Тунгусский метеорит - Игорь Шабельников

– Макс, похоже, Лекс нас переплюнул по всем статьям. И от нашей схемы рассказа ушел и все наши наработки использовал. Настоящий графоман! – высказался Гарик.

– Законченный графоман! А судя по сценарию, он, поди, и «Архипелаг Гулаг» диссидента Войновича читал, – согласился с ним Макс.

– Эх, вы, темнота некультурная, Солженицына! И в отличие от вас, я-то читал! Читать – основная обязанность сценариста, – снисходительно отозвался Лекс.

В это время затренькал звонок входной двери. Гарик с Максом переглянулись и уставились на Лекса. Лекс скорчил гримасу и недоумённо пожал плечами. Треньканье повторилось. Лекс сдвинул ноутбук и, не выпуская банки с пивом, поднялся с паласа, и пошел открывать дверь.

Через минуту в комнату буквально ворвалась разъяренная девушка, вслед за ней вошел растерянный Лекс. Банки пива в руках у Лекса не было, а по тому, как он дергал ногой, банку он выронил, или её выбили, и Лекс наступил носком в лужу с пивом. Неизвестно, что девушка ожидала увидеть, но, взглянув на возлежащих на паласе средь ноутбуков, банок пива и тарелок с чипсами парней, она смутилась. Сердитая миниатюрная блондинка была хороша. Премиленькая мордашка, распушенные прямые волосы. Джинсики с расшитыми блестками штанинами, изящные туфельки, обтягивающий грудь батничек с нарочито глубоко расстегнутым воротом. Гарик и Макс завидев симпатяжку, сглотнули слюну, приняли сидячее положение и попытались загнать пустые пивные банки под диван.

– Познакомься, это мои друзья, Гарик и Макс. А это Людмила, – сказал Лекс, но посмотрев на заблестевшие глазки своих друзей, добавил, – Моя девушка.

– Алекс, это и есть ваша «Большая игра»? По-моему – это просто компьютерные посиделки и «Большая пьянка»! Это из-за этой «Игры» мы не пошли сегодня в клуб? – девушка капризно надула губки.

– Милочка, – Макс скорчил комичную гримасу и, после паузы, добавил, – Если, конечно, разрешите Вас так называть. Это не просто «Игра». Здесь собираются литераторы. Мы не просто играем, мы ещё и обсуждаем написанные нами сценарии.

– Вот именно, Люсенька, – продолжил стёб над именем Гарик, – если Вы, конечно, разрешите Вас так называть. Здесь – можно так сказать – литературный салон. «Большая игра» – это, в первую очередь, интеллектуальная литературная битва.

– То, что салун, я вижу, – сказала блондинка и катнула носком туфли пустую пивную банку.

– У меня идея! – воскликнул Лекс, – Пусть Людмила прочтет наши сценарии. Она будет первым читателем со стороны, так сказать, третейским судьёй!

– Ну, Лекс, к чему такая жестокость? Зачем мучить девушку, тем более блондинку, нашим андеграундом, – вставил Гарик.

– К тому же, Лекс, твои пошлые сентенции по поводу прикида юных девушек могут негативно сказаться на детском восприятии, – ввернул Макс.

Довольные своими ехидными шутками Гарик и Макс, пытаясь сдержать смех, фыркая, хрюкая и зажимая себе рты руками, завалились на палас. Людмила, поджав губы, зло уставилась на Лекса.

– Людочка, не обращай внимания, они хорошие парни, хотя и дегенераты, – смущенно сказал Лекс.

Последняя фраза Лекса привела к неистовому хохоту Гарика и Макса. Макс корчился, держась за живот, Гарик лежал на животе и колотил рукой по паласу.

– Придурки, что с них возьмешь? – сказал Лекс, еле сдерживаясь, чтобы самому не рассмеяться. Заразившись всеобщим весельем, Людмила начала хихикать и, наконец, весело рассмеялась.

Отсмеявшись и вытирая выступившие слёзы, Гарик и Макс сели и вновь потянулись к банкам пива. Лекс пребывал в растерянности – он не хотел ссориться с друзьями, но и обижать девушку – тоже. Людмила решительно скинула туфли и забралась на тахту с ногами.

– Ну, «литераторы», тащите сюда ваши «опусы», – сказала Людмила.

– О, как! – воскликнул Гарик и чокнулся банкой с Максом.

Лекс обрадовался, засуетился. Поднял и отдал девушке свой ноутбук. Потом сбегал на кухню, принес девушке банку «энергетика» и фрукты и уселся рядом с девушкой на тахте. Гарик с Максом, от нечего делать, сцепились между собой в «Контр-Страйк».

Людмила положила ноутбук себе на колени и довольно быстро читала, не забывая с хрустом грызть яблоко. Лекс сидел возле неё и втихаря пытался её потискать, но раз за разом получал локтем в бок – Людмила всё ещё была на него сердита. Гарик и Макс резались в «стрелялку», на кону стояла последняя банка пива.

– Парни, так что это всё-таки такое – «Тунгусский жемчуг»? – сквозь треск автоматных выстрелов и разрывов гранат спросила Людмила.

– Что? – отвлекся Макс, – Черт!

– «Получи, фашист, гранату …», – взрывы и стрельба стихли. Гарик ухватил последнюю банку пива. Довольный собой Гарик разулыбался и ответил, – Люсенька, я задумывал «жемчуг» как осколки навигационной панели космического звездолёта. Макс же, воспользовавшись тем, что я плохо прописал собак, превратил собак в два «роя» нанороботов. Лексик вообще ничего не стал придумывать, а просто воспользовался – графоман, однако.

– Ничего себе, заявы! Нанороботы Макса – тупейшие создания, только и умеют, что «роиться» в собак, да созерцать. А у меня каждый «рой», каждая собака – личность! Причем думающая, социальная личность, способная принимать самостоятельные решения – почти инопланетянин! Так-то, вот! – возмутился Лекс.

– Ладно, ладно, – примирительно сказал Гарик, приложившись к банке.

– Милочка, так всё-таки, по существу, как рассказы? – спросил Макс.

– Занимательно, но, такое и я бы смогла награфоманить, – ответила Людмила.

– Представляю, «Незнайка и нанороботы», – захихикал Гарик.

– Незнайка не пойдет, Лекс же сказал, нужен секс, – поддержал Гарика Макс, – лучше так: «Кнопочка и наносекс в Цветочном городе», – Гарик с Максом от хихиканий перешли к ржачке. Лекс не удержался и тоже зафыркал, за что получил затрещину.

– Гарик, «Цветочный город» не проканает, там некуда Фандорина привязать. Лучше так – «Фандорин и секс с нанороем Чулаканской Емануэли», – вставил Гарик. Макс с Гариком снова стали давиться смехом, сказалось выпитое пиво.

Осознав, что парни ей мелко мстят за то, что она отнимает у них друга, Людмила терпеливо ждала, когда они отсмеются.