Луна-парк - Ричард Лаймон

– Ай, да брось. Будь умницей, я же тебя подвез.

Она хотела выскочить из машины. Но на заднем сиденье лежали ее рюкзак и банджо. Она не могла убежать без них.

А нож лежал как раз в боковом кармашке рюкзака.

Она расстегнула ремень безопасности и посмотрела мужчине в глаза:

– Просто позвольте мне взять вещи и уйти, хорошо?

Он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

Дрожащим голосом она проговорила:

– Не смейте. У меня сифилис.

Он лишь улыбнулся, продолжая расстегивать пуговицы.

– Надо же, какое совпадение, – сказал он. – У меня тоже.

Обеими руками он разорвал на ней рубашку.

Ее кулак угодил ему прямо в нос. Из ноздрей хлынула кровь. Схватив мужчину за горло, Робин треснула его затылком о боковое стекло. Глаза его закатились. Она била его головой о стекло, пока он не обмяк. Потом достала из зажигания ключ. Оставив бесчувственного мужчину в автомобиле, она выскочила и торопливо выгрузила банджо и рюкзак.

Ключ она бросила на пол между его ног, а сама подхватила свои пожитки и бросилась в кукурузные заросли. Там она затаилась и достала нож.

Она ждала, когда Джордж очухается и отправится на ее поиски.

А пока ждала – думала, как глупа она была в своем стремлении вернуться домой. У нее не было дома. Там был Пол, а Пол был хуже Джорджа.

Вскоре она услышала звук заводящегося автомобиля. Несколько минут подождала, а затем вышла на дорогу. Та была пуста. Джорджева автомобиля и след простыл. Она повернула на запад и отправилась в путь.

С того дня она перестала тосковать по дому.

Но гложущая душевная боль, что причинил ей Нейт, была не лучше.

Робин объявила перерыв. После того как слушатели разошлись, она собрала деньги из чехла для банджо, взяла инструмент вместе с остальными вещами и отошла к ближайшей скамейке.

Она пересчитала наличку.

Шестьдесят три доллара семьдесят пять центов.

Достав из рюкзака хлопковый носок, она ссыпала всю мелочь туда, а бумажные деньги сложила пополам и сунула в карман джинсов.

Часов у Робин не было, но она полагала, что у нее еще есть время добраться до банка и обменять мелочь на банкноты. Оттуда она пойдет на автовокзал и купит билет куда-нибудь подальше отсюда.

Чего здесь задерживаться? Денег на ближайшее время должно хватить, даже если отдать половину за билет на автобус. Конечно, Нейт – не повод, чтобы остаться. И лучше свалить из этого пристанища бомжей, воров и троллеров поскорее, пока не нажила настоящих проблем.

Нагнувшись, она сунула набитый монетами носок в боковой карман своей сумки.

Кто-то уселся на скамейку рядом с ней. Робин подняла голову посмотреть, кто это.

Это был Нейт.

Он улыбнулся ей. Теперь он не выглядел больным и измученным.

– Как дела? – спросил он.

– Нормально.

– Прости за старое. Я не должен был так с тобой разговаривать.

– Все в порядке, – сказала Робин. Сердце ее колотилось.

– Я переживаю за тебя. Вот и психанул. Понимаешь, я знаю, что тут с людьми случается. Не хочу, чтобы тебе причинили вред. А ночуя на пляже… ты сама ищешь неприятностей.

Тебе не придется больше переживать, подумала она. Я покину Болета-Бэй еще до темноты. Исчезну навсегда.

И больше ты меня никогда не увидишь.

Нахмурившись, он посмотрел ей в глаза, сжал губы в тонкую линию и покачал головой:

– Не хочу, чтобы ты превратно поняла мое предложение… – начал он.

– Какое предложение?

– Я хочу, чтобы ты взяла это, – он полез в передний карман своих брюк, вытащил ключ, привязанный к большому овалу из зеленого пластика, и протянул его Робин.

Она взяла его и перевернула бирку. На ней стояло название мотеля, «Вайфарер-Инн», и адрес. Это был ключ от одного из номеров.

– Без возражений, – сказал Нейт. – Комната уже оплачена. Я знал, что нет смысла давать тебе деньги, поэтому просто снял номер. – Он пожал плечами. – Иначе ты просто сберегла бы их на завтраки.

У Робин перехватило горло. Сердце стучало, как отбойный молоток.

– Ты не волнуйся, – сказал он. – Я не пойду с тобой и не начну приставать, ничего такого. Черт, да я даже номера не знаю. Просто хочу, чтобы ты была в безопасности.

Она взяла его за руку и сжала.

– Это… очень мило с твоей стороны, – сказала она. Голос дрожал, и она ничего не могла с этим поделать. – Не надо было, но…

– Ты воспользуешься ею, правда? Комнатой.

– Да. Но только позволь мне расплатиться с тобой.

– Ни за что.

– Но я серьезно. Сейчас у меня денег с избытком. – Она услышала в собственном голосе странные нотки. Глаза вдруг наполнились слезами. – Я собиралась купить билет на автобус сегодня вечером, но теперь думаю, что останусь.

– Ты собралась уезжать? – Он был явно поражен, и она почувствовала, как его рука напряглась.

– Да, но… не сейчас. Не когда подвернулся шанс отдохнуть в гостиничном номере.

– Но ты все равно собираешься уехать? А я думал, ты решила обосноваться где-то здесь.

Она шмыгнула носом. Пожала плечами.

– Мне нужно возвращаться в магазин, – сказал Нейт. – Ты обещаешь, что воспользуешься комнатой?

– Обещаю.

– Отлично.

– Но ты должен позволить мне заплатить. Ты не обязан тратить на меня столько денег. Блин, да ты же наверняка сам зарабатываешь гроши в этом магазинчике…

– Он принадлежит моей семье, – улыбнулся Нейт. – А также весь пассаж, американские горки, колесо обозрения и много чего еще. Так что не сомневайся, с деньгами у нас все в порядке. Чего там, мы богаты до безобразия. Я езжу на «Транс-Ам», а живу в двенадцатикомнатном доме с собственным бассейном и теннисным кортом. Так что не волнуйся, я могу позволить себе снять для тебя номер в мотеле.

– Ладно, ты меня убедил, – сказала Робин, глядя на ключ. – Я принимаю подарок. Спасибо.

– Не за что. – Он высвободил свою руку и поднялся со скамейки. – Значит, до встречи завтра, да?

– А не раньше?

– Поверь мне, Робин, это не какой-нибудь подлый трюк. Честное слово, я даже не видел номера твоей комнаты.

– Я тебе верю.

– Надеюсь, тебе там понравится, – сказал он и повернулся, чтобы уйти.

– Номер комнаты – двести сорок. Комната двести сорок.

Нейт обернулся через плечо и посмотрел на нее широко раскрытыми глазами. Рот его слегка приоткрылся.