Людоед (сборник) - Александр Варго

– Может – да, а может – нет.

Они обернулись на голос. Ильин подошел к своему столу, что-то взял и, скомкав, бросил в урну.

– Это моя схема, – пояснил он. – Теперь ни черта не стоит.

– Почему? – спросил Михаил.

– Сегодня ночью нашли Мерзликина, – сказал Ильин.

Аня едва не вскрикнула от радости. Наконец-то ублюдка взяли! Но тогда – как быть с гробиками? Жаль. Такая красивая версия была. Хотя – стоп! Ильин ведь не сказал, что Мерзликина взяли. Он сказал: нашли. А находят чаще…

– Труп? – спросила Аня.

– Да. Возле дома…

– Не может быть! На Дачной?! – воскликнул Миша.

– Да, – кивнул Ильин. – Мерзликин лежал в компании некого Миронова. Так что вот… Вакансия основного подозреваемого свободна!

– Отлично, – сказал Миша и поднял вверх указательный палец для убедительности. – И у меня есть претендент!

Он подошел к своему столу, вынул из папки лист бумаги и прошел с ним к доске.

– Что это? – спросил Ильин.

– Претендент, – сказал Миша и прикрепил к доске с фотографиями еще один портрет.

Аня вгляделась в лицо, нарисованное карандашом.

– Так это же Тимур!

– Что за зверь? – с некоторым раздражением спросил Ильин.

– Это санитар из психбольницы и по совместительству – сиделка Карпова.

7

– Итак, мальчики и девочки! – Ильин подошел к доске. – Каким образом он стал подозреваемым? Кроме ножа с треснувшей щечкой! – Ильин поспешил опередить Мишу.

– Ну а почему кроме ножа-то? – возмутился тот.

– Я так понимаю, ножа у него нет. И именно это делает его…

– Почему только это? Нет. В день, когда пропал Мерзликин, Тимур этот ругался с кем-то в палате Карпова. Карпову, как вы понимаете, не до ругани последние лет пятнадцать, а кроме него, там был только этот тип.

– Железный аргумент! – поморщился Ильин. – Так что с ножом? Его действительно у него нет?

– Нет. Так мало того – этот твареныш обвинил меня в его пропаже! Мол, он его не видел после моего ухода вчера.

– Значит, он отвечает тебе взаимностью! – с серьезным видом подколол подчиненного майор.

– Отвратительный персонаж, – буркнул Миша.

– Да, – подтвердила Аня. – Его улыбка – это что-то с чем-то. – Вспомнив, она вздрогнула от омерзения.

– Что еще по ножу – отпечатки? – спросил Ильин.

– Что-то есть, но четко читаемого – ни одного.

– Ну и о чем можно говорить? – развел руками майор. – Нет, как вариант…

– Пока мы его будем за вариант держать, он еще кого-нибудь убьет. Улыбаясь, как продавец-консультант в «Эльдорадо», – огрызнулся Миша.

– Я все понимаю, но и ты должен понимать. Что ему можно предъявить? Нож? Я уже сказал – их в каждой семье по паре лежит. Обронил какой-то грибник… А то, что и у санитара он пропал, – совпадение. Странное, но совпадение. И такое бывает. Тем более у парня есть алиби… Есть? – Ильин дождался, когда Леонов кивнет ему, и кивнул в ответ сам. – Есть! Отпечатков его на ноже нет? Нет! К тому же ты сам рисовал портрет со слов выжившей. Есть хоть малейшие сходства? Кроме роста и размера обуви.

– А что, его кто-то видел? – оживилась Аня.

– Его видели даже мы, – произнес Леонов и прикрепил портрет на доску. – Но только со спины. – И повернувшись к Ильину, добавил: – Ни единого сходства.

Аня подошла ближе и вгляделась в карандашные штрихи.

– Нет, не похож.

– Ну! А я что говорю! – обрадовался Леонов поддержке Ани.

– Да нет, я о другом. На Тимура он тоже не похож. Но он и на Погорельцева не похож. – Она ткнула на фото Погорельцева с бабушкой и вздохнула.

– Это все равно ничего не значит! – вдруг заявил Леонов. – Шеф, ты же знаешь, как описывают только что выжившие люди. Им насрать на наши проблемы… В тот конкретный момент – насрать. Они думают сначала – за что им такое, а потом радуются счастливому спасению, и плевать на детали. Может, она вообще описала мне какого-нибудь злодея из сериала. Ты вспомни, фотороботы Балашихинского Потрошителя висели на каждом столбе, а когда поймали гниду, был он похож на этот чертов рисунок? Да ни одной черточкой!

– Согласен. Давай подумаем. Но нам нужны еще варианты.

– Они есть, – неуверенно сказала Рыжова. – Но такие же спорные, как и Мишкин Тимур.

– Поясни! – Ильин присел на край стола и сложил руки на колене.

– Погорельцев. Довольно-таки странный тип…

– Для начала – как ты его нашла?

Аня быстро ввела коллег в курс дела, не забыв упомянуть о своих подозрениях насчет мастера цеха.

– И смотрите, – нахожу его дело в архиве. Сел по хулиганке на четыре года. Никакой сексуальной подоплеки, но все его четыре жертвы были женщинами преклонного возраста…

– Так, – потер руки Ильин. – А это уже что-то. Раз он сидел, значит, его пальчики есть в архиве. Что-то еще?

– Вот, – Аня взяла со стола тетрадь с рукописью и помахала ею, – его книга!

– Дневник?

– Нет. Книга. Называется «Я даю вам шанс». В рукописи жестокие убийства оправдываются тем, что главный герой – какой-то звездный рыцарь – дает шанс людям переродиться в таких, как он – исключительных пришельцев… Для чего он убивает их. Бред несусветный, да еще и безграмотный! Но схожие способы убийства наталкивают на мысль… Плюс – гробики на обложке.

– Что за гробики?

Аня показала Ильину обложку.

– Хорошо. – Ильин посмотрел на Леонова. – Миша, займись этим. Здесь уже есть что-то.

И он передал Михаилу тетрадь.

– А я? – огорчилась Аня.

– А ты дуй в больницу, разузнай, кто такой этот санитар, что ест на ужин и с кем спит, в какой рубашке был на первое сентября и с каким ранцем. В общем, все.

– Даже то, что не касается нашего дела?

– Особенно то, что не касается нашего дела. Если даже он не причастен к серии убийств, то что-то же их связывало с Мерзликиным? Да, и неплохо бы показать фотографии этих выжившей.

8

Андрей Дмитриевич услышал взрыв петард. И затем – характерный звук выпущенной ракеты. Он повернулся, но не увидел всполохов. Жизнь так устроена: кто-то празднует, кто-то скорбит. Зачастую эти два события не связаны друг с другом, но сейчас Андрею Дмитриевичу было обидно до боли в груди. О его горе знали считаные единицы, а о счастье какого-то придурка узнает сейчас куча народу. А заслужила ли такого счастья эта мразь?

Андрей Дмитриевич сжал биту покрепче и двинулся на звук.