Подарок убийцы - Гапарон Гарсаров

Не помня себя, Лавра проверила квартиру, сделала пару бесполезных звонков и помчалась по указанному Фрязиной адресу больницы, куда доставили травмированную Агнию Лесофовну. Думать о том, что полёт с четвёртого этажа прошёл для неё нормально, девушка даже не собиралась. У матери нестабильное давление и больные почки. Она была на второй группе инвалидности уже десятый год и часто посещала врачей. Разве может такой человек вообще остаться в живых после такого нападения?

Лавра чувствовала, как сердце бешено стучит. Руки и ноги дрожали и плохо слушались. Сама не своя, она ехала в полупустом автобусе в ожидании нужной остановки. Нет, это было что-то нереальное, это происходило не с ней. Наверное, она просто спала и видела дурной сон, который никак не хотел заканчиваться.

Корпуса огромного больничного комплекса утопали во мгле вечера. Горящие окна едва проступали сквозь высокие ветвистые деревья. Возможно, тут было мило в тёплые июньские деньки, да только сейчас на дворе царствовал декабрь и ни о какой природной красоте речи идти не могло. Больничный городок был запущен донельзя. Сам чёрт мог сломать здесь ногу на покрытой льдом дорожке.

Лавра остановилась перед стеклянными дверьми и попыталась войти внутрь, но те не поддались. Пришлось бежать к соседнему крыльцу, где мигал замерзающий фонарь. Там Лавра упёрлась носом в обледенелую табличку, которая гласила, что здесь расположено отделение аллергологии. Навряд ли несчастную маму поместили в этом корпусе, отчего девушка понеслась к другому крыльцу.

Удивляло полнейшее отсутствие людей. И это в семь часов вечера! Даже не у кого спросить, как попасть в нужное отделение. Глаза искали табличку с более подходящим названием, и вскоре девушка наткнулась на мирно стоящие машины скорой помощи.

– Извините, а приёмный покой случайно не здесь находится? – уточнила Лавра у курящего мужчины с красной повязкой на плече.

– Здесь, но вас туда не пустят, – ответил водитель с безразличным видом.

– У меня маму сюда доставили, как я могу узнать, что с ней? – не растерялась Гербер.

– Идите в главное здание, там у гардеробщицы спросите, как дальше пройти, – отрапортовал тот. – А здесь только дежурный врач, он с родственниками не общается.

Лавра развернулась и едва не упала. Неужели в больнице не было дворников, чтобы убрать лёд на дорогах?!

Наконец, девушка разглядела сквозь изрядно подмёрзшие линзы очков группку людей, которые стояли в самой глубине больничного двора. Там и оказалось главное здание. Лавра забежала внутрь и сразу же направилась к окошку гардероба. Оказалось, что травматология размещалась в левом крыле, куда сейчас, почему-то, можно было попасть лишь через подвал. Разобравшись с дальнейшим маршрутом, Гербер двинулась к намеченному пункту. Сначала пришлось преодолеть множество ступенек, затем холодные коридоры местного подземелья, а уже после этого надлежало взобраться на предпоследний этаж.

Всё, нашла, подумала Лавра, переводя дыхание. Теперь предстояло самое страшное – узнать о состоянии матери. Сделав глубокий вздох, Лавра открыла белую дверь, на которой висело объявление о приёмных часах, и вошла.

Отделение выглядело спокойным и тоже безлюдным. Стояла тишина, изредка прерываемая звуками где-то работающего телевизора. Освещение тут было получше уличного, но ненамного. Лампы горели только в самом конце длинного коридора и то лишь над постом дежурной медсестры. Её ничуть не привлекла девушка в мятой куртке и со всклоченными, как у ведьмы, иссиня-чёрными волосами, которая столь бесцеремонно ворвалась сюда.

– Что у Вас? – выдохнула женщина с флегматичным видом.

– К вам сегодня доставили пострадавшую, – ожила Лавра, облокотившись на конторку, – Агния Лесофовна Гербер. Мне нужно её увидеть!..

– Девушка, часы посещений указаны на двери, – опять с безразличием вздохнула медсестра. – Приходите завтра, с восьми до двух или с четырёх до семи.

– Поймите, я только сейчас узнала, что маму кто-то выбросил из окна, поэтому можно хотя бы узнать, как она, что с ней вообще?

Женщина недоумённо уставилась на посетительницу и снисходительно улыбнулась.

– А с какого, извините, окна она выпала? – поинтересовалась медсестра.

– Её сбросили с балкона, с четвёртого этажа, – опомнилась Лавра, – Только, умоляю, не медлите!..

– Да успокойтесь Вы, не нервничайте так… Хотя, конечно, есть причина. А почему Вы решили, что Вашу маму доставили к нам?

– Ну как? – опешила Гербер. – Разве это не травматология?

– Да, это травматологическое отделение. Но Вы говорите, что бедняжка выпала с четвёртого этажа. Таких пациентов к нам не везут, им требуется реанимация.

– Ох, – осознала Лавра свою ошибку. – Простите, совсем голова не соображает, а в вашей больнице никто ничего не может внятно объяснить…

– Бывает, – пожала плечами женщина. – Вам сейчас нужно подняться на этаж выше, пройти до самого конца, затем на лестницу и вниз. На втором этаже интенсивная терапия, возможно, там Вам дадут ответ.

– Спасибо, – кивнула Гербер и поспешила по новому маршруту. Интересно, сколько ей ещё придётся бегать, чтобы увидеть мать?!

Она шла в новое отделение, уже не обращая внимания ни на какие мелочи. Лавра перестала о чём-либо думать. Её даже не волновало, что поведала соседка о разыскивающих её людях в милицейской форме. Главное, это узнать о состоянии Агнии Лесофовны и как можно скорее.

Покалеченная родительница, действительно, находилась в отделении интенсивной терапии. Это Лавра поняла, едва переступив порог второго этажа, поскольку увидела знакомое лицо брата. Рослый парень в синем пальто выглядел очень недовольным. Едва заметив сестру, он подлетел к ней, больно схватил за локоть и поволок обратно на лестницу. Такое бесцеремонное отношение к себе Лавру ничуть не смутило. Гаральд никогда не отличался добротой. Они давно не ладили, а однажды между ними произошла совсем неприятная история, из-за которой брат с сестрой перестали общаться вообще.

– Где ты шатаешься, чёрт бы тебя побрал?! – зашипел он, швырнув девушку к стене. – Знаешь, который час???

– Не ори! – возмущённо парировала Лавра, оттряхивая руки от его прикосновений. – У меня были причины, иначе бы я пришла гораздо раньше.

– Причины, которые для тебя намного важнее жизни матери?! – не хотел успокаиваться тот. – Не удивительно, почему ты узнала обо всём в самый последний момент!..

– Хватит на меня кричать!.. Лучше скажи, как она? Можно ли её увидеть?

Гаральд немного остыл и отошёл к резным перилам.

– Матери сделали укол, сейчас она спит, – заговорил он более спокойным голосом. – Врач сказал, что позвоночник цел, но у неё сотрясение мозга и сломано несколько пальцев на ноге. Я уже не говорю про синяки и ссадины, которые у неё всегда плохо заживают.

– Кошмар, как же она так?.. Кому понадобилось убивать её?