Большая книга ужасов-36. Нож оборотня. Змеиные глаза смерти - Ирина Щеглова

Она проснулась, облитая потом, в затылке жар, подушка мокрая, волосы слиплись. Вскочила, еще не совсем понимая, где она. Стукнулась коленкой об угол стола.

– Варя, что случилось? – услышала мамин обеспокоенный голос.

Дверь в комнату приоткрылась, пропуская полоску света.

– Варя?

– Ничего, мам, просто кошмар приснился, – охрипшим голосом ответила Варя.

Мама покачала головой:

– Ты так кричала, – сказала она. Вошла, озабоченно потрогала Варин лоб:

– Температура у тебя, что ли?

– Не знаю… вроде нет.

– Ты вся мокрая и дышишь тяжело. – Мама покачала головой. – Сколько раз говорила, одевайся по погоде!

Варя не ответила, в третьем часу ночи спорить не хотелось. Мамино ворчание помогло ей вернуться в действительность. Кошмар понемногу отступал, в голове прояснилось. Мама принесла воды, Варя с жадностью выпила полную кружку и успокоилась окончательно.

– Правда, просто кошмар, – сказала она маме.

– Ладно, ложись, – решила мама, – если что, утром врача вызову.

Она ушла. А Варя включила ночник, чтоб не лежать в полной темноте. Взбила подушку, открыла форточку и забралась под одеяло.

Странный сон. Странная комната, странная дверь. Ничего похожего Варя не видела в жизни. Откуда взялись в ее голове забранные матовым стеклом двустворчатые двери? Что за помещение? Варя могла бы поклясться в том, что никогда не была в таком месте, а между тем во сне она точно знала, что здесь ее дом, она живет в этой комнате, за этими дверями.

Нет, чушь, чепуха! Мало ли что может присниться! И не надо над этим думать, не хватало еще забивать мозги всякой мистикой.

Она закрыла глаза и почти сразу же открыла. Спать хотелось, но заснуть страшно, а вдруг опять?

Где-то под утро она отключилась, и почти сразу зазвонил будильник, выдернув ее из сна. Нестерпимо болела голова, от подушки не оторвать.

Мама сунула градусник и таблетку. Градусник ничего не показал. Но мама все-таки распорядилась, чтоб Варя осталась дома.

Какое-то время Варя блаженствовала, просто валялась в постели, дремала, просыпалась, снова засыпала. Ближе к вечеру она проснулась окончательно. В квартире сгустились сумерки. Полумрак был так неприятен, он давил на нее и пугал одновременно. Варя с трудом встала, прошлепала босыми ногами к выключателю. Зажегся свет. Она вздохнула свободнее. С опаской подошла к двери, на выдохе распахнула настежь. И пошла по квартире, включая свет повсюду.

Когда вернулась с работы мама, она застала Варю на кухне, та сидела, сжавшись в комок, перед чашкой с остывшим чаем. Гремела музыка, что есть мочи орал телевизор, а сама Варя на мамины вопросы не отвечала.

– Да что с тобой такое?! – возмутилась мама, снова ощупывая голову дочери. Она все-таки вызвала врача, благо терапевт из поликлиники жила по соседству. Но и после ее осмотра ситуация не прояснилась.

– Возможно, перезанималась, – объяснила докторша, – опять же возраст такой, надо, конечно, все проверить, но, я думаю, ничего страшного. Весна, пусть больше гуляет и спать вовремя ложится…

– А на лето я ее к тетке отправлю, в Новороссийск, – решила мама.

– Да, к морю – это хорошо, – согласилась докторша.

Варя довольно равнодушно слушала их беседу, но напоминание о море немного взбодрило ее, она представила себе широкий безлюдный пляж, шуршание ленивого прибоя, размечталась, даже запах почувствовала – чуть влажный, горьковато-сладкий, густой… Так пахнут водоросли, выброшенные штормом.

И ей стало легче.