Диггер по прозвищу Жгут - Александр Варго

— Ладно, звони, и двинули отсюда.

Если до этого оставались какие-то сомнения, то сейчас они развеялись, Рост вышел из-за джипа, сжимая в руке пистолет. Он был спокоен, как никогда. Две громадные фигуры, закончившие осмотр «восьмерки», были отличными мишенями.

— Эй, малыши, — тихо позвал Рост. — Я здесь.

Фонари мигом осветили его, но палец уже нажал на спусковой крючок. Одна фигура резко дернулась, словно по ней пустили ток, и упала на капот машины. Послышался сдавленный вскрик.

Рост прыгнул влево, уходя от луча света, и, целясь в ноги второго громилы, дважды выстрелил. Фонарик упал на землю, облив желтым светом обломки кирпичей.

Рост поднял его и подошел к стонущему мужчине. Посветил и с удовлетворением кивнул — обе ноги перебиты.

— Заткнись, дерьмо, — приказал он, прислонив к виску раненого ствол. Тот сразу замолчал, закусив губу.

Рост подобрал пистолет, оброненный мужчиной, и подошел к другому, которого уложил первым выстрелом. Тот лежал распластавшись, неестественно широко раскинув ноги. Рост осторожно проверил у него пульс. Мертв.

Сзади послышалась возня и прерывистое дыхание. Тот, с простреленными ногами, сумел встать на четвереньки и пытался уползти в спасительную темноту. Рост шагнул к нему и обрушил на затылок рукоятку пистолета. Мужчина грохнулся на щебенку.

Рост затащил убитого в недостроенный гараж, после чего обыскал. Еще один пистолет, бумажник, телефонная карточка, мобильный, пивная открывалка. Сойдет, пригодится. Он закидал досками и кирпичами безжизненное тело, сверху накрыл обрывками грязного брезента. По крайней мере, найдут его не сразу, если только бродячие собаки не доберутся.

Затем вернулся к джипу. Открыл дверь, на заднее сиденье швырнул свою спортивную сумку со спецодеждой. Подошел к валяющемуся без сознания громиле. Даже в темноте он видел черные лужи крови под ногами. Ничего, часа два он протянет, а больше и не надо. Только нужно поторопиться, выстрелы могли услышать.

Он присел над телом и затормошил его. Никакой реакции. Рост принялся хлестать его по щекам. Наконец крепыш открыл глаза.

— Очнулось, мудило гороховое? — пробормотал Рост. — Где Квадрат?

— Пошел в жопу, — слабо произнес мужчина. Рост покачал головой и ударил его рукояткой пистолета в нос. Несильно, но кровь брызнула, как будто он ударил в пакет с вишневым соком.

— Ответ неверный. Итак, где Квадрат?

— Не знаю никаких квадратов и треугольников, — ответил верзила, пытаясь приподняться на локтях. Рост жестко улыбнулся и внезапно ткнул его дулом в рот. Послышался хруст, мужчина закашлялся, выплевывая осколок зуба.

— Повторяю в третий раз. Где Квадрат? — бесстрастно продолжал Рост.

— От…бись, — с ненавистью выдохнул тот. Рост вздохнул.

— Ты не оставляешь мне выбора, — еще один тычок. Еще один выбитый зуб и стон.

Мужчина заелозил, пытаясь перевернуться на живот, но Рост схватил его за шиворот, как котенка, и повернул к себе.

— ГДЕ КВАДРАТ? — страшным шепотом произнес он, и раненый истерично провизжал:

— Нет… послушай, он убьет меня, я…

— Я не могу торчать тут с тобой до утра, — сказал Рост, нанося ему очередной удар по зубам. — Выбить все зубы я тебе не могу — тогда как ты мне расскажешь про своего шефа? Но есть альтернатива — твои пальцы, целых двадцать штук. Или глаза.

Мужчина убито молчал, распухшие губы тряслись. В темноте блестели выбитые зубы, прилипнув к массивному подбородку. Рост достал открывалку, которую он только что вынул у покойника, и покрутил ее перед лицом мужчины:

— Или ты говоришь, где Квадрат, или я выковыриваю тебе глаза. Вот этой штуковиной, по очереди.

Лицо громилы стало белее снега, Рост это видел даже в сумерках.

— Адрес не знаю, — еле ворочая языком, проговорил он. — Могу… показать.

— Где он? — быстро спросил Рост.

— У него дача по Можайке. Километров сорок от Кольцевой дороги.

— Лады, — сказал Рост. — Поехали.

Перед тем как сесть в машину, Рост обыскал своего пленника. В одном из карманов верзилы он обнаружил копию своей фотографии с паспорта. Ее, очевидно, и предъявляли на свалке Даше.

— Ты девку на свалке допрашивал? — он сунул в нос громиле карточку, и тот нехотя кивнул.

— Что-то сейчас ты не такой смелый, — вполголоса сказал Рост, связывая ему руки ремнем, который он вынул из своих «спецбрюк». После этого он помог забраться раненому мужчине в машину.

Через минуту джип уже ехал по МКАДу, и единственное, о чем молил Бога Рост, — чтобы их машина не заинтересовала гаишников.

Однако Росту везло. Ни на одном из постов ДПС их джип не вызвал подозрений. Верзила показывал дорогу. Они доехали до Можайского шоссе и свернули под мост.

— Ты, надеюсь, понимаешь, что совершил самую большую ошибку в жизни, если указал мне не ту дорогу, — сказал Рост.

— Мне надо к врачу, — глухо отозвался мужчина. Росту стало смешно, хотя ничего смешного этот измордованный, с продырявленными ногами бедолага не сказал.

Впереди показалась развилка.

— Куда теперь? — спросил Рост, слегка притормаживая.

— В Одинцово, налево, — процедил мужчина, исподлобья взглянул на Роста. — Ты все равно убьешь меня, — сказал он опустошенно.

— Да, признаю, такая мысль все чаще посещает меня, — согласился Рост. — А ты бы что делал, а?

— В таком случае на хер мне тебе помогать? — вместо ответа задал встречный вопрос крепыш.

Рост повернулся и холодно улыбнулся, и от вида этой безжизненной улыбки мужчине стало ясно — простреленные ноги и выбитые зубы — сущая ерунда по сравнению с тем, что он с ним может сделать.

— Ты, малыш, как я погляжу, ни фига не понял. Я все равно узнаю, где этот твой параллелепипед, только ты после этого останешься без носа, ушей и глаз, а потом я по-любому убью тебя. Уж поверь, мне терять нечего, ты, наверное, в курсе. А если будешь нормально сотрудничать — умрешь быстро. Слово даю.

Крепыш хихикнул с надрывом. Разбитый рот, словно рваная рана, скривился в ухмылке:

— Слово психа, да, оно много стоит… Что, самые крутые яйца?

— Ага. Самые крутые яйца в Дзержинском, — с довольным видом поддакнул Рост. — А с сегодняшней ночи — и в Одинцове.

— А почему тебя зовут Гурвинек? — внезапно спросил верзила. — Это что, твое «погоняло»?

Рост засмеялся. Со стороны можно было подумать, что старые друзья спешат на вечеринку, перекидываясь шуточками.

— Квадрат из тебя решето сделает, — очень тихо произнес мужчина, — и яйцами твоими в теннис играть будет. Гурвинек, твою мать.

Он отвернулся и больше не произнес ни слова.