Музыка сентября - Есения Светлая

К огорчению моей эгоистичной души, меня сегодня не ждал ужин, и столик мой был девственно пуст. Но у рояля все так же стояло ее плетеное кресло, а вместо колченогого табурета меня дожидался удобный крутящийся стул с низкой спинкой под поясницу.

Бармен приветливо кивнул и развёл руки в стороны, показав, как он безмерно рад. Я улыбнулся и вытянул большой палец вверх, а затем, отметив добрым взглядом завсегдатаев бара, сразу прошел к своему музыкальному другу. Погладил по его дочиста отполированной крышке, провел по клавишам легкой рябью и вздрогнул. Каждая клеточка моего тела словно завибрировала, когда я почувствовал ее присутствие.

Вдохнул вдруг ставшим горячим воздух. Я закрыл глаза и замер.

Что я мог сказать в свое оправдание и нужно ли это ей? Я должен был предложить ей безоблачное будущее и пообещать все звезды с небосвода, но теперь должен молчать, чтобы не обнажить перед чужими свою душу.

Ее руки легли на клавиши, совсем рядом с моими ладонями и она, задорно и как-то беспечно заявила: "Эй, Мистер, а можно сегодня я поиграю с вами?"

Она не прикоснулась, не поцеловала, не дала даже намека, что между нами все, как и прежде. И моя ревность снова подняла свою голову, а потом вдруг треснулась лбом о понимание того, что и здесь за нами могут приглядывать.

Я встал, поклонился, предложил даме удобный стул, а сам уселся на табурет. Он стоял, как и раньше, в простенке за роялем.

Острые красные коготки постучали по клавишам, давая мне понять, какую из моих мелодий Она запомнила особенно хорошо. Я и не знал, что она умеет играть. Хотя я и про себя этого не знал, что уж тут говорить. Вступление, несколько осторожных аккордов для раскачки, и она легко подхватывает на высоких нотах. В две руки эта мелодия обретает особую силу и мне теперь кажется, что мы непременно справимся со всем этим, не вовремя ворвавшимся в нашу жизнь маньячеством и серийным недоумением.

Каждая нота, каждая секунда, каждый наш общий вздох, ее кроткий взгляд из-под длинных изогнутых ресниц, – все наполняло меня особой таинственной радостью. Я так увлекся своими ощущениями, что совершенно забыл, где мы находимся. Для меня не существовало никого вокруг. Только музыка и моя Идиллия. До тех пор, пока спустя какое-то время не послышался страшный грохот…

Входная дверь в бар наотмашь стукнулась о стену, и в помещение вошел не кто иной, как Мистер Экс-Супруг. Вот уж кого, а его точно не ожидал увидеть в этой дыре. По нему плачет какой-нибудь бал в королевском дворе, но никак уж не вонючий бар, пропахший пивными парами и недовольством электората. Может он здесь как раз-таки для того, чтобы провести какую-то предвыборную кампанию?

Эти глупые неуемные мысли пронеслись в моей голове за две секунды и сразу же испарились, как только я почувствовал страх моей Иды.

За Мистером Экс-Супругом плотной стеной вошли еще несколько громил, от макушки до пяток, укутанных в черные плащи. Ребята определенно были вооружены до зубов, поэтому тишина наступила мгновенно.

Мистер Брошенное-Совершенство был раздражен и совсем не походил на того привлекательного человека, которого я пытался уважать. Он окинул взглядом помещение, ухмыльнулся и направился к нам. Неужели по мою душу?

Мы уже поднялись на ноги, и моя Ида стояла ко мне спиной, поэтому я не сразу понял, по чью душу этот дьявол явился. В голове пробегали нелепые мысли о том, что миссис Брошенная Незабвенность что-то отчебучила, и я остался крайним. Но это все в один миг разлетелось, как пыль, когда незваный гость, подойдя вплотную к Иде, схватил Ее за горло и подтащил к себе.

– Что ты себе позволяешь, маленькая дрянь! Ты обещала выполнить наш договор, но я так и не получил того, что хотел. Ты забыла, чем это грозит?

Ида захрипела, а я, сжав кулаки и не понимая ничего от затмившей ярости, кинулся ей на помощь… но был остановлен презрительным взглядом Мистера Экс-Супруга. В тот же миг он разжал свою хватку, и Ида рухнула к моим ногам. Я опустился на пол и обнял ее, прижал к себе, продолжая наблюдать за незваным гостем. Неимоверными усилиями сдержался, так хотелось разорвать его на куски, но я, понимал, что в этот момент против него и его до зубов вооруженных охранников я бессилен.