Пределы неоднозначности - Мария Введенская

Когда Чарли подошла к стойке, она даже рта не успела раскрыть, потому что улыбающийся Роберт выложил перед ней белый конверт. Он извинился несколько раз, сказав, что совершенно забыл про него спросонья. Что поделаешь – возраст.

– Не забудьте поставить подпись на карточке. – напомнил он.

Чарли открыто улыбнулась и кивнула. Роберт весьма располагал к себе, но она не осмелилась задавать ему вопросы о происходящем, а главное о своей роли во всем этом. Зайдя в номер, Чарли с нетерпением открыла конверт, достав из него обычную Визу с выбитыми инициалами Шарлин Новак, а на внутренней стороне конверта значился пин код 9150.

Всё это немало удивляло Чарли, чему она была очень рада. Ведь так ущербно, когда человек не способен ничему удивляться. Как болезнь. Но ввязавшись во всё это, и выйдя за порог собственного дома, в котором залипла, словно в паутине, Чарли почувствовала, что и впрямь не так уж плоха. Кай говорил об этом с такой уверенностью, а ведь он видел людей насквозь в прямом смысле слова. Интересно, что чувствовали они, когда он смотрел через них?

Чарли поставила корявую подпись на карточке с обратной стороны и всунула ее в карман, но потом всё же добавила к ней пятьдесят долларов на всякий случай.

Теперь, оказавшись в торговом центре «У Нэда» во второй раз за день, Чарли совсем перестала обращать внимания на пристальные взгляды со стороны других посетителей, а просто окунулась в то, что действительно любила. Имея эту карточку, она чувствовала, что не оказалась здесь по ошибке, хотя лучше и удостоверится в наличие на ней средств. Там же должен быть какой-то лимит? Но автоматов нигде не было, зато аптечный киоск попался на глаза.

Женщина с короткими седыми волосами смерила Чарли подозрительным взглядом, но беспрекословно взяла протянутую карту. И уже через пару мгновений слишком уж молодая для данного контингента, но крайне довольная посетительница отошла от киоска, беззаботно мотая в руке пакетиком с берушами. Сработало. Следующие несколько часов она упоенно плескалась в океане бесплатных для нее товаров, словно дельфин, подставляя бока солнцу. Всё хотелось потрогать, прочувствовать характер, представить, ведь любой акт можно превратить в искусство. И когда Чарли с увесистыми пакетами проходила мимо розового зала, Дороти, смотрящая телевизор со своей неизменной трубкой в зубах, прямо таки ахнула.

– Ты что это, девочка, всего Нэда скупила?

– А, Дороти… – счастливо улыбнулась та. – Да нет, так… купила то, чего у меня не было.

– Ну-ка, ну-ка… мне интересно, чего там у тебя не было? – она бесцеремонно заглянула в пакет. – Это ж надо, как она закупилась! Видать, надолго!

– На полтора месяца.

Дороти оторвала любопытный взгляд от пакетов, и уставилась на Чарли, прищурившись.

– Полтора месяца, значит?

– Где-то так. – кивнула та. – А ты?

– А я здесь живу, девочка. Как и все остальные.

Чарли слышала об этом от Кая, но Дороти сказала эту фразу с таким нажимом и горечью, что стало как-то не по себе. Она подумала – а вдруг пройдут эти полтора месяца, а никто не придет за ней, и Чарли просто останется здесь, как и другие, став частью этого маленького сообщества на полном обеспечении. Просто не сможет выйти из леса. Так может в этом и весь секрет? Люди просто застряли здесь и не могут выбраться, потому что неустанно возвращаются сюда – в пределы? И, вроде, здесь, не так уж и плохо, но тогда, откуда эта настороженность и горечь в голосе Дороти? Такова участь, вероятно. Но с ней непросто смириться. И если бы Дороти могла, она бы точно сбежала….

– А беруши-то купила?

– Купила. – улыбнулась Чарли, хотя ей так хотелось поговорить с Дороти совсем о другом.

– Это правильно, а не то наша полоумная сведет тебя с ума.

– И пиво.

– Тоже молодец. – одобрила та.

– А это тебе. – Чарли протянула пакет.

– Мне?! – Дороти казалась ошеломленной. – Это ж за какие заслуги?!

Она вытащила из пакета набор паззла с картинкой на коробке из фильма «Волшебник из страны Оз» – на ней уместились все персонажи.

– Матерь Божья! У моей Линды такого нет. Она будет просто в восторге! Завтра же ей отправлю. Ну, спасибо тебе, девочка! – она всё еще изумленно переводила взгляд то на коробку, то на Чарли.

– Не за что. – мягко улыбнулась та и, подхватив пакеты, зашагала по коридору.

– Не забудь про покер! – крикнула Дороти вдогонку.

– Не забуду. – отозвалась та. – После ужина.

Так странно, но при подобной разнице в возрасте Чарли совершенно не чувствовала себя чужой. Во всяком случае, среди своих новых подруг. Она могла с легкостью их так назвать, не смотря на то, что те годились ей в бабушки. Чарли не испытывала никакого дискомфорта, находясь среди них. Только радость и острую потребность смеяться. Уже вечером за пивом и покером Чарли почувствовала, что будто заняла своё заготовленное ранее место, став недостающим элементом мозаики. Они казались друг другу карикатурно выписанными персонажами. Такие яркие и простые, необыкновенные каждый по-своему. Хотя, возможно, это лишь впечатление ослепленных друг другом людей. Они все обменивались светом.

Миси постоянно, но неумело пыталась блефовать, что каждый раз заканчивалось полным фиаско, а Дейзи, рьяно жестикулируя ладонями, словно вертолетными лопастями, объясняла, что та очень-очень глупо выглядит со стороны, пытаясь выудить из колоды Джокер в процессе тасования, потому что слепых здесь пока нет. Чарли даже не знала, что смешней – следить за Миси, или Дейзи, сыплющей высокопарными фразами и шлифующей воздух ладонями. Дороти громко хохотала, глядя на всё это, и подначивала едкими замечаниями, что было незабываемо и крайне смешно. И Чарли со своими парадоксальными полными непосредственности комментариями дополняла эту троицу, словно новую упаковку цветных карандашей, которую еще не распечатали.

Не так уж и страшна старость… – думала она. – Или мне просто повезло увидеть ее светлые стороны?

Да, конечно, организм подводит, и накопилось миллион историй, которые так и просятся наружу, но в целом, старики – такие же люди, которым хочется веселиться и хочется жить. Может, даже больше, чем остальным, потому что они всегда ближе к смерти. Они видят ее неминуемость, в отличие от тех, кто пока в силу возраста осмеливается закрывать на нее глаза, отдаваясь воле случая. Конечно, каждый день умирает куча людей самого разного возраста, но в целом, даже страдающий от рака ребенок всё равно надеется на выздоровление, потому что это неестественно и против правил умереть в столь юном возрасте. А у пожилых людей, как бы те не стремились жить, не возникает подобных вопросов, потому что они понимают, что всё правильно, своим чередом. Поэтому хочется веселиться и радоваться каждому новому дню, что ты имеешь. И хорошо, если есть друзья, с которыми можно посмеяться, сыграть в покер и выпить немного пива после жаркого летнего дня. У них ведь, по сути, нет никаких неотложных дел. Они на бессрочном отпуске своих коротких ускользающих дней. И Чарли с удовольствием влилась в этот режим, став частью сообщества… частью отеля.