Зверь из бездны: Второй раунд - Алексей Корепанов

Впрочем, сейчас это было совершенно неактуальным. Актуальным было другое: наши дальнейшие действия. Где искать Славию? Как найти в необъятных пространствах Преддверия те черные колонны? Очутившись в Преддверии, я слышал Голос. Голос подсказал, в каком направлении мне идти. Но не более. Он звучал со всех сторон сразу, на той поляне в засохшем лесу, и не было никакого золотистого сияния, и я с трудом понимал услышанное, потому что неведомая сущность изъяснялась очень путано, не доводя до конца почти ни одной фразы и игнорируя все мои вопросы. В моих странствиях по Преддверию я не раз пытался позвать Голос — и вслух, и мысленно, — но он не откликался. Почему? Я не мог прийти к постижению неведомой сущности, потому что она не была человеком.

Если Вергилий действительно посланец Голоса — значит, нужно попробовать расспросить его. Приняв такое решение, я поднялся и сказал молча наблюдающему за мной Стану:

— Ну что, зададим вопрос твоему сопровождающему?

— Насчет Славии?

— Да.

— Видишь ли, Лео, я уже спрашивал его о Славии. Он ответил, что не знает ни о ней, ни о том, где она может находиться. Но попробуй. Если ничего не получится — пойдем куда глаза глядят и будем расспрашивать всех встречных. Других вариантов, по-моему, нет.

— Это Преддверие, Стан, — подбодрил я его. — Тут могут появиться и другие варианты.

Собственно, не столько его я хотел подбодрить, сколько себя. Я не имел ни малейшего представления о том, каковы наши шансы на успех и есть ли вообще такие шансы…

Мы направились вдоль берега к Вергилию, по-прежнему слоняющемуся у воды с палкой в руке, и я заметил, что его следы на корке ила уже пропали. Да, в Преддверии действовали какие-то иные законы…

— Вот посмотришь, ничего толкового от него не добиться, — скептически сказал Стан.

Увидев, что мы движемся в его сторону, Вергилий швырнул палку в воду и пошел нам навстречу.

— Обменялись впечатлениями? — спросил он, приблизившись и обводя нас внимательным взглядом.

— Обменялись, — ответил я и сразу решил приступить к делу. — Вергилий, мы ищем девушку по имени Славия. Стан сказал мне, что вы ничего не знаете о ней и не знаете, где ее искать. И что здесь у нее может быть совершенно другое имя. Так или не так?

— Вообще-то любое утверждение — или почти любое — может обернуться своей противоположностью, — заметил Вергилий, продолжая пристально глядеть на меня. — Но только не в данном случае. Я действительно ничего не знаю о Славии.

— Не так давно вы сказали, что никуда не уходите, — продолжал я, надеясь поймать Вергилия на противоречии, — потому что нам еще нужно найти Эннабел Ли.

— Да, я сопровождающий. То есть готов сопровождать тебя и Станислава Лешко. Но я уже объяснял Станиславу Лешко, что сопровождающий — это не указатель пути. Я не знаю ни пути, ни имени.

— Я же говорил, — уныло вставил Стан.

Да, от Вергилия, видимо, действительно толку было мало. А если попробовать уточнить кое-что еще?

— Ты сопровождающий, — сказал я, тоже перейдя на «ты». — Ты сопровождал кого-нибудь еще кроме Стана?

— Кроме Станислава Лешко? — уточнил Вергилий.

— Да.

— Вполне вероятно. Хотя ничего нельзя утверждать с абсолютной уверенностью. Возможно, я выполнял какие-то другие функции.

— Так сопровождал или нет?

— Возможно, — невозмутимо повторил Вергилий. — Здесь можно строить разные предположения.

Он казался вполне серьезным и я чувствовал, что ответы его искренни; он, кажется, не задавался целью сбить меня с толку и ничего не скрывал. Просто отвечал так, как мог. И не его вина, что такие ответы меня не устраивали.

У Стана начали перематываться желваки на скулах, а глаза сузились и стали злыми.

— Стан, расслабься, — негромко сказал я и вновь обратился к Вергилию: — Если ты кого-то сопровождал, то мог запомнить особенности местности. Так?

— Мне это как-то ни к чему, Леонардо Грег. И особенности местности часто меняются. В одну и ту же реку нельзя войти дважды, потому что здесь не бывает одной и той же реки. Гераклитовское «панта рей» тут как раз кстати.

— Что такое «панта рей»? — хмуро спросил Стан.

— Все течет, все движется, и ничто не остается на месте. Истинно так, Темный Эфесец не ошибался. Возможно, была у него какая-то скрытая связь…

— Подожди, Вергилий, — остановил я его; мне в голову пришла новая мысль. — Бог с ним, с твоим Темным Эфесцем. Ты не знаешь, как общаться с Голосом?

— Что такое Голос?

— Н-ну… некая сущность, которая находится вне Преддверия… Она меня вытащила отсюда в первый раз. Я с ней разговаривал… Золотистый свет…

Я беспомощно умолк: ну как объяснить Вергилию, что или кого я имею в виду, если я сам ничего толком не знаю о Голосе? Вергилий мог быть посланцем Голоса, но не ведать, что он посланец.

— Некая сущность вне Преддверия, — повторил мои слова Вергилий. — Что-то я не пойму. Чего ты добиваешься от меня, Леонардо Грег?

Увы, этот путь тоже был тупиковым. Что ж, попробуем еще…

— Я знаю, что где-то здесь есть черная воронка и черные колонны, — сказал я. — Попробую описать более подробно, а ты скажешь, известны ли тебе эти места.

— Зачем? — удивился Вергилий. — Если ты знаешь, как все это выглядит, зачем тебе мой ответ?

— Я знаю, как это выглядит, но не знаю, где это находится и как туда попасть.

— Нет ничего проще, — заявил Вергилий и вдруг замолчал, расширившимися глазами глядя на что-то, находящееся за моей спиной.

Мы со Станом обернулись почти одновременно.

— Опять пошло-поехало, будь оно неладно! — раздраженно процедил Стан.

То, что мы увидели, не было похоже на быстро приближающуюся пелену тумана: холмы, луга и рощи просто исчезали прямо на глазах, словно кто-то напрочь стирал их вместе с пространством. Они не таяли постепенно, по частям, а одним махом пропадали, превращаясь в пустоту, и эта пустота беззвучно и угрожающе катилась к нам. Убегать от нее было бесполезно.

— Такое здесь иногда бывает, — сообщил Вергилий. — Последствия предсказать не берусь.

— Как попасть к колоннам? — выкрикнул я.

Пустота была уже совсем рядом, и Стан вцепился в мою руку.

— Нет ничего проще, — повторил Вергилий, втянув голову в плечи. — Надо только четко представлять то место, куда хочешь…

Это было последнее, что я услышал от него. В тот же миг Вергилий исчез. Исчезло все. И я сам тоже исчез. Я стал частицей пустоты… хотя какие там частицы в пустоте! Я просто тоже стал пустотой.