Луна-парк - Ричард Лаймон

Карен, стоявшая рядом с Нейтом по другую сторону стола, глазела на нее так, словно пыталась заглянуть под эту рубашку.

Таня изловчилась и метким ударом загнала в лузу шар за номером восемь. Нейт покачал головой. Очевидно, этот удар принес Тане победу.

Стоявший на углу стола Рэнди приветственно помахал рукой Джереми и Светлячку.

Таня положила кий на стол и с улыбкой повернулась к ним.

– Рада, что вы приехали, – сказала она и шагнула вперед. Джереми видел плавные движения ее тела под рубашкой, но сразу же поспешил перевести взгляд на ее лицо.

Кто-то похлопал его по заду. Обернувшись, он встретился взглядом с поросячьими глазенками Хизер и постарался выдавить улыбку.

– Как дела, Герцог? – спросила она.

Он лишь плечами пожал.

Стоявший позади нее Самсон подмигнул и поднял стакан, наполненный чем-то красным. Неподалеку от него стояла Лиз с таким же напитком. Все трое – Хизер, Самсон и Лиз – буквально минуту назад отошли от бара.

Хизер еще раз шлепнула Джереми по заду:

– Почему бы и тебе не взять порцию пунша и не присоединиться к вечеринке?

– По какому случаю гуляем? – спросила Светлячок, поглаживая Джереми по спине и как бы отметая тем самым притязания Хизер.

– Давайте назовем это поминками, – сказала Таня. – Поминками по «хорошему троллю».

– Ибо хороший тролль – мертвый тролль, – добавил Ковбой. – Черт, ну почему меня там не было?!

– О, зато я все видела, – давясь от смеха, проговорила Лиз. – Он такие охрененные тройные сальто выделывал, пока летел…

– Но много очков потерял на старте, – сказал Самсон.

– Точно. Я бы присудила ему не больше восьми.

Некоторые засмеялись. Светлячок к ним не присоединилась. Нейт тоже.

– Итак, – сказала Таня, – предлагаю всем взять стаканы и выпить за упокой нашего хорошего тролля.

Она подошла к бару, перегнулась через стойку и достала литровую бутылку рома.

– Йо-хо-хо! – взвизгнула Хизер.

Таня вылила половину бутылки в стеклянную чашу. Отставив бутылку, она принялась перемешивать получившийся коктейль специальным ковшиком.

Когда все бокалы были наполнены, она подняла свой:

– Я пью до дна за тех, кто в море, – провозгласила она. – За тех, кого любит волна и рыбехи жрут…

– За это я пить не стану, – пробормотал Нейт.

– Эй, да что с тобой? – сказала Таня. – Это же был просто хренов тролль.

– Это был человек, а мы убили его.

– Мы его не убивали, это был несчастный случай.

– Счастливый случай, – добавила Лиз.

– А я его профукал, – сказал Ковбой.

– Мы его убили, – повторил Нейт.

Таня посмотрела на него. Вид у нее был одновременно злой и разочарованный.

– Это был несчастный случай. Все бы обошлось, не будь он таким кабанярой. И если бы крепления этого вашего колеса обозрения не держались на соплях!

Нейт побледнел.

– По-твоему, я не знаю, что там произошло? – спросил он почти шепотом.

– Ладно, – сказала Таня. – Мы охотились на троллей и пришибли одного. Так уж вышло, что он погиб. Теперь уже никакие охи-ахи, хоть бы их испускал целый мир, не помогут вернуть его к жизни.

– Неужели есть желающие? – вставила Лиз.

– Так что давайте просто нормально повеселимся, а? Я не для того вас тут собрала, чтобы сидеть с кислыми минами. Я хотела, чтобы мы повеселились, расслабились, немного выпили и оставили случившееся в прошлом. Все мы знаем, что произошло. И никого из нас это не радует.

– Говори за себя, – сказала Лиз. – Меня все более чем устраивает. Одним троллем стало меньше. Всех бы так.

Ковбой с ухмылкой поправил прическу. Улыбнувшись в ответ, она обняла его.

– Я согласен с Лиз, – сказал Самсон. – Хер с ними. Хороший тролль – мертвый тролль.

Нейт посмотрел на него в упор, а потом перевел взгляд на Таню:

– Это нужно прекратить. Нам давно пора было остановиться. Ситуация все сильнее выходила из-под контроля. И когда-нибудь подобное должно было произойти…

– Ты говоришь прямо как та журнализдка, что накатала про нас статью.

– Та «журнализдка» была права! И вчера ночью мы сами это доказали, верно? И нечего меня лечить, как, дескать, всем вам жаль. Вы все были страшно рады, что тролль разбился. А вспомните ночь во вторник… Как ты, Таня, чуть не подожгла того бомжа!

– Знатный бы шашлычок вышел, – сказал Ковбой.

– Да вы что, все с ума посходили?

– Это война, мужик, – сказал Самсон.

– Что они вам сделали?

– От них несет мочой.

– О, замечательно. От них несет мочой, за это их убивать, что ли?

– Слышь, козел, это был несчастный случай, и ты сам это прекрасно знаешь.

– Ты ввязался в это из-за меня, – сказал Нейт. – И ты, Ковбой, тоже. Помните? Я хотел, чтобы вы помогли мне надрать им задницы за то, что они сделали с Таней. У вас самих тогда не было зла на троллей. Я настроил вас против них. А теперь пришло время остановиться. Мы надрали им задницы. Мы воздали им сторицей. И за Таню, и за сестру Светлячка.

Нейт переводил полный ярости взгляд с одного троллера на другого, пока не остановил его на Рэнди:

– Что лично ты имеешь против них? Ничего, вот что. Только историю о том, что произошло с Таней. И ради этого стоит убивать? Это и тебя касается, Карен.

Карен с усмешкой показала ему средний палец.

– Что они сделали тебе, Хизер? Ты это делаешь только ради компании. Да, у нас тут охренительная компания! Но не лучше ли просто похудеть и начать жить по-человечески?

Хизер поджала губы и заморгала.

Глаза Нейта встретились с глазами Джереми:

– Я не знаю твоей истории. Ты ненавидишь троллей? Хочешь убивать их? Или для тебя это просто способ влиться в компанию, как для Хизер?

Джереми залился краской и не произнес ни слова.

– Вот она, твоя проклятая война, – сказал Нейт, повернувшись к Самсону.

– Все сказал? – молвила Таня. Ее голос звучал спокойно, но в то же время сурово. – А теперь вон из моего дома.

– Скажи им, – попросил Нейт. – Ты единственная, кого они послушают. Просто скажи им, что все кончено, и все закончится.

– Закончились только наши с тобой отношения.

– В этом ты права.

Какое-то мгновение она выглядела потрясенной. Как будто ожидала, что он попросит прощения. Джереми видел, что она не хочет его терять. Ее верхняя губа чуть приподнялась.