Судные дни - Адам Нэвилл

Болел палец. После нападения Джеда Кайл понимал, что теперь подчинится любому его приказу, и ненавидел себя за это. Его слово теперь не стоило ничего. Макс разрешит что угодно, лишь бы выжить самому. Может, это он и имел в виду, говоря о Сталине.

«Полиция? Но что им сказать?»

Маус загрузил предыдущую ночь. Он прислал Кайлу сообщение о том, что сделал первую пригодную к просмотру сборку. Кайл заулыбался, как идиот. Если он не вернется и его не смогут найти, фильм только наберет веса, пока юристы Макса и полиция не заставят убрать его. Но он уже никогда не исчезнет навсегда. Он все рассказал на камеру: намерение убить смертельно больного Чета, перерождение Катерины в теле усыновленного ребенка. Этому поверят немногие, но фильм свяжет имя Макса с будущими преступлениями. И их, похоже, будет много. «Посмотрим, насколько хорошие у тебя пиарщики, Макс». Может, теперь устроить Соломону шантаж и пересмотреть условия участия в операции? Кайл зажег очередную сигарету и задумался.

– Надеюсь, ты там не куришь, Спилберг. Я уже говорил, что здесь не курят.

– Джед, хватит.

Кайл показал двери средний палец, потом опустил его, потому что почувствовал себя обидчивым подростком, закрывшимся в собственной спальне. Зазвонил телефон. Кайл вынул его из кармана кожаной куртки.

– Это его телефон. Он говорит по телефону, – голос Джеда, а потом звук отодвигаемого стула.

– Отстань от него, – Макс.

– С кем он говорит?

Макс подошел к двери ванной и участливо спросил:

– Кайл?

Кайл не смог ответить, поскольку на экране высветилось имя: ДЭН. Невозможно. Значит, родители Дэна ищут сына или один из его приятелей? Наверное. Звонят лучшему другу Дэна после обыска в разгромленной квартире. Но как они добрались до его телефона? Кайл нажал на кнопку.

– Да?

– Кайл? – Голос был женский.

– Да, – он сглотнул. Он знал, что Джед и Макс слушают. Дверь распахнется после одного неверного слова.

– Ой, как хорошо. Меня зовут Дженна. Я медсестра из Королевской клинической больницы в Белсайз-Парке. Я звоню от имени вашего друга, Дэниэла Харви.

Кайл закрыл глаза и задержал дыхание. Обнаружили его тело. Он не мог, просто не мог думать об этом.

– Ммм…

– Дэн просил меня позвонить вам.

– Дэн!

– Да, завтра его выписывают. На него напали, и он получил травму. Боюсь, пришлось наложить несколько швов и сделать уколы от столбняка, поскольку его искусали.

– Что? Он жив? Я имею в виду, все ли с ним в порядке?

– Да, но у него еще сломана челюсть, так что он не может с вами поговорить. Врачи полагают, что завтра его можно будет выписать. Вы сможете его забрать?

Кайл покосился на дверь.

– Нет. Я в Америке. Работаю. Над фильмом. Скажите ему, что я все еще занимаюсь фильмом.

– Хорошо. Он попросил меня прочитать вам записку и передать, что он в вас верит. Так сказано в записке. А еще там вопрос: «Они придут за мной снова?» Это не мое дело, но, возможно, Кайл, вам стоило бы сообщить об этом в полицию.

– Нет-нет, дело не в этом. Это касается фильма. Он спрашивает меня о фильме, над которым мы работаем.

Кто-то дернул дверную ручку. Потом послышался стук.

– Кай? – спросил Макс. – С кем ты разговариваешь?

Кайл прикрыл трубку рукой:

– С Дэном! Пошли все к черту!

На несколько секунд Макс замолчал, потом о чем-то спросил Джеда, хотя слов Кайл не расслышал.

– Извините, – сказал он в трубку, – передайте Дэну, что я в Америке, мы пытаемся все остановить. Скажите, что я приехал сюда с Максом. Я не могу объяснить. Скажите, чтобы он шел к Маусу, когда выйдет из больницы. Да, к Маусу, он знает, кто это. – Кайл заговорил шепотом: – Очень важно, чтобы он встретился с Маусом.

Кайл повесил трубку и открыл дверь.

Снаружи стояли Макс и Джед. Старик приподнял одну бровь – ту, которая еще шевелилась. Джед улыбался и держал в руке пистолет.

Тридцать

Сан-Диего.

26 июня 2011 года. 8.30

– Макс. Тут везде камеры.

– А за ними кто-нибудь следит? В любом случае, смотри себе под ноги, как я велел. Ты вообще способен выполнить простейшие инструкции?

Слишком поздно. Он попал в объектив минимум трех камер, пока они с Максом шли к воротам по боковой дорожке.

– Серьезно, Макс? Мы ломимся на штурм через главный вход!

Старика явно тяготили нелегкие мысли, о содержании которых Кайл мог только догадываться. Правда, навряд ли они сильно отличались от его собственных. Но вопросы здорово раздражали продюсера худшего дня в жизни Кайла. «Вот и отлично».

Они остановились у ворот, выкованных в виде павлиньего хвоста в стиле ар-деко: длинные перья из стальных полос и инициалы Р. Ф. посередине. Каменные колонны по сторонам были увенчаны такими же коронами, как на небоскребе Крайслер-билдинг. Длинные стальные флагштоки тянулись к синему безоблачному небу. Белая каменная стена, увитая плющом, окружала территорию.

Сам дом отсюда не был виден. Сквозь стальные павлиньи перья виднелась только дорожка из розового гравия, окаймленная клумбами полевых цветов и нестрижеными живыми изгородями. Время от времени маленькие черные камеры, закрепленные на стенах, высовывались из плюща и обводили объективом улицу и пространство перед воротами.

Исполнительный продюсер крепко сжимал маленькой ручкой холщовую сумку. Кайл и Макс были одеты в синие комбинезоны и бейсболки с надписью «Четыре всадника: борьба с вредителями». Камеру и аккумуляторы Кайл спрятал в рюкзак. Джед не дал ему оружия. Перед уходом из мотеля Кайл попросил пистолет, но громила только рассмеялся и сказал: «Ага, конечно». В миле от особняка они заехали в пыльную расщелину и сменили автомобиль, пересев из черного автофургона Джеда в грузовичок, раскрашенный в те же цвета, что и их форма. Кайлу велели сесть в кузов и забросали его белыми канистрами, мотками шлангов и какими-то распылителями.

Макс и Джед устроились в кабине. Ему велено было не снимать, «пока Макс не даст тебе зеленый свет, Спилберг». Каждые несколько минут Джед посматривал на него в зеркало заднего вида и подмигивал, если Кайл ловил его взгляд.

Перед воротами руки у Макса затряслись так, что Кайл встал у него за спиной на случай, если продюсер достанет пистолет. Когда тот снова заговорил, Кайл даже не понял, насколько Макс очнулся от своих мрачных мыслей.

– Мы в этом ничего не понимаем, Кайл. Это дело Джеда. Ты должен ему доверять. Слушайся его. Это не шутка. От него зависят наши жизни.

– Я что, смеюсь? Но твоей уверенности что-то не разделяю. Он же псих. Не говоря уж об одном маленьком сюрпризе, который ты для меня приготовил. Я тут только для твоего самосохранения, Макс. Не надо врать мне хоть раз в жизни. Потому что твоя горилла тут же застрелит меня, стоит мне хоть что-нибудь сделать поперек вашего кретинического плана. Ты все время использовал меня в своих целях. С самого начала. Как тебе такое, а, Макс? Так что пошел ты в задницу. Да ты и сам все знаешь. Пошел в задницу.