Самая страшная книга. Рассвет - Олег Кожин

– Откуда ты?

Света отстранилась, с обожанием разглядывая живого – живого! – Антона. Тот озадаченно погладил щеку, покрытую легкой щетиной.

– Сложно сказать. По большей части, я – проекция твоего разума. Ну, знаешь, умная его часть, а не та, до которой доходит как до утки на третьи сутки.

С невинным видом он пожал плечами, и Света не удержалась, боднула брата в грудь. Происходящее напоминало сказку, в которой чудовища повержены, а добро торжествует и ни один хороший герой не погибает… Света сглотнула вставший поперек горла ком, понимая, что плачет. Теплые объятия сомкнулись вокруг нее, даруя детское ощущение безмятежности. Антон дунул ей в волосы.

– Здесь вовсе не безопасно. И чем дольше ты здесь находишься, тем сильнее злишь его.

Брови Светы вопросительно нахмурились.

– Безликого, – пояснил Антон, кивая на распростертое тело, возле которого уже натекла внушительная красная лужа.

– Это не Безликий. Это Виталий, он… он подводник. – Света вытерла слезы и вдруг истерично расхохоталась. – Прости… прости. Он с нами на сеанс пришел.

– Конечно. Только вот с его разумом поиграл Безликий. Вытряхнул все страхи, подкормил их и всучил ему обратно. А уже они выели нашего подводника подчистую. И чуть не сожрали тебя…

– Я не понимаю…

– Понимаешь, – перебил Антон, – иначе бы я не появился. Ты читала мои дневники, ты знаешь все. У тебя есть все детали мозаики. Осталось сложить их вместе.

– А почему бы тебе просто не объяснить мне?! Устроил тут шарады! Как гадалка на рынке, блин!

– Я всего лишь твоя проекция, помнишь? Я могу подсказать то, до чего ты уже додумалась сама, как в случае с Виталием. Но не в моих силах объяснить то, чего ты еще не поняла. – Антон ласково потрепал ее по голове. – Но ты умная. Ты обязательно во всем разберешься. Беги.

– Что? – Света удивленно распахнула глаза.

– Бе…

Гром сотряс стены лабиринта, прерывая брата на полуслове. В его груди образовалась дыра размером с кулак. На губах выступила розовая пена. Отстреленная гильза звонко заплясала на полу.

– Шлюха! – взвизгнула Лиля, неумело целясь в Свету. – Стоять, мразь!

Второй выстрел разнес лампу. Осколки стекла вперемешку с искрами посыпались Свете на голову. Темнота скрыла их с Антоном, и следующая пуля ударила в стену.

– Беги, – прошептал Антон в самое ухо.

– Кирилл! – вспомнила Света наконец. – Надо…

– Нет времени, – Антон мягко подтолкнул ее. – Беги.

И сам побежал рядом. Очередной выстрел угодил ему в плечо, вырвав кусок плоти. Брат даже не поморщился. На освещенном участке Света украдкой взглянула на его грудь. Дыра затянулась, не оставив даже пятен на рубашке. В спину им летела ругань, угрозы и дробный топот. Судя по звуку, Лиля перешла на бег. Хорошо, хоть это мешало ей стрелять.

– Куда мы бежим? – спросила Света.

– Ты мне скажи, – Антон флегматично повел бровями. – Это твой сон.

– Мой сон… – пробормотала Света. – Мой сон…

И вдруг резко свернула направо, хотя никакого поворота там не было. Поворот появился – стоило Свете решить, что он там есть, просто освещение мешает его увидеть. Брат поднял вверх большой палец.

На новом отрезке также не было окон. Зато оказалось полным-полно дверей. Антон подбежал к ближайшей, подергал ручку. Дверь бесшумно распахнулась. Он приглашающе взмахнул рукой.

– Сюда?

Теряя драгоценные секунды, Света все же остановилась, в задумчивости глядя на укрытие. Тряхнула головой – нет, не сюда – и побежала дальше. На дверях начали появляться таблички: «Лаборатория», «Служебное помещение», «Забор крови». Они мелькали, не вызывая у нее никаких эмоций. А потом нервы зазвенели натянутыми струнами.

– За мной! – скомандовала Света, рывком распахивая глухую деревянную дверь с табличкой «Архив».

– Я же говорил, ты умница! – одобрительно хмыкнул Антон, ныряя следом за сестрой.

За дверью оказалась уходящая вниз деревянная лестница, и Кирилл покатился по ней, как заправский каскадер. Сгруппироваться – вот и все, что он успел сделать, прежде чем отдаться на волю инерции. Сильнее всего досталось плечам и спине. Зато затылок отделался легкой ссадиной. На последней ступеньке он больно приложился коленом и, прежде чем встать, долгое время катался по полу, хрипя и растирая ушибленное место.

Держась за грубо сколоченные занозистые перила, чтобы не упасть, он подождал, пока пройдет головокружение. Дыхание возвращалось с трудом. Передавленная гортань горела адским пламенем. Стоя у подножия лестницы, Кирилл оценил ее размеры. Если бы не боль во всем теле, он бы удивленно присвистнул. Падая с такой высоты, он просто обязан был свернуть себе шею!

Сверху раздался отчаянный крик. Света! Нет времени прохлаждаться. Хромая, Кирилл ступил на лестницу. Он успел пройти ступеней пять, когда доска под ним подломилась. Потеряв равновесие, Кирилл плашмя рухнул на лестницу, проламывая целый ряд ступеней, словно те были сделаны из хрусткой вафельной корочки.

Кое-как стряхнув с себя обломки, Кирилл встал. Подпрыгнул, цепляясь за целую ступень, и даже почти не удивился, когда доска лопнула по самой середине. Он с сомнением посмотрел на перила. Тонкие доски не внушали доверия. Его заперли здесь, чтобы не мешался. Заперли. Заперли…

Стало тяжело дышать. Кирилл рванул ворот, и одинокая пуговица запрыгала по серой бетонной стяжке. Страшась увидеть неизбежное, он все же обернулся. Узкое помещение с низким потолком, лампами без плафонов и кирпичными стенами, уходящими в бесконечную даль. Стоило отпустить взгляд, как стены начинали шевелиться, давить.

Кирилл зажмурился. Помассировал виски, задышал часто, стараясь отсрочить приступ. Ничего не помогало. Открыв глаза, он увидел, что все взаправду. Противоположная стена действительно двигалась. Издевательски-неторопливо ехала прямо на него. Соприкасаясь друг с другом, стыки издавали душераздирающий скрежет. Взлетали и опадали облака рыжей пыли. Кирпичная крошка разлеталась шрапнелью. Худший кошмар обратился явью, а проснуться никак не получалось.

Громкий чавкающий звук заставил Кирилла вздрогнуть. Вертя головой, он искал источник странного шума и вскоре нашел его. Из-под стыков вытекала маслянистая черная жижа, похожая на нефть, но гуще. Первое время она появлялась только на полу, будто движущаяся стена выдавливала ее, как пасту из тюбика. Маленькая волна катилась, то вырываясь вперед тонкими ручейками, то сливаясь в единое глянцевое пятно. Затем хлынуло из-под потолка. Сделав очередной рывок, стена продвинулась сразу на несколько метров, и по ее кирпичному телу зазмеились потеки. Еще один рывок – и брызнуло с боков, будто каток переехал наполненные краской резиновые шары.