Отдел - Алексей Сальников

— А если не все покроет? А мало ли что еще?

— Ну ты и пессимист, — сказал Фил, — как моя тетка.

— Мне все равно по пути, — влез Игорь, чтобы их примирить.

— Так на него же бензина уходит, как на троих меня, подвеска потом, кресло это туда-сюда, оно у меня уже не закрепляется, по-моему, после этих поездок, — встрял Молодой, чтобы снова начать свару.

— У меня вроде все нормально, — сказал Игорь.

— Это пока, — утешил Молодой.

Утренние сумерки сменились какими-то полусумерками, походившими уже на свет дня, до полной дневной яркости осталось совсем немного, когда они, зачем-то несколько раз попив чая и кофе у Фила в каморке, отправились по домам.

— Ренат, сука, еще затемно свинтил, — ругнулся Игорь Васильевич на свежий автомобильный след, тянущийся по рыхлому снежку.

Игорь покосился на него со своего водительского места. За время работы в этой конторе он так привык, что Игорь Васильевич ездит с ним, что ему показалось бы странным возвращаться домой без кого-то гундящего рядом. Игоря интересовало, как Игорь Васильевич добирается до работы, но он почему-то стеснялся об этом спросить. Еще его интересовало, чья машина будет стоять на улице, когда машина Игоря Васильевича вернется из ремонта, но и об этом Игорь не решался спрашивать, потому что подозревал, что на улице окажется его собственная машина.

— Хорошо вот так с утреца ехать, — сказал Игорь Васильевич. — Мы с тобой первый раз, считай, едем вот так вот спокойно. Доедем, как при Союзе. Не знаю, помнишь ты, нет, но раньше в городе каждому засранцу похоронную процессию устраивали, перлись посреди улицы, елочки разбрасывали, сейчас так попробуй. Линчуют на хер.

Игорь Васильевич ходил все в том же костюме, только с наступлением холодов накидывал на пиджак дубленку, в которой позвякивали амбарные, судя по звуку, ключи от дома. Игорь Васильевич всегда бросал дубленку на заднее сиденье, а Игорь опасался, что ключи выпадут во время поездки и придется возвращаться от дома обратно к дому Игоря Васильевича. Игорь так отчетливо и детально видел, как он подъезжает к подпрыгивающему от холода Игорю Васильевичу, синеющему на крыльце подъезда, что на самом деле у ключей не было ни малейшего шанса быть забытыми на полу или сиденье машины.

Замечание Игоря Васильевича о допотопных похоронах Игорь почти пропустил мимо ушей, но да, он помнил эти времена, когда по дорогам ездили почти одни только троллейбусы и автобусы, просто не хотел говорить об этом.

— Я жене позвоню, — сказал Игорь.

— Давай, звони, — разрешил Игорь Васильевич.

— Оль, привет, — сказал Игорь, когда жена взяла трубку, — у меня сегодня выходной образовался после ночи, я Мишку из садика заберу.

— О, зашибись, — сказала жена. — Я сегодня как раз задержусь немного.

— Блин, Оля, — слегка возмутился Игорь. — Ты просишь же побольше бывать вместе. А выходит, то я задерживаюсь, то ты.

— Да мы тут закрываем отчетность, — сказала жена. — Нужно застрять немного, хорошо, что ты сегодня свободен.

— Ну на дом возьми, — предложил Игорь. — Иногда же берешь на дом.

— Перед Новым годом не хочется еще и дома возиться, а так приду — и все.

— Да ну тебя, — сказал Игорь.

— Ну, Игорек, ну не обижайся, — протянула жена.

— Тогда ты потом тоже не обижайся, — сказал Игорь, но знал, что жена будет обижаться, если возникнет такой же повод, — она почему-то имела право капать ему на нервы, если он задерживался, а он — нет.

— Ладно, не буду, пока, — сказала жена и отключилась.

Игорь не успел даже договорить свое: «Что значит пока?» — как она оставила его с гудящей трубкой.

— Ёлки-палки, — шепотом сказал Игорь в лицо телефону, а именно в лицо сыну, чья фотография была у него на рабочем столе мобильника.

Игорь Васильевич, судя по всему, решил тактично промолчать, но надолго его не хватило.

— Она тебе не изменяет, нет? — спросил Игорь Васильевич, чем поставил Игоря в тупик, потому что он как-то над этим не задумывался.

— Да нет, наверно, — сказал Игорь. — Знаешь, не подливай масла в огонь. Мы и так только в отпусках видимся, нам еще, знаешь, ревности не хватает в наших терках. Еще, может, следить за ней предложишь.

— А ты? — спросил Игорь Васильевич.

— С кем, с Эсэсом, что ли, мне ей изменять? — возмутился Игорь.

— Ну да, — согласился Игорь Васильевич, — Молодому бы в самый раз по девкам бегать, а даже он не успевает.

— Кстати, — вспомнил Игорь вопрос, который вечно забывал задать, — он-то к нам за что?

— Да он рецепты бомб в Интернете вывешивал, подстрекал, там, чурок резать от лица скинхедов, а русских от лица кавказцев, веселья ему, видишь ли, в жизни не хватало. Еще он страничку прокурора ломанул во «ВКонтакте» и всякой экстремистской херотенью ее забил, перессорил его с кучей друзей. Некоторые до сих пор прокурора после этого случая лимоновцем считают. Молодому сколько-то там светило, но его папашка отмазал, он же генерал — хоть и бросил семью, но о сыне позаботился. Хотя, если рассудить, на хер такую заботу, с зоны он бы уже откинулся, а сколько у нас будет, бедолага, зависать, хрен знает.

Игорь Васильевич подумал и добавил:

— Хотя, если разобраться, он сам ведь не уходит. Значит, что-то его устраивает у нас.

— Его устраивает, что он, типа, на фээсбэ, работает, при том что делать в основном ни хрена не нужно.

— Это ты после выходных посмотришь, как делать ни хрена не нужно, — отвечал на это Игорь Васильевич. — Ты сейчас отойдешь от того, что увидел этой ночью, а там и новое дело подоспеет, ты даже не заметишь, как время пролетит.

Игорь покивал, понимая правоту Игоря Васильевича.

— Как вообще, мандраж прошел? — спросил Игорь Васильевич.

— Пока не знаю, — честно ответил Игорь. — Сейчас мне вообще кажется, что ничего не было.

— Главное, ты новости на выходных не смотри криминальные, — посоветовал Игорь Васильевич. — Давление может подскочить. И кинцо всякое с зарубами тоже не советую, так накатит с непривычки, что можешь в запой уйти. Смотри, типа, «Виасат», диснеевское что-нибудь, у меня канал есть с советскими детскими фильмами, у тебя, наверно, тоже есть. Вот его и смотри. Можно, кстати, побухать сейчас, сбросить стресс на время.

Они уже подъехали к дому.

— Да нет пока никакого стресса. Не дошло еще полностью, — признался Игорь, желая показать, что разбирается в себе лучше, чем полагает Игорь Васильевич.

— Ну ладно, хорошо. Если что — звони, делись, нельзя такие вещи в себе держать, — уже забравший дубленку с заднего сиденья и вышедший из машины Игорь Васильевич похлопал машину по крыше, как бы желая Игорю удачи, и пошел к дому, звякнув ключами.