, через Коммунар и Антропшино.

«Ниссан» остановился, взвизгнув тормозами. «Подождите!» – отрывисто бросил оперативник Кравцову. Выскочил из машины, подбежал к камуфляжникам, безошибочно выделив среди них главного. Через минуту один из «Камазов» подался в сторону, освобождая проезд. «Ниссан» резко газанул с места.

– Что случилось? – недоуменно спросил писатель.