Проводник - Клэр Макфолл

Дилан понятия не имела, сколько пролежала на полу. Лежала и смотрела на дверной проем. Тристан в любой момент может войти в него, растрепанный, едва способный дышать, но целый и невредимый. Улыбнется и возьмет все под свой контроль. Так будет, верила она, и ждала. Сердце глухо колотилось в груди, мышцы как будто заковало в камень. Тело, лишенное всяких сил, начало дрожать.

После нескольких минут, показавшихся вечностью, сквозь пол просочился холод и проник в каждую ее клеточку. Когда руки и ноги стало сводить, Дилан поняла, что надо двигаться.

Она со стоном поднялась на четвереньки, потом села, не сводя глаз с дверного проема. Тристан вернется в любую секунду… Он не может не прийти… Голос где-то на задворках сознания произнес, что это просто смешно – ждать так истово, но она приказала ему заткнуться, хотя паника овладевала ею все больше.

Кое-как Дилан поднялась на дрожащих ногах и вцепилась в гнилую древесину дверного проема. Снаружи все еще раздавался приглушенный вой. Не переступая порог, она высунула голову и поискала в ночи растрепанные светлые волосы. Демоны тут же попытались наброситься на нее, но наткнулись на границу безопасности. Дилан отдернула голову, затем медленно отошла от двери. Ноги на что-то наткнулись, и она чуть не упала. На долю секунды оторвала взгляд от дверного проема, но из-за темноты не смогла понять, на что наступила. Накатила новая волна страха. Она не сможет вынести ночь в одиночестве и в темноте. Сойдет с ума.

Огонь. Во всех этих домах были камины. Но чтобы разжечь камин, придется отвернуться от двери, а это… Не означает ли это, что она смирится с тем, что Тристан мог погибнуть? Нет, сказала она себе. Он придет. Просто к его приходу надо развести огонь.

Дилан на ощупь пересекла комнату и нашла камин. Присела на корточки, ощупала его. Пальцы наткнулись на пепел и прогоревшие угольки. Слева от камина она нашла сухие дрова, но ни спичек, ни зажигалки у нее не было.

– Пожалуйста, – прошептала она, понимая, что глупо обращаться к неодушевленному предмету, но ничего не могла с собой поделать. – Пожалуйста, мне это нужно…

На последнем слове она потеряла самообладание. Грудь заходила ходуном от рыданий, и она закрыла глаза.

И тут же какой-то треск заставил ее боязливо открыть их. Ничего себе… Она ахнула. В камине горел огонь. Пламя было небольшим и дрожало на сквозняке от открытой двери, но отказывалось сдаваться. Дилан схватила дрова и осторожно положила на огонь, опасаясь, что ее неуклюжие действия затушат его.

У нее получилось, но сквозняк грозил в любую минуту затушить пламя, которое все еще было слабым. Дилан повернулась и посмотрела на дверь. Закрыть ее – значит закрыть дверь надежды. Но она не могла лишиться огня.

Словно в замедленной съемке, она поднялась и подошла к двери. Застыла на месте, борясь с желанием выбежать в ночь и найти Тристана. Но тогда ее окружат демоны, а Тристан этого не хотел. Она закрыла глаза, а потом и дверь.

Когда щелкнул замок, внутри Дилан словно что-то сломалось. Слезы текли и текли, и она на ощупь побрела по комнате, пока не наткнулась на что-то похожее на кровать. Упала на нее и зарыдала в полный голос. Ее охватила паника. Она поборола отчаянную тягу бежать, кричать и ломать предметы.

– О господи, о господи, о господи, – снова и снова повторяла она, заглушая желание вскочить и крушить все подряд от бессилия. Что ей делать? Без Тристана она понятия не имела, куда идти. Потеряется, будет бродить, пока не стемнеет, и окажется легкой добычей демонов. Или остаться здесь и подождать? Но кого? Кто за ней придет? Если ей не надо есть и пить, сможет ли она прождать здесь целую вечность, как принцесса из нелепой сказки ждала принца-спасителя?

Одиночество и страх породили чувства, которые после крушения поезда не могли пробиться наружу. Перед глазами всплыл образ матери. Была ли она на похоронах? Дилан представила, как маме позвонили в больницу, увидела выражение ее лица: идеальные брови взметнулись, рука взлетела ко рту, чтобы удержать крик. Дилан вспомнила все их ссоры, все гадости, которые она сказала Джоан, но не имела в виду то, о чем говорила, и все, что хотела сказать, но не сказала. При последнем разговоре они поссорились из-за ее поездки к отцу. Она все еще помнила, как сообщила маме о том, что собралась к нему. Джоан посмотрела на нее так, словно та ее предала.