Смертельная ночь - Хизер Грэм

— Я останусь здесь.

— Я могу тебя выставить в два счета.

— Бесполезно. Ты же знаешь, что я вернусь.

Он обнял ее и поцеловал в макушку.

— Мы все обсудим утром.

— Эйдан… — она нерешительно помялась, — на кладбище что-то происходит. Я знаю… мне говорят об этом духи.

Вопреки ее ожиданиям, он не посмеялся над ней, лишь крепче обнял и проговорил:

— Мы разберемся. Мы положим этому конец, обещаю.

Они снова заснули, и теперь настала очередь Эйдана видеть сны. Однако его сон был не похож на кошмар.

Женщина в белом платье нежно гладила его по щеке и шептала странные слова: «Помоги. Зло вернулось. Он такой же, как тот, что был прежде. Этот убийца. Останови его. История повторяется. Амелия видела огни».

Когда Эйдан проснулся, это видение еще долго не покидало его. Однако он по-прежнему толком не знал, чем и кому он должен помочь. И что это за огни, которые видела Амелия? Явно не фонарик Джимми.

Довезя ее до работы, он остался выпить кофе с Мейсоном и Винни.

— Есть новости о Шейле? — сразу спросил Мейсон.

— Боюсь, что нет, — помедлив, ответил Эйдан. После кофе он чмокнул Кендалл в щеку, пообещав заехать за ней вечером, и вышел на улицу. У машины его кто-то окликнул по имени.

Он обернулся и увидел Ребекку. На ней были большие темные очки, длинное пальто, а на голове — шарф. В руках она держала большую сумку.

— Ребекка? — Он удивленно поднял брови. — Здравствуйте. Вы здесь инкогнито?

— Я не хочу, чтобы меня застукали, пока я вам это передаю. Возьмите сумку.

— А что там?

— Ваши кости.

Вместо ленча Кендалл поехала в цветочный магазин. Она выбрала несколько букетов, и посыльный донес их до машины. На улице она помедлила, прислушиваясь к своим ощущениям и оглядываясь.

Чувства, что за ней следят, не было. Неужели от нее отстали?

Вернувшись в салон, она решительно сунула колоду карт в ящик стола, который затем плотно задвинула. Все сеансы на сегодня отменялись.

Поскольку в отсутствие работы Мейсон становился молчаливым и задумчивым, она стремилась нагружать его как можно больше. Во-первых, она попросила его съездить к ней домой и привезти Иезавель, которой предстояло временно поселиться в салоне, поскольку Кендалл решила не покидать плантации, пока не разгадает тайну. Все-таки ей не хватало духу досмотреть сон до конца. Может быть, стоило начать действовать наяву?

Ближе к вечеру она спросила у Мейсона:

— Ты справишься один, пока меня не будет?

— Один? А я тебе кто? — удивился Винни. — Куриный паштет?

— А ты, Винни, поедешь со мной. Ты поможешь мне отвезти цветы на кладбище.

Выйдя на улицу, она взглянула на небо, удивляясь перемене, произошедшей с погодой, небывалой для Нового Орлеана. Стоял октябрь, но небо было тяжелое и темное, будто зимой. В воздухе было по-зимнему холодно, висел густой туман, и тянуло сыростью.

По дороге Винни заметил:

— Ну и туманище, просто невероятно.

Кендалл, конечно, тоже обратила внимание на плотный поземный туман, который зловеще клубился, прямо как в ее снах.

Эйдан и не заметил, как Ребекка оказалась у него в машине. Они вместе поехали сначала в ФБР, чтобы отослать кости Роберту Берчу, а затем в историческое общество.

Начальник Шейлы сказал Эйдану, что полицейские уже обыскивали стол Шейлы, забрали ее ежедневник и большинство документов, с которыми она работала, но все-таки позволил ему снова осмотреть ее рабочее место.

Именно Ребекка указала ему на стикер внутри одного из ящиков.

— «Перед отъездом встретиться с папой», — прочитал он вслух. — Это ее отец, что ли?

— Сомневаюсь, что она знала своего отца, — хмыкнула Ребекка. — Ее родители никогда не были женаты.

— Папа. Наверное, кто-то старше ее. — Эйдан поднялся. — Ну, идемте.

— Куда мы едем?

— В полицию.

— Нет, вы уж сами, — отказалась Ребекка, глядя на часы, — мне нужно заехать за мамой. Она сейчас у врача.

— Я подброшу вас до вашей машины.

Прежде чем попрощаться, она внимательно посмотрела на него и сказала:

— Вы и вправду заботитесь о нашей девочке. Мама вас одобряет.

— Я очень рад. Спасибо, Ребекка, — улыбнулся Эйдан.

Эйдан поехал в управление полиции. Хэл был в кабинете. На столе перед ним лежала стопка бумаг.

— Садись, присоединяйся. Я разбираю документы Шейлы.

Коробка с латексными перчатками на столе у Хэла, необходимыми при разборе улик, заставила Эйдана вспомнить о покупателе кукол вуду, который тоже был в черных перчатках из латекса.

Он вытащил себе пару, взял стул и сел напротив Хэла. Вдвоем они принялись тщательно изучать бумаги Шейлы, ища какой-нибудь зацепки, которая могла бы навести их на след убийцы. Через некоторое время Хэл сказал, что ему нужно выпить кофе, и вышел.

Его не было несколько минут, когда затылок у Эйдана покрылся мурашками от ощущения чьего-то взгляда.

Он обернулся…

Женщина в белом.

С застывшей маской тревоги на лице она манила его…

Он встал, не смея моргнуть, и шагнул к ней. Она исчезла как раз в тот момент, когда дверь открылась и вошел Хэл.

— Что с тобой, Флинн? Почудилось что-то?

— Я должен идти.

— Что?

— Мне срочно нужно на плантацию.

Не говоря больше ни слова, он выбежал из кабинета.

Когда Кендалл и Винни подъехали к дому, ей показалось, что она никогда еще не видела его столь прекрасным. Теперь, когда покраска была завершена, мощные белые колонны поднимались из таинственного тумана.

— А Эйдан разве нас не встречает? — занервничал Винни.

— Нет.

— Так позвони ему.

Она не решилась, зная, как разозлится Эйдан, обнаружив, что она отправилась куда-то без него.

— Позвони ему сам, Винни. Скажи ему, чтобы приезжал сюда, как только закончит свои дела. Извини, что я тебя задерживаю. Но ты потом возьмешь мою машину.

— Ничего, опоздаю немного. Это не конец света.

Выйдя из машины, она взяла первый венок, предназначенный для Генри.

— Позвони Эйдану, потом возьми вот эти цветы — они для Амелии.

Кендалл направилась к кладбищу. Над головой сгущались темные тучи. Она чуть не повернула обратно, но не потому, что боялась призраков.