Самая страшная книга. Рассвет - Олег Кожин

– А этот «людоед», – Кирилл изобразил кавычки пальцами, – это Безликий?

– Д-да… – Света покосилась на него, пытаясь понять, как ее сумели облапошить этим болванчиком.

В Кирилле – прямом, разговорчивом, улыбчивом Кирилле – отсутствовало главное. Жизни в нем не было ни на грош. В манекене, или кукле, или компьютерной модели больше жизни, чем в этом конструкте.

«Потому что он создан не для жизни, – голос Антона в голове сделался жестким. – Он создан охранять сон своего творца».

От страшной догадки Света похолодела. Кирилл же шел как ни в чем не бывало. Он пока еще не заметил ее испуга. Или делал вид, что не заметил.

– Значит, ты предлагаешь добровольно сунуть голову в пасть людоеда?

– Пожалуй, что так, – отмахнулась Света, лихорадочно соображая, что же делать дальше.

– И тебя не пугает, во что он превратил Виталия? Что сотворил с Лилей?

– А что он сотворил с Лилей? – Света остановилась как вкопанная.

– Высосал. Высушил. – Кирилл тоже остановился, глядя себе под ноги. – Ты знаешь.

– Да, знаю. Но ты-то нет.

Она понимала, что уже давно раскрыла себя. Тварь, занявшая место Кирилла, потешается в меру своего извращенного чувства юмора. Продолжая диалог, Света попросту тянула время.

– Не важно, что знаю я.

Кирилл преувеличенно медленно повернулся лицом к Свете. Более он не выглядел живым. Марионетка, или, скорее, пальчиковая кукла, – вот кем он был.

– Куда важнее, что знаешь ты. И что твои знания – опасны.

Кирилл дернулся, принимая странную позу, полусидя, скрестив ноги, заведя левую за правую. Спрятал лицо в сложенных друг на друга руках. Он словно уснул на невидимом столе. Человек ни за что бы не сумел удержаться в таком положении, это все равно что подтянуться, хватаясь за воздух. Однако конструкт справлялся без видимых усилий.

«Сон разума, – поняла Света. – Он копирует картину „Сон разума“!»

Затылок «спящего» с хрустом разломился, выпуская трепещущее кожистое крыло. За ним показалась крохотная морда с вывернутыми ноздрями и умными красными глазками. Уши-локаторы шевельнулись, летучая мышь заметила Свету. Распахнулась розовая пасть, утыканная иголками зубов. Раздался пронзительный писк. Высвободив второе крыло, мышь рванула под потолок, заметалась там, точно игрушка на ниточке.

Следом за ней из пролома в черепе повалили крючконосые совы, угольно-черные вороны и совсем уж невероятные уродливые создания, у которых не было даже названия. Как тонкая ткань, под напором когтистой лапы с треском разошелся живот. Наружу, скаля острые клыки, просунулась громадная кошачья голова. Существо такого размера никак не могло поместиться внутри человека, и все же оно выбиралось, подергивая плечами, слизывая с морды рубиновые капли.

Света медленно пятилась. Все новые и новые разрывы, проломы, дыры появлялись на теле конструкта. Из спины сквозь рану, белеющую позвоночным столбом, выпорхнула огромная стая летучих мышей. Полчище крыс хлынуло из карманов, с писком растеклось по полу. А когда стало казаться, что в воздухе не осталось свободного места от крыльев, хвостов, перьев, клыков и когтей, рогов и копыт, безумная какофония оборвалась, и голос, такой же безликий, как его хозяин, произнес:

– Я же говорил, если из меня полезут демоны, я даже не замечу.

Как по команде разномастная стая бросилась на Свету. Клекоча и взрыкивая, погнала девушку по коридору, цокая крохотными когтями, задевая лампы серыми перьями. Света сразу поняла, что сопротивляться бесполезно. Ее сомнут, разорвут на кусочки тысячами маленьких клювов раньше, чем объеденный остов с лохмотьями мяса упадет на пол. Слишком несоизмеримы силы. Слишком незначителен опыт, полученный в первом и единственном погружении. Безликий раздражен и напуган. Он не станет церемониться, подбирая ключи к ее психике. У него тоже нет на это времени. Он просто уничтожит нарушительницу спокойствия всей своей мощью. Чтобы понять это, Свете не требовались подсказки от персонифицированного подсознания.

Крупные черные крысы бросались ей в ноги, норовя вцепиться в кроссовку. Пока еще единичные, самые сильные и быстрые экземпляры. Одной из них, забежавшей слишком далеко вперед, Света с мстительным удовольствием раздавила голову подошвой. Над головой, пища, метались летучие мыши. Когтистые лапки цепляли Свету за волосы, выдирая клоки. В центре животной вакханалии с ленивой грацией скакала черная кошка размером с пантеру. Она не сомневалась, что нагонит добычу в любой момент, и потому не спешила.

Как из-под земли на пути вырос Антон. С озабоченным видом он, как регулировщик, вытянутой рукой указал направо и тут же исчез. Света вызвала в памяти план этажа и чуть не взвыла от досады. В суматохе погони она с перепугу проскочила уже два поворота, ведущие к холлу с лифтом. Этот был последним. Мысленно поблагодарив Антона за подсказку, Света свернула направо.

Орда мелких тварей не сумела скоординироваться так же быстро. На повороте началось столпотворение, подарив Свете еще пару секунд форы. Почуяв, что добыча ускользает, гигантская кошка ускорилась, погналась длинными прыжками. Она сокращала разрыв, приближаясь все быстрее и быстрее. Лифт же, маячащий в конце коридора, напротив, подползал улиточно-медленно.

Подтянулась, заверещала, захлопала крыльями остальная орда, и стало ясно – не уйти. Не хватит какой-то секунды, возможно даже доли секунды! В отчаянии Света ринулась вперед так, что ненадолго вышла за пределы собственных возможностей. На бегу вдавив кнопку вызова, она круто развернулась, оценивая расстояние.

В шахте загудел подъемный механизм. Кабина опускалась с неспешным достоинством. Раздался мелодичный звон, после которого загорелась цифра «три». Минула секунда, другая, третья, а она и не думала меняться на двойку. Крылатый, когтистый, визгливый вал накатывал, и Света отчетливо поняла – ей ни за что не успеть. Когда из черного месива, обнажив серпы когтей, вылетело гибкое лоснящееся тело, Света лишь вскрикнула, прикрывая руками горло и живот.

Перед лицом полыхнуло. Да так, что в воздухе отчетливо запахло горелым, – ей опалило ресницы. За спиной мелодично пиликнуло, и Света ввалилась в кабину. Преграждая пусть сомнищу тварей, на пороге лифта пылал Антон. Сквозь оранжевые языки пламени виднелась черная кошка, что ходила влево-вправо, сердито охлестывая бока хвостом.

– Уезжай. Надолго меня не хватит, – Антон не обернулся.

В этот раз она не стала спорить. С благодарностью приняла помощь. Кнопка «0», расположенная под девяткой, хрустнула под пальцем, отправляя сигнал в машинное отделение. Створки смыкались так неспешно, что Свете стоило труда не помогать им руками. Пламя угасало, твари смелели, но, по счастью, двери закрылись раньше. Единственную летучую мышь, что прорвалась через огненный заслон, Света бесстрашно ухватила за крыло, с размаху размозжив ей голову о стену.

Лифт встряхнулся, точно большой пес, и поехал. Как и ожидала Света – наверх, а не вниз. Брат не мог найти уровень «ноль», потому что искал не там. Всегда, при любых условиях нужно двигаться вверх. Потому что под землей нет и не может быть ничего хорошего. Под землей хоронят мертвецов. Наверху же – небо. А на небе, говорят, живет Бог.