Культ - Константин Образцов

Историк задумался.

– А когда именно этот семинар?

– В субботу и воскресенье, курс выходного дня. Я знаю, у тебя уроки в субботу, но я придумаю что-нибудь, как-то компенсирую… так как?

– Мне надо с Кариной посоветоваться, – ответил Аркадий Леонидович.

Крупская сделала удивленные глаза.

– С Кариной? А, это девочка, с которой ты живешь… не сообразила сразу.

– Моя подруга, – твердо сказал Аркадий Леонидович.

Светлана Николаевна прекрасно знала, что историк не женат официально – изучила его паспорт при оформлении. Но сейчас специально изобразила забывчивость и назвала Карину «девочкой» – было очень важно, как ее назовет сам Аркадий. Мог бы и «жена» сказать, мало ли, что не расписаны. Но сказал «подруга». Неплохой знак.

– А тебе нужно у нее разрешение спрашивать? – продолжала удивляться Крупская.

Ответом был твердый, прямой взгляд. Светлана Николаевна прикусила язык. Кажется, перегнула немного.

– Нет, не нужно. Но Карина работает сменами, мы не так часто бываем вместе. И если в субботу у нее выходной, то я предпочел бы провести этот день в кругу семьи.

Он встал.

– Света, я пойду: мне нужно к уроку у седьмого класса готовиться, я его не планировал сегодня.

Крупская изобразила улыбку, понимая, что та получается довольно кислой, и как можно бодрее ответила:

– Да, конечно, иди! А про семинар подумай, это может быть очень интересно!

Последние слова прозвучали уже в закрытую дверь.

* * *

– Ну, что будем делать, пацаны? – спросил Рома.

Все молчали. Вопрос этот – «что делать?» – два дня не выходил у всех четверых из головы, но ответа на него не находилось. А еще им было страшно. То, что их высказанные в шутку желания исполнились, то, что смеха ради проведенный обряд сработал, было само по себе жутковато. Но по-настоящему страшным было то, как это сработало. В способе исполнения желаний чувствовалась какая-то свирепая, избыточная сила, одним махом погрузившая город во тьму, походя убившая ребенка и искалечившая, прямо или косвенно, несколько человек. Так ответ на вопрос «что теперь с этим делать?» был вовсе не очевиден.

Утром в понедельник, придя в школу, они едва поздоровались. На лбу у Даниила красовался огромный кровоподтек, у Макса под глазом расплылся синяк. Женя все время дергался и постоянно облизывал губы. Рома был внешне спокоен, но казалось, что все мышцы его находятся в напряжении, спина неестественно выпрямлена, а когда он слышал – постоянно слышал – возбужденные, взволнованные разговоры о погибшем сыне учительницы математики, то опускал глаза и стискивал зубы. «Ты как?» – «Нормально, а ты?» – «Тоже». – «Соберемся?» – «Да, после уроков».

Даниила пришлось подождать: понедельник был первым днем подготовки команды для олимпиады по истории, в которую он так опрометчиво записался на прошлой неделе. Вообще-то, в его планы входило вежливо отказаться от участия, но в свете последних событий Даниил решил на дополнительные занятия все же сходить. Заодно, может быть, и спросить кое-что у историка, коль скоро сам заявил своим интересом тему неолита.

Было действительно интересно. Аркадий Леонидович понравился ему еще больше: рассказывал увлекательно, даже смешно иногда, так что Даниил забыл на какое-то время о том вопросе, для решения которого ждали его друзья. И с девчонками получилось общаться как-то совсем иначе, чем раньше: смотрели они на него с интересом, слушали, когда он говорил, сами говорили разумные вещи – в общем, вели себя, как взрослые девушки, а не шептались, глупо хихикая и кривляясь. Но надолго забыть о другом, более важном деле не удалось.

– Итак, Даниил, что именно вас интересует в культуре неолита? О чем будете писать реферат?

– Меня интересует религия, – немного замявшись, ответил он. – Ну, обряды там всякие… Культы.

– Культы, – задумчиво повторил Аркадий Леонидович. – Что ж, давайте я кое-что расскажу вам в общих чертах, а подробности вы попробуете найти самостоятельно. Главное, что вам нужно понять: «культ» и «культура» не зря являются словами однокоренными; каков культ – такова и основанная на нем культура, но порой верно и обратное – уровень развития культуры определяет характер культа. Это похоже на то, как личность человека влияет на его судьбу: все ошибки или, наоборот, верные решения, все вызванные ими драматические повороты в жизни, успехи или неудачи определяются особенностями личности человека – той самой личности, которая формируется культурой, основанной на каком-либо культе…

Даниил слушал очень внимательно.

Парни сидели рядом на деревянной скамейке у кабинета истории и молча ждали. Когда Даниил вышел, так же молча, не сговариваясь, поднялись на четвертый этаж: там были классы младшей школы, и сейчас, в половине четвертого, рекреация этажа и коридоры пустовали; дети давно разошлись, учителя – тоже, остался только особый детский запах, похожий на смесь ароматов кипяченого молока, сопливых носовых платков и потной сменной обуви. Мальчишки прошли, опасливо оглянувшись, мимо двери кабинета завуча Светланы Николаевны, минули коридор и свернули в небольшой закуток около туалета. Бросили сумки и рюкзаки на пол, Рома и Даниил уселись на подоконник, Макс привалился к стене рядом с фонтанчиком для питья, в который кто-то успел запихнуть огрызок яблока, Женя потоптался немного и сел на свою сумку.

– Так что будем делать? – спросил Рома.

Ответом была неловкая тишина. За окном рвался в разные стороны ветер, небо мрачно нахмурилось, потемнело, обещая вслед за дождями скорые снегопады. С деревьев во дворе школы непогода уже грубо сорвала почти все листья, безжалостно обнажив кроны, и голые ветки раскачивались, как голые тощие руки, словно деревья в отчаянии размахивали ими, умоляя пустить внутрь и спасти от наступающих холодов – а то и от чего-то похуже. От особенно сильного порыва ветра на крыше что-то загремело, будто по пустой бочке ударили железным ломом. Все вздрогнули.

– Я Комбату колено сломал, – сообщил Макс. – Не хотел, так получилось. Когда свет погас, он остановился и не среагировал.

– А синяк у тебя откуда? – поинтересовался Рома.

Макс помрачнел.

– Я вчера к нему в больницу ходил, ну, извиниться, все дела. А там брат его, старший, Марат. Он весной из армии вернулся, на «Коммунаре» работает. Такой, лютый. Увидел меня и даже слова сказать не дал. В палату не пустил и вот… попал, в общем, в глаз.

Рома кивнул.

– Понятно. Но Комбата ты, выходит, все-таки завалил?

Макс неуверенно пожал плечами.

– Выходит, так.

– Хорошо. Жека, у тебя как дела с этими НР или чем там еще? Получилось?

Женя невесело усмехнулся.

– Ну, как бы да, но как бы и нет. Набить-то я набил действительно больше всех, но замок все равно не взяли, так что без выигрыша. Но если ты про желание, то да – как заказывал, все точно.