Куджо - Стивен Кинг

Черити Кэмбер проснулась в пять и тоже пережила минутнуюрастерянность – желтые обои вместо дерева, зеленые занавески в цветочек вместобелых ситцевых, узкая кровать вместо их широкой двуспальной. Где она?

Потом она вспомнила и испытала приятное облегчение. Онацелый день проведет с сестрой, вспоминая прежние времена. И Холли сводит еепосмотреть магазины.

Она проснулась часа на полтора раньше обычного и часа на двараньше, чем принято в этом доме. Но мать говорила, что человек всегда плохо спитпервые две ночи в незнакомой постели, и это была правда.

Пока она лежала, в окружающей тишине стали выделятьсямаленькие звуки. Она услышала скрип половицы. Шум первого утреннего поезда«Вестпорт-Гринич-Нью-Йорк». Шаги по мостовой за окном.

Снова скрипнула половица.

Это не просто так. Это шаги.

Черити села на кровати, отбросив покрывало. Шаги медленноспускались. Они были мягкими: босиком или в носках. Это Бретт. Она узнала его.Когда долго живешь с человеком, начинаешь различать звук его шагов.

Она встала и подошла к двери. Ее комната выходила в коридор,и она успела заметить только его голову, исчезающую внизу.

Когда она дошла до лестницы, Бретт уже скрылся за дверью,ведущей в кухню. Она открыла было рот, чтобы позвать его… Но они были в чужомдоме. Она быстро спустилась по лестнице, стараясь не шуметь. Бретт стоял накухне в одних голубых пижамных штанах, белые тесемочки которых болтались упола. Она видела его в профиль в мягком утреннем свете. Бретт искал что-тосреди шкафов и полок. Она, хоть и была испугана, невольно залюбовалась им – егостройным телом, изгибами мышц, чистыми линиями ног. «Какой он у меня красивый»,– подумала она. Черити до конца своих дней не забыла того, как она стояла накухне и любовалась своим сыном. Он казался ей совершенством.

Она видела, что он не проснулся. Он и раньше ходил во сне,между четырьмя и восемью годами. Ее это беспокоило, и она обратилась к докторуГрешэму (не говоря об этом Джо). Она не боялась, что Бретт лишится рассудка –он был совершенно нормальный мальчик, – но опасалась, что в таком состоянии онможет упасть и сломать себе что-нибудь. Доктор сказал, что этого не может быть.

– Мы мало знаем о снохождении, – говорил он ей, – но намизвестно, что оно гораздо чаще встречается у детей, чем у взрослых. Связь телаи сознания растет с годами, и большинство специалистов, миссис Кэмбер, думают,что снохождение – просто безобидный симптом временной нестыковки между этимидвумя.

Он доказывал, что сомнамбулизм Бретта достигнет пика, потомослабнет и, наконец, совсем исчезнет. Ее это не совсем удовлетворило, и черезнеделю она привела к доктору самого Бретта. Ему тогда исполнилось шесть лет.Грешэм признал его совершенно здоровым ребенком. Последнее из его ночныххождений случилось уже два года назад.

И вот снова.

Бретт один за другим открывал шкафы, заглядывая в каждый.Глаза его были широко раскрыты, и ей показалось вдруг, что он видит совсем нето, что у него перед глазами.

Она испытала давний, бессильный страх, который уже почтизабыла: страх родителей, когда их маленькие дети заболевают чем-нибудь опасными трудноизлечимым. «Где он сейчас? – подумала она. – Что он видит? И почему этоопять началось, после двух лет? Неужели из-за отъезда из дома?»

Он открыл последний шкаф и достал розовый соусник. Поставилна стол. Взял что-то из воздуха и высыпал в соусник. Ее руки покрылись гусинойкожей. Это была процедура, которую он проделывал каждый день. Он кормил Куджо.