Детишки в доме на холме - Дженнифер МакМахон

«Приняв свое снадобье, доктор Джекил разбудил спящего зверя – свою темную сторону, которая в конце концов взяла верх. Темная сторона оказалась сильнее. Они оба должны были умереть, потому что монстр победил».

Присев на угол стола, Сцинк наклонился и стал читать поверх моего плеча.

– Значит, та девочка, – сказал он, – ну, та, с которой вы писали эту книгу, – твоя сестра?

Я заметила, что мы перешли на «ты», но сейчас меня такие мелочи не волновали.

– Да, – ответила я.

Протянув руку, он закрыл тетрадь и показал на обложку.

– И кем ты была – Виолеттой или Айрис?

– Я была Айрис.

– Какой она была, твоя сестра? Я имею в виду – тогда… То есть… ты догадывалась, что в ней есть темная сторона? Есть зло?

Я покачала головой.

– Нет. Считалось, что я была больна и бабушка меня лечила. Что это я была чудовищем.

* * *

И я вспомнила ту последнюю ночь, когда мы вдвоем оказались в цокольном этаже Приюта. Я вспомнила, как Ви закрыла глаза и рухнула на колени.

Я опустилась рядом, схватила ее за плечи и несколько раз встряхнула, потом позвала по имени.

– Ви! Виолетта! Очнись!

Но когда она очнулась и открыла глаза, она была уже другой.

Виолетты Хилдрет больше не было.

Она исчезла навсегда.

Холодными как лед глазами на меня смотрело чудовище.

* * *

Я снова открыла книгу, нашла последние страницы – новые страницы, которые добавило чудовище. Бумажные листы были белыми и не успели обтрепаться по краям.

Существует много разновидностей монстров, не так ли?

Как Эрикова химера, я многолика.

Имя мне – легион.

Вот уже несколько лет я путешествую по всей стране – совсем как ты, моя дорогая сестренка. Разве мы с тобой не были тенью друг друга? Разве не существовала между нами необъяснимая связь?

Но действительно ли их нельзя объяснить – эту странную схожесть, эту странную связь? Особенно если учесть обстоятельства нашего происхождения?

Быть может, мы и не были сестрами по крови, но способ, которым мы обе вновь появились на свет в Цоколе-западном, связал нас крепче любых родственных уз, не так ли?

Как и ты, я постоянно переезжаю с места на место, я путешествую, спешу.

Я ИЩУ…

Я ищу девочек-подростков. Ты о них знаешь.

Я ищу девочек, ты – чудовищ.

Но знаешь ли ты, можешь ли догадаться, почему я делаю то, что делаю?

Мы с тобой знаем: у каждого чудовища есть мотив, побудительный стимул, нужда. Каждый монстр испытывает ГОЛОД, который ему необходимо утолить. Такой вывод мы сделали еще тогда, помнишь?..

Что я делаю с девочками?

Я их СПАСАЮ.

Я спасаю их, потому что… потому что…

Потому что когда-то не смогла спасти тебя.

Каждый раз, когда я спасаю девочку-подростка, я думаю, что спасаю ТЕБЯ.

Мою сестру.

Моего храброго охотника на монстров.

Мою вторую половинку.

Мою недостающую часть.

Попробуй найти меня.

Поезжай домой.

Я буду ждать.

– Ты понимаешь, чего она от тебя хочет? – Сцинк ткнул пальцем в страницу. – Поезжай домой… Домой – это куда?..

Некоторое время я разглядывала написанные на бумаге слова. Мир вокруг все еще был подернут туманом, настолько прочно переплелись в нем настоящее и прошлое. То самое прошлое, от которого я столько лет старалась убежать и за которым столько лет гналась.

– В Приют, – сказала я Сцинку. – Она вернулась в Приют на Холме.

– В Приют?.. – удивился он. Потом его глаза потрясенно распахнулись. – В тот самый, о котором написано в «Благодеющей руке»?..

Я кивнула.

Сцинк хлопнул себя по лбу.

– Так вот почему фамилия Хилдрет показалась мне такой знакомой! Так вы двое – оттуда, из Приюта?.. И эта спятившая докторша ставила на вас эксперименты? Не может быть!

Чтобы подняться, мне пришлось держаться за стол, потому что у меня дрожали ноги.

Выбор был сделан.

Я возвращалась туда, где появились на свет я и чудовище.

Я возвращалась домой.