Красные цепи - Константин Образцов

Вервольф помотал большой головой и принюхался. Он чувствовал, что его добыча где-то рядом, но теперь к обычным запахам сырости примешивались такие оглушительные гнилостные миазмы, что он совершенно не ощущал острого возбуждающего аромата своей жертвы. Оборотень внимательно осмотрел двор: три подъезда, одна запертая ржавая дверь в подвал, покосившаяся пристройка, из которой как раз и несло тяжелым помоечным смрадом, и та самая щель между стенами, куда так неожиданно юркнула бежавшая девушка. Вервольф еще раз медленно повернулся вокруг себя и нерешительно двинулся в сторону подвальной двери.

Алиса наблюдала за ним через щели между грязными досками. Сейчас он находился как раз между ней и спасительным выходом из двора, за которым всего в десятке метров был ее дом. Алиса покрепче сжала в кулаке связку ключей. Если ее преследователь выйдет из двора через арку, она останется в этом вонючем сарае и просидит тут хоть всю ночь: перспектива отравиться насмерть испарениями гниющих отходов не слишком пугала по сравнению с возможностью еще раз увидеть у себя за спиной огромную фигуру в плаще. Ну а если Он подойдет к двери ее убежища, то она заползет через груды мусора в низкий подземный лаз в надежде, что никто не сможет протиснуться за ней следом.

Незнакомец подошел к ржавой подвальной двери. Алиса видела, как он постоял секунду, потом несильно пнул дверь сапогом, дернул на себя, убедился в том, что висячий замок крепко держится в погнутых петлях, и двинулся налево, обходя двор против часовой стрелки. Теперь дверь одного из подъездов: несильный пинок, рывок, клацанье язычка замка — и снова тяжелые шаги, хриплое дыхание, похожее на низкий рык, и отрывистое сопение. Алиса поняла, что ее преследователь намерен методично проверить все возможные укрытия в этом дворе, и в отчаянии глянула в сторону жуткой низкой двери в основании стены, больше похожей на черную осклизлую нору. Она больше не видела кошмарного незнакомца, а только слышала его: вот трясется дверь еще одного подъезда, рычание, шаги и долгое сопение, которое он издал, поравнявшись со щелью в стене. Теперь их разделяло расстояние не более трех метров, груда мусора и покосившаяся стена из крошащегося кирпича. Алиса чувствовала, как болезненно ноет сжавшееся в тугой комок сердце. Снова раздалось громкое сопение, перемежающееся короткими сиплыми вдохами, затем Алиса услышала протяжный шорох ткани о камень и наступила тишина.

Ее кошмарный преследователь исчез. Он вернулся обратно, в другой двор, протиснувшись в тот лаз, через который попала сюда она. Девушка замерла и едва дышала. Тишина вокруг была пустой и неподвижной, только дождь скребся по ветхой железной крыше. Алиса посмотрела в щель: впереди в полутора десятках шагов чернел низкий проход, ведущий в ее двор. Она стиснула в ладони ключи, набрала полные легкие густого, вонючего воздуха и стремительно выскочила из сарая.

— Вот здесь! Здесь! Следующий дом! — закричала Алина.

Гронский резко затормозил, и джип, проскользив несколько метров по мокрому асфальту и немного развернувшись, замер у черного провала полукруглой арки. Они выскочили из машины. Алина оглянулась: метрах в двухстах позади них из-за поворота, скрипя тормозами и сверкая проблесковыми маяками, вылетел автомобиль ДПС.

— Не стойте! — крикнул Гронский. — Они присоединятся, будьте уверены!

Полицейская машина сердито рявкнула сиреной и стала стремительно приближаться, но Гронский и Алина уже вбегали во двор.

— Вот ее подъезд!

Во дворе было пусто. Дождь хлестал упругими струями, и пленка темной воды на асфальте вздувалась множеством пузырей.

— Куда теперь?

Гронский молча устремился в один из проходов, ведущих вглубь дворов. Алина побежала следом, но уже через пару секунд отстала настолько, что успевала только заметить, как мелькает впереди черный силуэт ее напарника, рыскающего в каменном лабиринте. Откуда-то сзади слышались громкие голоса и топот тяжелых шагов.

Алина выскочила из очередной арки и едва не уткнулась в спину Гронского, который замер у входа во двор, словно прислушиваясь к чему-то.

— Что… — начала было Алина, но Гронский сделал резкий жест рукой, и она замолчала.

Несколько секунд они стояли неподвижно. Слышен был только обволакивающий шум дождя, да позади нарастали звуки полицейской погони. Вдруг откуда-то справа донесся едва слышный, но отчетливый крик. Алина вздрогнула. Гронский повернулся на звук. Крик повторился: пронзительный, отчаянный — и внезапно резко оборвался.

— Туда! — Гронский бросился к низкому темному проходу, и Алина побежала за ним, надеясь только на то, что еще не слишком поздно для спешки.

Алиса выскочила из сарая, но тут же как будто споткнулась обо что-то и с криком упала на мокрый грязный асфальт, обдирая выставленные вперед ладони. Она не успела ничего понять и попыталась встать, но в этот миг огромная рука схватила ее за волосы и рывком подняла на ноги. Выступившие от резкой боли слезы мгновенно застлали глаза, но и сквозь дрожащую влажную пелену она увидела перед собой то, от чего так отчаянно пыталась спастись: большое неестественно белое лицо, человеческую маску на морде зверя с черными провалами глаз.

Вервольфу приходилось и больше времени проводить в засаде, ожидая, когда уверившаяся в собственной безопасности добыча выскользнет, испуганно озираясь, из спасительного убежища. Насмерть перепуганная девушка, просидевшая в вонючем сарае всего три минуты после того, как он неподвижно застыл рядом с дверью, была просто не в силах вытерпеть больше. Он поддел ее ноги своим большим сапогом, а когда она упала, по-заячьи заголосив, поднял перед собой.

Алиса успела снова пронзительно закричать. Вервольф, продолжая держать ее за волосы, взмахнул рукой и наотмашь ударил Алису по лицу. Чудовищный удар сотряс мир вокруг, голова откинулась назад, а асфальт, вдруг коварно поднявшись, жестко и сильно припечатался к лицу. Алиса осознала, что лежит ничком на земле. Она всхлипнула, и почти бессознательно попыталась ползти в сторону арки, но оборотень сделал шаг и с силой наступил ей тяжелым сапогом между лопаток, припечатав к земле так, что хрустнули позвонки. Алиса беспомощно заскребла по асфальту руками, из судорожно открытого рта безуспешно пытался вырваться сдавленный между трещащими ребрами крик.

Вервольф достал из-под плаща пустой кожаный мешок, бросил его рядом с Алисой, снова полез под плащ, и в его огромной руке тускло заблестело широкое изогнутое лезвие, наточенное до едва слышного тонкого звона. Он деловито встряхнул мешок, приподнял за волосы голову девушки, поднес нож к ее шее — и вдруг остановился, словно что-то услышав. В следующую секунду Алиса тоже услышала это: приближающийся звук чьих-то шагов.

Вервольф поднялся во весь рост и встал, держа ногу на спине своей жертвы и глядя в сторону единственной арки.