Свободный - Александр Мансуров

– …”Сапоги скрипят,

Каблуки стучат,

– Будет, будет мошкара

Веселиться до утра:

Нынче

Муха-Цокотуха

Именинница!”¹⁶

Я закончили читать, и посмотрел на дочь.

– А дальсе? – незамедлительно спросила она.

– Дальше всё как полагается. Жили они долго и счастливо и умерли в один день.

– Давай исё.

– Хватит на сегодня. И так времени много.

– А полетать? – не унималась Сашка.

– Разок, – легко сдался я. – И чур не кричать. А то мама на меня наругается, что я тебя перед сном разбесил.

– Холосё.

Я отложил книжку, легко подхватил Сашку на руки и закружил по комнате. Быстро-быстро. В одну строну, в другую. Она довольно хихикала, стараясь сдержать рвущийся наружу визг.

– Ух всё, – я аккуратно опустил её обратно на кровать. Сашка обхватила меня за шею и чмокнула в щеку.

– Папа, я тебя люблю.

– И я тебя милая – я тоже поцеловал её, погладил по голове. – Всё спи, милая. Спокойной ночи.

– Спокойной носи, папа.

Я поставил книжку на полку, выключил основной свет и вышел из детской, плотно притворив за собой дверь.

– Прочитал? – спросила Юля, когда я появился на кухни.

– Ага.

– О чем сегодня?

– Сегодня Муха-Цокатуха и Айболит.

– И как? Сашка Паука не испугалась?

– Нет. Там ведь маленький комарик, “Подлетает к пауку, саблю вынимает и ему на всём скаку голову срубает”¹⁷

– Миленько.

– Нормально. Добро должно быть с кулаками. Старые сказки самые правильные.

– Да я не спорю, – примирительно улыбнулась Юля. – В детстве как-то на это вообще внимание не обращали.

– Ага. Срубает и срубает. Дело то житейское.

– Чем займёмся?

– Хотел за компьютером посидеть.

– Опять?

– Я недолго.

– А мне чем прикажешь заниматься?

По выражению и интонации жены, я понял, что она собирается завести свою любимую тему. – начать ныть и выкатывать мне претензии по поводу того, что мы мало времени проводим вместе.

– Книжку почитай. В интернете посиди.

– Отлично.

– Ну брось, – я попытался сгладить углы. – Часик посижу, а потом вместе посмотрим сериальчик. Договорились?

– Ладно. Проваливай в свою берлогу.

– Ты чудо, – я чмокнул жену в щёку.

– Не больше часа. А то обижусь – предупредила она. Я лишь кивнул. Ясное дело обидится. Был бы муж, а пообижаться повод найдётся. Ох уж эти бабы.

В кабинете царил мой любимый полумрак. Люстра как всегда не горела, и свет давал напольный светильник в углу комнаты, ему по мере своих скудных сил помогала настольная лампа. Пройдя к шкафу купе, я отодвинул дверь. В самом большом нижнем отделе стоял маленький холодильник – он же мини-бар.

Немного выпивки никогда не повредит.

Сейчас надо найти нормального платного психиатра и записаться на консультацию. Только, что на ней говорить, ума не приложу?! Как бы на учёт не поставили… Хотя, если у меня крыша подъезжает, то это неизбежно. В тихую от шизофрении не вылечится.

Вытащив бутылку виски, и пару кубиков льда, смешал себе напиток. Закончив манипуляции, закрыл шкаф и повернулся к своему столу.

На противоположной стене переливалось золотистым светом уже знакомое пятно – Удильщик! На мгновенье я остолбенел, а потом меня охватил приступ бешенства, неконтролируемой ярости.

Пришёл за мной! Снова! Хочет меня сожрать! Прямо у меня дома! Тварь поганая! Сука! Сейчас я тебя…

Не понимая, что делаю, я размахнулся и со всей силы швырнул в него стакан.

– На!

Звон бьющегося стекла, брызги света и виски в разные стороны. Удильщик лопнул, и как в прошлый разя на меня дохнуло злобой, голодом и ненавистью. Мерзкая тварь!

– Получил?! Нравится?! – торжествующе заорал я. – Пошёл вон! Убирайся!

Послышался топот, дверь распахнулась и на пороге появилась Юля. Она со страхом, уставилась на меня.

– Что случилось?

Откуда-то из глубин квартиры донёсся детский плачь. Сашка видимо ещё не заснула, и услышав мои вопли испугалась.

– Я… ээ… – в голове всё смешалось. Что я наделал?! Это же глюк. Или нет? В любом случае не следовало мне так бурно реагировать, да и бокалом швыряться. Дебил.

– Я…, я споткнулся.

– Что?! – страх у жены сменился недоумением, а оно плавно перешло в раздражение и злость.

– Споткнулся, – виновато повторил я. – Бокал из рук выскользнул.

– В стену? – Юля кивнула на здоровенное мокрое пятно, расползающееся на светлых обоях. -Ты совсем что ли охренел? То нож в кресло… теперь это… Что с тобой происходит? Ты принимаешь что-то?

Плач Сашки усилился, плавно перешёл в ор.

– Дочь напугал, молодец! – Юля резко развернулась и вышла – отправилась успокаивать ребёнка.

– Позже поговорим, – донеслась из коридора, брошенная ей на ходу фраза.

Я выдохнул, и без сил опустился в кресло, за письменный стол. Всё. Приехали. Что мне ей ответить? Что соврать? Или не врать? Рассказать всё как есть! Так ведь не поймёт, испугается. Будет смотреть на меня со страхом и жалостью. Как на психа. Нет. Не хочу! Пусть уж лучше злится и ругается.

Через какое-то время Сашка умолкла, и вскоре вернулась и Юля.