Девочка, которая любила Тома Гордона - Стивен Кинг

Не отдавая себе отчета в том, что делает, словно автомат,Триша отвела левую ногу назад, приставила к правой, и тут все ее тело пришло вдвижение. Она выполняла бросок, не тот, которому учил ее отец на заднем дворе,другой, который она разучила, наблюдая за Томом Гордона по телевизору. Вновьшагнула вперед, подняла правую руку к правому уху, затем занесла ее за голову,далеко за голову, потому что иначе мяч не наберет нужной скорости. А уж этотбросок должен быть отменным, иначе победы не жди. Существо-медведь неуклюжеотступило на шаг. Может, роящиеся в глазах твари приняли бейсбольный мяч в ееруке за оружие? Или его застало врасплох ее неожиданное, агрессивное движение?Она вскинула руку, шагнула вперед, тогда как он ожидал, что она сначалаотступит, а потом побежит. Существо что-то прорычало. Возможно, поведение Тришипривело его в замешательство. Из пасти выдуло несколько ос, прямо-таки живойпар. Существо взмахнуло передней лапой, чтобы удержать равновесие. И в тотмомент, когда оно пыталось устоять на задних лапах, прогремел выстрел.

Мужчину, который оказался в лесу в то утро, первогочеловека, который повстречался Трише Макфарленд за последние девять дней, такпотрясло увиденное, что он даже не стал лгать полиции, отвечая на вопрос, ачего он отправился в лес с крупнокалиберным самозарядным карабином. Звали егоТревис Херрик, и он решил подстрелить оленя, прекрасно зная, что до началаохотничьего сезона еще очень далеко. Тревис Херрик относился к тем людям,которые не считают необходимым тратить деньги на еду, если последнюю можнораздобыть иным способом. А деньгам можно найти более интересное и полезноеприменение: к примеру, купить на них лотерейных билетов и пива. В любом случаеего не привлекли к суду и даже не оштрафовали, и он не убил существо, стоявшееперед маленькой девочкой, которая, по его разумению, проявила чудеса храбрости.

– Если б она двинулась с места, когда он подошел к ней, онбы разорвал ее на куски, – рассказывал потом Тревис Херрик. – Простоудивительно, что он сразу этого не сделал. Она замерла, словно превратилась встатую, и, должно быть, остановила его взглядом, как Тарзан в старых фильмах оджунглях. Я поднялся на холм и увидел их обоих. Наблюдал за ними секунддвадцать. Может, даже минуту, в таких ситуациях никогда не знаешь, сколькопрошло времени, но стрелять не мог. Слишком близко они стояли. Я боялся попастьв девочку. А потом внезапно она двинулась на него. Что-то она держала в руке исобралась бросить это что-то, как бейсбольный мяч. Выполняла бросок, какзаправский питчер. Наверное, ее действия стали для медведя полнойнеожиданностью. Он отступил назад и потерял равновесие. Я сразу понял, что этоединственный шанс, чтобы спасти девочку. Поднял карабин и выстрелил.

Никакого суда, никакого штрафа. За свои подвиги ТревисХеррик стал почетным гостем парада, проведенного Четвертого июля[34] 1998 годав Графтон-Нотч. Вот так-то, а вы скажете – браконьер.

Триша услышала ружейный выстрел, сразу поняла, что сиеозначает, и увидела, как одно из стоящих торчком ушей разлетелось маленькимиошметками, словно порванный в клочки листок. Она увидела не только ошметки, нои маленькие красные капельки, прямо-таки ягоды митчеллы, которые по крутымдугам спикировали на дорогу. В тот же самый момент она увидела, чтосущество-медведь стало обычным медведем с огромными, остекленевшими глазами, вкоторых застыло изумление. А может, он и всегда был обычным медведем.

Да только в глубине души Триша знала, что это не так.

Она не остановилась, и череда ее телодвижений завершиласьброском. Мяч угодил медведю между глаз, и Триша увидела (вот и верь потом, чтогаллюцинаций наяву не бывает), как из него выскочили две батарейки«Энерджайзер» и упали на хардпэн.

– Третий страйк! – воскликнула Триша, и от этого хриплого,победного вскрика раненый медведь развернулся и со всех лап помчался прочь,марая хардпэн брызжущей из раны кровью. Прогремел второй выстрел, и Тришауслышала, как пуля пролетела в футе от ее правого уха. Взбила дорожную пыль внескольких ярдах от медведя, который тут же метнулся налево и нырнул в лес.Несколько мгновений она видела, как колышутся, будто от страха, молоденькие деревья.Потом успокоились и они. Медведь исчез.

Триша повернулась, ее качнуло, и тут она увидела бегущего кней невысокого мужчину в зеленых, с заплатами штанах, зеленых резиновых сапогахи широкой вылинявшей футболке. Обширная лысина, длинные, до плеч волосы,маленькие очки без оправы, поблескивающие на солнце. Карабин он держалвертикально, подняв ствол высоко над головой, словно скачущий индеец в старомфильме. Тришу не удивило, что на футболке эмблема «Бостон Ред сокс». В НовойАнглии у каждого мужчины была хоть одна такая футболка.

– Эй, девочка! – воскликнул он. – Господи, девочка, с тобойвсе в порядке? Святый Боже, это же был гребаный медведь, с тобой все в порядке?

Триша шагнула к нему. Ее шатало.

– Третий страйк, – повторила она, но слова не слетели с еегуб. Ту капельку сил, что еще оставалась при ней, она израсходовала напоследний вскрик. И теперь не могла даже шептать. – Третий страйк. Мой крученыйбросок оставил его не у дел.

– Что? – Мужчина остановился перед ней. – Я тебя нерасслышал, милая, повтори.

– Вы видели? – Она вела речь про свой великолепный бросок,бросок, позволивший удержать победный счет. – Вы видели?

– Я… я видел. – По правде говоря, Тревис Херрик не знал, чтоименно он видел. В те несколько секунд, которые девочка и медведь провели,застыв, как памятники, глядя друг на друга, у него сложилось ощущение, что этововсе и не медведь, но об этом Тревис Херрик никому не сказал. Люди знали, чтоон не прочь выпить, они могли подумать, что он рехнулся. А теперь он виделперед собой маленькую девочку, едва державшуюся на ногах, исхудавшую доневозможности, в рваной, грязной одежде. Он не мог вспомнить, как ее зовут, нознал, кто она такая. Еще бы, несколько дней ее фотография не сходила с экранателевизора, да и по радио о ней постоянно говорили. Он только не мог понять, какимчудом она оказалась так далеко к северо-западу, но он знал, кто стоит передним.

У Триши подкосились ноги, и она бы упала, если бы Херрик неуспел ее поддержать. При этом его карабин («Крэг», калибра 350) выстрелил усамого уха Триши, оглушив ее. Но девочка даже ухом не повела. Подумаешь,стреляют.

– Вы видели? – снова спросила она, не слыша собственногоголоса, не зная, говорит ли она. Ей показалось, что невысокий мужчинасовершенно сбит с толку, испуган и не так уж умен, но при этом, похоже, человекдобрый. – Мой крученый бросок оставил его не у дел, вы видели?