Совершенно не обязательные смерти - Дейрдре Салливан

– Как именно будет проходить обучение? – спрашиваю я, расправляя плечи. – Можно мне жить с семьей и спускаться сюда на занятия?

– Подробности мы обсудим позже. Но жить ты будешь здесь, со мной. И делать, что я скажу. В школу ходить перестанешь, но сможешь заниматься в свободное время. Кажется, это называют обучением на дому. Голова у тебя светлая, так что справишься. Время от времени можешь встречаться с другими людьми. Будешь присматривать за сестрой. И за тем, что творится вокруг. Научишься предугадывать события. Моя работа в основном заключается в том, чтобы потушить пожар до того, как он разгорится, – мягко объясняет она. – И вычислить источник возгорания.

– То есть вы местный Бэтмен?

– Нет, – вздыхает Маму. – Я не Бэтмен. Бэтмена не существует.

– В отличие от магии.

– Да. В Баллифране собрались люди, не похожие на других. Местные леса когда-то были священным местом. Для некоторых они такими и остались.

Я перевариваю услышанное. Маму, Уна, Лон. Значит, это не совпадение. Священное место. Интересно…

– Лиса. И кровь. Думаете, это дело рук Лона?

Маму внимательно смотрит на меня, решая, готова ли я услышать то, что она скажет. Я выдерживаю ее взгляд, старательно делая вид, что происходящее меня нисколько не пугает и не смущает.

– Нет. Я не думаю, что это сделал Лон.

– Брайан, – вдруг говорю я. Имя отчима само запрыгнуло на язык.

Маму улыбается:

– Соображаешь. Я не уверена, но не исключаю, что это он.

– Я не думаю, что он хотел нам навредить.

– Так и есть… Но люди порой совершают странные поступки, чтобы удержать тех, кого они любят, на своей стороне. – Я невольно цепляюсь взглядом за Кнопку и морщусь, как от боли, а Маму продолжает: – Когда Брайан был ребенком, он подвергся действию схожей магии. – Мысли о прошлом омрачают ее лицо.

– Это сделал его отец? А что, существуют разные виды магии?

– Да, и потому я живу здесь, под за́мком. Так ведь было не всегда. Но после смерти отца Брайан попросил меня сюда перебраться. Чтобы я присматривала за ним. Отец хорошо его обучил, но знания, которые он передал сыну, довольно опасны. Они таят в себе зло. Отец Брайана был жестоким человеком. После его смерти Баллифран сильно изменился. Прежде люди здесь сторонились друг друга. Теперь же они стараются держаться вместе. Во многом это заслуга Брайана. Но он тоже подвержен искушениям. И ему нужно напоминать, когда следует остановиться.

– По-вашему, он плохой человек?

– Я считаю, что нет полностью плохих или хороших людей.

– А как же Лон? – тихо спрашиваю я.

– Лон и Брайан разного поля ягоды, – отвечает она. – Одного из них нужно остановить. За другим достаточно приглядывать.

– Так все-таки какие виды магии существуют? – не унимаюсь я. – Чем занимается Брайан?

Маму тяжело вздыхает:

– Ты задаешь слишком много вопросов.

– Мне через многое пришлось пройти.

– О, у тебя еще все впереди. – Она сплевывает в небольшое ведерко, которое стоит рядом с креслом. – Существует три вида магии, которой могут пользоваться люди, и все они причиняют боль. Та, которой я буду тебя обучать, пожалуй, сама логичная. Ты что-то отдаешь – и что-то получаешь взамен. Для этой магии требуются инстинкт и дар, а также немало прилежания. Придется работать в поте лица.

– Понятно. А что с другими?

– Еще есть молитвенная магия. Ее практиковал тот, кто распял лису на перекрестке. И ты пыталась ее использовать, когда хотела принести в жертву котенка.

– Кнопку.

– Ужасное имя. К молитвенной магии многие обращаются неосознанно. Суть ее заключается в том, что люди обращаются к кому-то могущественному с просьбой о власти, деньгах или любви. Или хотят сохранить свою тайну. Но существует завеса между нашим миром и миром тех, кто способен исполнить наши желания. И поэтому мы можем получить совсем не то, о чем просили. И цена может оказаться слишком высокой. А если у тебя не хватит мозгов, чтобы закрыть за собой дверь, то однажды к тебе явятся гости.

– Гости? – озадаченно моргаю я.

– Голодные твари, – мрачно уточняет Маму.

– Такие, как Лон?

– Да. А иногда и похлеще. Скорее всего, он проник в наш в мир украдкой и вырос среди людей. В результате получилось существо с человеческим лицом и звериным аппетитом. – Она яростно чешет подбородок.

– Эту магию практиковал отец Брайана?

– Да. А также магию третьего вида.

– И это?.. – Я смотрю на нее выжидательно.

– На использование молитвенной магии людей часто толкает глупость или отчаяние. Нередко они вовсе не понимают, что делают. Но те, кто практикует магию третьего вида, все прекрасно понимают. Она проклинает душу. – Маму плюет в очаг. – Но это неподходящая тема для первого дня.

– А какая подходящая?

Маму встает и направляется к раковине, чтобы налить воды в большой стакан. Отдает его мне, а следом протягивает что-то маленькое, темное и круглое. Мраморный шарик, который принес ворон. Откуда он у нее? Ведь раньше он был у меня… Я подставляю раскрытую ладонь.

– Проглоти, как таблетку, – велит она.

– Но зачем?

– Для того, чтобы никто не слышал твои молитвы. Но не только. Все зависит от человека. Души бывают разных форм и размеров, да и вес у них разный. Возможно, ты утратишь какие-то способности… или приобретешь. Сможешь творить ужасные вещи, не платя за них непомерную цену. – Маму внимательно смотрит на меня. – Но это неважно. Ты дала слово.

И я послушно отправляю шарик в рот. Большой, круглый, он льдинкой скользит по языку и застревает в глотке. Чтобы протолкнуть его, требуется еще один стакан воды и помассировать горло двумя руками.

Мы принимаемся обсуждать детали сотрудничества. Маму будет звать меня, когда ей понадобится помощь. Раз в неделю я могу ночевать дома. На этом настаивала мама, и Брайан с Маму заключили сделку.

– Что за сделка? – интересуюсь я.

– Для начала он согласился предоставить пещеры в мое полное распоряжение.

«Немалая цена за одну ночь в неделю, – думаю я. – Что же она потребует, если я захочу вернуться к прежней жизни?»

– Вы со всеми заключаете сделки?

Маму не торопится с ответом. И блеск в ее глазах мне решительно не нравится. В желудке вдруг возникает резь, будто кто-то вцепился в него острыми когтями и рвет, рвет, впиваясь все глубже.

– От твоей души мало что осталось, – вдруг говорит Маму. – Я много забрала, чтобы спасти Кэтлин. От своей тоже отхватила изрядный кусок. А взамен беру всего лишь зернышко.

– Зачем вы дали мне мраморный шарик? Не сейчас, а тогда?