Дикий пляж - Александр Варго

«Где же Клим?» – растерянно подумал Виктор. Испуганно озираясь, он заорал:

– КЛИ-И-И-ИМ!!!

Мужчины прислушались. Все тихо. Только сейчас они почувствовали, как холодно в лесу. При том что час назад в кабинете отдела градусник, дурея от жары, казалось, стонал: плюс 42 по Цельсию! Савелию это нравилось все меньше и меньше. Они бесцельно бродили в чаще, изредка перекликаясь. Ничего. Турбаза была пуста. Она была вообще пуста.

– Может, он на охоте? – предположил Григорий, но Виктор замотал головой:

– Даже если он уходил на кабанов, он никогда не запирал дверь. Зачем, от кого? И собаки его нет, Ральфа. Нет, здесь что-то другое.

Через некоторое время после бесплодных поисков Виктор не просто выглядел испуганным – его трясло от страха. Савелия разрывали противоречивые чувства. С одной стороны, думал он, никаких следов убийства и вообще какого-либо преступления они не нашли. С другой стороны, как утверждает Виктор, в этих местах проживал некий Инин, у которого здесь дом, собака опять же. В доме бардак. Куда они все делись? К тому же что-то странное происходит в лесу. Пока они обследовали местность, на глаза попалось лишь несколько ворон. Больше ничего. Лес будто вымер.

Виктор был бледен, как простыня, и по его лицу было видно, что он с удовольствием сейчас смотался бы отсюда.

– Ну, какие будут вводные? – деловито спросил Григорий. В глазах – испуг, но в целом держится неплохо. – Командуй. Ты – старший.

Савелий задумался. Искать дальше не имело, в общем-то, никакого смысла, он это прекрасно видел. Но что-то явно не нравилось ему, молодой оперативник нутром чувствовал, что здесь что-то не так. Может, это и есть то особенное чувство, которое вырабатывается у работников уголовного розыска с опытом и благодаря которому зачастую удавалось раскрывать громкие преступления? Савелию хотелось верить, что это так. Ладно, успокаивал он себя, распоряжение он выполнил. Что с того, что информация не подтвердилась? Нет тела, как говорится, нет и дела.

«Может, что-то и есть. Может, ты плохо искал. Не видать тебе новых звездочек!» – запротестовал его внутренний голос, и Савелий вздохнул. Вот если бы он обнаружил преступника, а еще лучше обезвредил его, то…

То что?

Он решил еще раз осмотреть окрестности.

Григорий и Виктор остались на полянке, Савелий отправился вверх, к ручью. По дороге он наткнулся на странную яму четырехугольной формы, на краях лежала высохшая земля. Савелий плотно сжал губы – он не знал истинного предназначения этой ямы (может, Клим вырыл ее для мусора), но почему-то она напомнила ему могилу.

Молодой человек подошел к ручью и некоторое время любовался им, наблюдая, как небольшие волны мягко перекатываются по гладким камням. Почему же так холодно в лесу?

Савелий поежился и вдруг вздрогнул. Лицо его побелело, он раздувал ноздри, принюхиваясь, словно волк, почувствовавший опасность. Сомнений быть не могло – в воздухе витал запах духов. Или ему показалось? Нет, точно, еле уловимый, но это был запах духов. Тонкий легкий аромат чего-то вкусного и волнующего, как дуновение весеннего ветерка. Лицо его изменилось – он вспомнил. Эти духи были похожи на те, которые он подарил своей жене Елене.

«Не просто похожи», – поправил он себя, вздрогнув. Это именно те же самые духи, он точно знает, потому что обоняние у него будь здоров!

Савелий сделал несколько шагов вперед. Рука его машинально потянулась к пистолету. Запах постепенно рассеивался, он уплывал в глубь леса наподобие невидимого облачка. Савелий не замечал, как ноги его понесли в сторону чащи. По дороге он увидел огромную сосну и остановился. Вернее, что-то остановило его, но молодой человек не мог определить, что именно. В тот же миг ему показалось, что кто-то недоволен тем, что он остановился. Будто… Савелий не мог поклясться, но что-то в нем уверяло его, что он слышал нечто похожее на… разочарованный вздох.

«Иди-и-и-ии… иди за мно-о-ой», – прошелестела листва.

Савелий остановился перед сосной, силясь вспомнить, какого черта он вообще тут оказался и чем так заинтересовала его эта сосна. Разглядывая потемневшую от времени кору, он увидел, что в одном месте она содрана и место срыва свежее. На обнаженном стволе было что-то изображено, какой-то странный значок. Увидев его на бумаге, можно представить, что это неумело выполненные детской рукой каракули. Значок был темно-бурого цвета, и Савелий почувствовал, как его внутренности оплетает липкий страх. Этот цвет был знаком ему. Савелий подковырнул его ногтем и принялся пристально разглядывать отделившийся крохотный кусочек, хотя уже знал, что это. На стволе сосны была кровь.

Внизу раздалось угрожающее шипение. Он опустил взгляд и похолодел. Из-под корня одна за другой медленно выползали огромные гадюки. Извиваясь и шипя, они буравили парня своими немигающими холодными глазами. Несмотря на охвативший его страх, Савелий видел, что змеи не намерены нападать. Они постепенно образовывали вокруг дерева живое кольцо. Из-под дерева выползали все новые змеи, и вскоре вокруг сосны все кишело от их черных блестящих тел. Неожиданно они замерли, в молчаливой угрозе следя за молодым человеком.

Савелий медленно, миллиметр за миллиметром стал отодвигаться от сосны. Змеи не шевелились, но их глаза с нескрываемой ненавистью следили за каждым его движением. Вдруг раздалось громкое карканье, и Савелий от испуга чуть не закричал. Он посмотрел вверх, и его взору предстала целая стая ворон – черные, как сажа, они беспорядочно кружили над самой кроной дерева, злобно каркая и хлопая огромными крыльями. Несмотря на это, взгляд его выхватил одну интересную деталь – на одной из веток висел обрывок то ли веревки, то ли тряпки.

«Пора уносить отсюда ноги», – промелькнуло в голове у Савелия. Повернувшись, он внезапно задел ногой корень и упал на колени. Выругавшись, Савелий стал подниматься и тут же потерял дар речи. Он машинально встал, не отрывая взгляда от того, что предстало перед ним. Не обращая внимания на шипение змей и карканье ворон, становившееся все более громким, он потер глаза. Нет, так и есть, на мягкой почве виднелся четкий отпечаток женской туфли.

В чаще раздался тихий смех, и Савелий почувствовал, что его мочевой пузырь вот-вот опорожнится. Шипенье и карканье сразу смолкли, в лесу снова воцарилась тишина.

«Будь с нами-и-и-и-и…»

Савелий, спотыкаясь, побежал обратно. Его сотрясала дрожь, никогда еще в жизни ему не было так страшно, и он мчался во весь опор, втайне радуясь, что свидетелей его бегства нет, разве что деревья, но они молчаливы.

Вскоре они вернулись к лодке. Она мирно покачивалась на легких волнах, радушно приглашая мужчин оставить это место и поскорее вернуться назад. На обратном пути все молчали. Глядя на мрачные скалы, высившиеся вдоль берега, Савелий пытался воспроизвести в своем воображении все, что произошло с ним у сосны. Он и словом не обмолвился об этом со своими спутниками и ничуть не жалел о своем молчании. Не хватало, чтобы его сочли психом!