Зверь из бездны: Второй раунд - Алексей Корепанов

Распределив направления, мы неторопливо начали расходиться от условного центра, которым был наш авиакар, к окружающим плато скалам. Моими соседями слева и справа были Рональд Ордин и Стан.

— В одиночку в пещеру не соваться! — раздался из транса голос Патриса Бохарта. Дубль-офицер счел своим долгом еще раз напомнить нам о примерном поведении. Нет, что бы там ни говорили непосвященные, а я буквально каждый день еще и еще раз убеждался, что в нашей системе работают очень симпатичные парни!

Земля между камнями была твердой, бурой, утыканной короткими тонкими стерженьками казавшейся мертвой травы. Небо посветлело еще больше, в сплошной облачности появились трещины и разрывы. Облака постепенно меняли цвет, из серых становились рыжеватыми, и я был уверен, что когда мы найдем пещеру, над головами у нас будут витать клочья рыжих облаков, рыжие клочья, которые я уже видел однажды. Тогда мы со Станом сидели на полу в моем кабинете и поминали мою Славию, и пили за то, чтобы не было тьмы…

Скалы приближались, их бока были изрезаны трещинами и узкими проходами, и в одном из этих проходов и находилась пещера. Стояла странная безжизненная тишина, сюда не долетал шум прибоя. Воздух застыл, воздух словно не пропускал никаких звуков… Воздух был наполнен тревогой, и я вдруг понял, что снова волнуюсь, как на первом самостоятельном задании.

«Хватит, хватит! — сказал я себе. — Оставь эмоции на потом».

Рональд уже дошел до скал и скрылся в расселине. Стан стоял перед каменной стеной и, медленно поворачивая голову, рассматривал ее. Я оглянулся. Патриса Бохарта не было видно — он тоже забрался в какой-нибудь проход, — а Деннис брел вдоль своей скалы слева направо, как мы и условились. Авиакар застыл посреди плато диковинным животным, еще не проснувшимся в этот рассветный час.

— Все в порядке? — спросил Бохарт. — Давайте по очереди. Стан?

— В порядке, — отозвался Стан.

— Нормально, — это был Деннис.

— Не волнуйся, Патрис, — сказал я.

— Господин Ордин, у вас проблемы со слухом? — после небольшой паузы осведомился Бохарт.

— Проблем нет, господин Бохарт, — наконец-то дал о себе знать Рональд. — Просто я влез в один тупичок и зацепился «оком». Сейчас пытаюсь выбраться.

— Ну-ну, — сказал Бохарт. — Если что, зови на помощь. Вытащим.

— Уже вытащился, — вновь отозвался Рональд.

— Главное — не засунуть, а вовремя вытащить и не зацепиться, — изрек Стан.

— Именно! — воскликнул Бохарт. — Запоминай полезные советы, Рон.

— Опять засовываюсь, — сообщил Рональд. — Тут какое-то боковое ответвление.

— Давай, только не застрянь, — сказал Бохарт.

Голоса в моем трансе умолкли. Не знаю почему, но от неуклюжей шуточки Стана ко мне вернулось спокойствие. Утих далекий будоражащий сигнал, воздух перестал казаться мертвым, и не тревожила больше царящая вокруг тишина. Что-то крохотное, серое выпрыгнуло из-под моих ног и замерло на камне неподалеку. Приглядевшись, я понял, что это какое-то здешнее насекомое с тонкими лапками и прозрачными крылышками. Я сделал шаг к нему — и насекомое, затрепетав крылышками, запрыгало по камням, удаляясь от меня. Значит, здесь кроме растительной, была и другая жизнь! Не таким уж необитаемым оказался этот остров.

Дойдя до скалы, я направился к ближайшей расселине и протиснулся в нее. Она могла быть тупиком, а могла быть и ходом к пещере, и вывести сквозь кольцо скал в заросли, сбегающие к берегу, где оставлял свой катер Лайош Ковач. Расселина, извиваясь и постепенно расширяясь, вела в глубь скалы. Дно ее понижалось, его пересекали трещины, и я еще раз подумал о том, что здесь не обошлось без землетрясения, давнего землетрясения той поры, когда Серебристый Лебедь был еще едва оперившимся космическим птенцом. Возможно, остров был частью континента, некогда сгинувшего под водами океана. В один далеко не прекрасный день сотряслись недра планеты, разверзлось океанское дно — и гигантские волны в одно мгновение уничтожили цветущий континент и похоронили в пучинах память о цивилизации, просуществовавшей десятки тысяч лет, память о разумных существах, переселившихся сюда с другой планеты, ставшей непригодной для жизни. Серебристый Лебедь назывался тогда не Серебристым Лебедем, имя его было Диллин, да, именно так: Диллин, с ударением на последнем слоге. Переселенцы были высокоразвитой расой, способной на многое… но их эксперименты по психоэнергетическому воздействию на ядро планеты с целью изменения наклона оси Диллина привели к катастрофе. Они погибли в спровоцированном ими же самими катаклизме, но уцелели созданные ими в глубине Западного континента лаборатории, в которых до катастрофы изучалось воздействие Духа на Материю. Немногочисленный персонал не смог положить начало новой цивилизации… Много веков прошло с той поры, давно разрушились лаборатории, и получивший свободу Дух, отравленный Материей, покинул область Света и погрузился в область Тьмы. И зародившаяся антижизнь медленно двинулась по пространствам Серебристого Лебедя, тесня и уничтожая все живое…

Я добрался до конца прохода и оказался в тупике. Пещеру следовало поискать в другом месте.

Диллин… Древняя цивилизация… Катаклизм… Дух, отравленный Материей…

Что это было? Откровение? Моя собственная разгулявшаяся ни с того ни с сего фантазия?

Диллин… Нет, я никогда не слышал этого слова.

«И придумал его, — сказал я себе. — Придумал историю о Духе и Материи, и об антижизни, потому что ты, Лео Грег, очень хочешь найти объяснение… но только не такое безнадежное и ужасающее, как предположение о царстве Тьмы, где правит тот, кто был когда-то одним из приближенных к Господу…»

Я повернулся и пошел назад. Здесь не было пещеры.

— Парни, поработайте с «всевидящим оком», — предложил Патрис Бохарт.

— Сейчас попробую, — ответил Деннис.

— Тут нет никаких признаков артефактов, — сказал Рональд, — но проверить можно.

Пока они молчали, я забрался в следующий проход и почти сразу наткнулся на скальный монолит. Развернулся, выкарабкался и направился дальше, к очередной узкой щели. В отдалении Стан отряхивал куртку. Наших коллег не было видно — они бродили по каменным лабиринтам.

— Ну, что вы там увидели? — нетерпеливо спросил Бохарт. — Сначала ты, Рон.

— Ничего. Ни одной полости, не говоря уже о каких-либо искусственных образованиях.

— То же самое, — лаконично подтвердил Деннис.

— Ладно, — после довольно долгого молчания сказал Бохарт. — Продолжим. Ультраскопы не выключайте, пусть глазеют. Господин Грег, не унывайте! Пещера не иголка, отыщем.

— Я в этом не сомневаюсь, Патрис, — ответил я. — Но, по-моему, нам следует изменить методику поисков. По этим щелям можно лазить очень долго.

— Давайте свое предложение, — оживился Бохарт. — Хотя стоп! Понял! Пройтись на каре над скалами и пощупать ультраскопом. Гнать меня надо из полиции! Я правильно говорю?