Любимая - Кристин Каст

– Потому что тебе будет нелегко это услышать и принять. – Афродита снова посмотрела на меня, и я снова кивнула. Тогда она вздохнула и продолжила. – Я перескажу все так, как почувствовала. Без сладких соплей и почти без анестезии.

– Вини в этом меня, – вставила я. – Это я настояла на том, чтобы Афродита рассказала все как есть, потому что здесь важна каждая деталь, как бы мучительна для тебя она ни была.

– Мне не нравится, куда вы клоните, – поежился Дэмьен.

Не спрашивая разрешения, Стиви Рэй, Шони и Шайлин встали со своих мест, подошли к нему и окружили его, физически и эмоционально поддерживая силой своих стихий и своей безусловной любви.

Дэмьен судорожно вздохнул.

– Хорошо, я готов. Давай, Афродита. Итак, что ты увидела?

* * *

Афродита пересказала свое видение, не упустив ни единой подробности. Она говорила сухо, без эмоций, как будто читала историю о трагическом происшествии, случившемся где-то на другом конце света. Это было ужасно, но именно отстраненность рассказчицы от описываемых ею событий позволила нам обратить внимание на детали и возможные угрозы, отставив в сторону эмоции.

Дэмьен не проронил ни слова. Он слушал жадно, внимательно и лишь дважды не смог сдержать своих чувств. В первый раз это было, когда Афродита рассказала о появлении Джека из кровавого фонтана. Глаза Дэмьена широко распахнулись, потом в них заблестели слезы, и он быстро смахнул их слегка дрожащей рукой. А когда Афродита пересказала, как Дэмьен ринулся к своему возлюбленному лишь для того, чтобы встретить смерть от его клыков, лицо Дэмьена смертельно побледнело, и он соединил ладони словно в безмолвной молитве.

Стиви Рэй беззвучно плакала, положив руку на плечо Дэмьена.

Шони выглядела так, будто ее вот-вот стошнит, однако она тоже накрыла своей рукой руку Дэмьена.

Руки Шайлин дрожали, но она положила их рядом с огнем и землей, на плечо воздуха.

Потом потянулись секунды молчания, но вот Афродита кашлянула и снова заговорила:

– Зои хотела знать, можно ли трактовать мое видение не как прозрение скорого будущего, а лишь как символическое отражение грядущих событий. Я ответила ей тогда и готова повторить сейчас: это видение нисколько не выглядело символическим. Я знаю, о чем говорю, ведь раньше богиня часто посылала мне сны, полные образов и метафор. Но это видение было подлинным, таким же, каким был мой сон о том, как Зои отрежут голову, – вот насколько. Единственное место, похожее на сон, – это появление Джека. Честно признаюсь: не знаю, как это трактовать и что об этом думать.

– Дэмьен, – мягко сказала я, радуясь тому, что мой голос совсем не дрожит. – Если тебе нужно выйти, умыться или привести себя в порядок, то не стесняйся. Мы подождем.

– Нет, – он начал говорить, но его голос болезненно осекся. Дэмьен помолчал, собираясь с силами, потом начал снова. – Нет, я хочу остаться здесь. Вы должны помочь мне понять, что все это означает.

– Ты уверен?

– Как никогда в жизни. – Дэмьен промокнул глаза бумажной салфеткой, которую вытащил из коробки «клинекса». Когда он снова заговорил, в его голосе уже не слышались слезы. Теперь он был сосредоточен, серьезен и деловит. – Как бы мне ни хотелось верить в обратное, я знаю то же, что и вы все, – быстро проговорил он. – Джек… он умер. Давайте попробуем рассуждать логически. Афродита, ты говоришь, что твое видение было реальным, но при этом как минимум один его эпизод можно воспринимать символически, поскольку факты – вещь упрямая. Джек не может быть живым.

– Да, – ответила Пророчица. – И это очень странно даже для моих видений, которые всегда дико необычные.

– У меня есть гипотеза, – продолжил Дэмьен. – Что если твое видение было одновременно и реальным, и символическим?

– Объясни, – попросила я.

– Попытаюсь. Предостережение Калоны и появление черных роз могут означать только одно: Неферет снова мутит воду или, по крайней мере, нашла способ влиять на мир живых, не покидая своей темницы. Я предполагаю, что видение Афродиты следует воспринимать и трактовать на двух уровнях. Первый – буквальный: Никс предупреждает нас, что Неферет распространяет свое влияние на мир, что она каким-то образом сумела добраться до умерших учеников и теперь превращает их в злых красных подлетков, таких же, какими они все были до самопожертвования Афродиты. Вот почему в видении красные подлетки выбираются из кровавого фонтана, бьющего возле темницы Неферет. И второй уровень – символический: поместив в видение воскресшего Джека, Никс предупреждает, что пробуждение Неферет угрожает нашим любимым.

– Звучит логично, – оценила Ленобия, – страшновато, но логично.

– Но я до сих пор не могу понять, какую роль во всем этом играет мой отец, – покачал головой Рефаим. – Хотелось бы мне спросить его, почему он решил явиться Зои в месте, полном недобрых воспоминаний.

– Отличная мысль! – одобрила я. – Рефаим, как скоро Калона отвечает на твои… хм… молитвы?

– Обычно очень быстро.

– Он перековался в отличного отца, – вставила Стиви Рэй. – Просто идеальный папаша, если забыть о том, что он мертвый.

– Хорошо, пусть Рефаим пошлет отцу свои молитвы, – кивнул Дэмьен. – Но я уверен, что мы тоже не должны сидеть без дела, ожидая ответа Калоны!

– Что ты предлагаешь? – спросила я.

– Думаю, мы должны исходить из того, что Неферет нашла способ воздействовать на мир из тюрьмы. А что делает надзиратель, если он опасается побега?

– Будь я надзирателем, я бы усилила охрану, – сказала Стиви Рэй.

– В точку, – похвалил Дэмьен.

– А? – переспросила я.

– Ты должна поступить так, как поступил бы надзиратель, – растолковал Дэмьен. – Усилить охрану темницы.

– Чтобы заманить Неферет в ловушку, Аурокс пожертвовал своим бессмертием. Если у тебя нет на примете парочки бессмертных, готовых последовать его примеру, то не знаю, что тут можно сделать, – буркнула я.

– Постой, не надо понимать все так буквально, – покачала головой Шони. – Нам не нужно еще одно бессмертие. Неферет не может убежать, а значит, нам не придется ее заново запирать. Требуется усилить то, что удерживает ее там!

– Вы говорите о защитных чарах? – переспросила я, окрыленная надеждой. – Это я могу, то есть мы с вами можем!

– Бинго! – улыбнулась Шони.

– А после того как наложим дополнительную защиту, посмотрим, что будет дальше. Если черные розы, явления Калоны и видения Афродиты прекратятся, значит, мы все сделали правильно! – радостно закончила я.

– Частично, – сухо заметила Ленобия, перебив оживленные возгласы моих друзей.

– Частично? – переспросила я, озадаченная.

– Если Неферет нашла способ оказывать свое черное влияние на мир живых, то любые защитные чары смогут лишь частично решить эту проблему. Единственный выход – применить совершенно особенное заклинание, скажем, такое, которое будет особым образом связано с тобой, Зои.