Ненастоящие - Лена Обухова

15 апреля 2016 года, 9.36

пансионат «Королевская кобра»

Новгородская область

Несмотря на отсутствие каких-либо важных занятий, дни в пансионате летели быстро. Врач приходил к Саше до обеда, три раза в день навещала повар – та самая женщина, с которой они познакомились на воскресном пикнике, готовила сытные и вкусные блюда, а по вечерам – горничная, которой оказалась мама единственного в деревне ребенка. Саша пробовала ненавязчиво расспросить ее, почему они решили переехать в этот поселок, но та лишь отшучивалась и отвечала общими фразами. Вообще, весь персонал казался дружелюбным, но в душу к себе не пускал и особо не откровенничал. Любопытной Саше это казалось странным, Войтех же не находил ничего необычного. Далеко не все люди делятся с другими своими тайнами, а у него было стойкое ощущение, что у каждого здесь они есть. Не переезжают просто так в глухое место вдали от цивилизации. Но вот выведывать эти тайны у него не возникало желания.

Бóльшую часть времени Саша и Войтех были предоставлены сами себе, с удовольствием смотрели фильмы и ходили гулять. Окрестности разнообразием не радовали, кругом сплошной лес, зато погода стояла отличная, поэтому подышать свежим воздухом и погреться в лучах весеннего солнца тоже было приятно. Один раз они даже добрели до озера, но вот обратно возвращались с огромным трудом и больше такие походы не устраивали. Все-таки расстояние оказалось запредельным для нетренированной Саши. По вечерам Войтех связывался с Институтом, чтобы быть в курсе происходящего, но и там ничего интересного пока не происходило. Расследование убийства семьи Никаноровых продвигалось медленно, появились другие неотложные дела, поэтому к концу недели им занималась только Лиля.

Ваня, услышав о странных огоньках, встреченных ими в лесу, согласился с Войтехом в том, что это, вероятнее всего, были шаровые молнии.

– Странно только, что сразу десяток, – задумчиво почесывая подбородок, говорил он во время очередного сеанса связи. – Обычно они по одной появляются. Но, может, там просто место такое. Говорят, где-то в Псковской области есть место, называемое Чертовой поляной, там шаровые молнии частые гости. Может, и тут что-то подобное, не так далеко ведь. В любом случае с этими тварями лучше не встречаться лишний раз.

– Почему? – удивилась Саша, слышавшая этот разговор.

– Потому что хрен его знает, что это вообще такое, – хмыкнул Ваня. – Среди физиков до сих пор нет единой теории. Но шаровые молнии очень чувствительны к движениям воздуха, так что вы правильно сделали, что не побежали. Они бы точно кинулись следом. А еще они ни с того ни с сего могут взрываться, испаряя вокруг себя воду и расплавляя стекло. Представляешь, какая там температура?

– Странно, мы совсем не чувствовали жара, когда они нас окружили, – заметила Саша.

– В том-то и прикол, что жара нет, а температура о-го-го! Слышь, Дворжак, может, как-нибудь устроить расследование этого феномена?

– Ну если ты готов этим заняться, – усмехнулся Войтех. – Ты у нас физик.

– Я подумаю над этим, – пообещал Ваня. – Особенно если мангал с собой захвачу. Так что ты там узнай, пустят ли нас с расследованием. Было бы прикольно.

Местные жители, навещавшие их в пансионате, сказали, что иногда встречаются с огоньками в лесу и тоже считают их обычными шаровыми молниями. Порой их вот так же десяток, но чаще одна-две. Если вести себя аккуратно, то вреда не причиняют. Все уже привыкли к ним и не обращают внимания. Никому же не приходит в голову переживать из-за дождя или грозы, а это такое же обычное физическое явление, хоть и редкое в других краях.

Войтех выполнил просьбу Ивана и спросил у Софьи Васильевны ее мнение по поводу расследования. Та недовольно поджала губы, но обещала связаться с хозяином пансионата. Впрочем, еще до того, как она принесла твердый отказ, Войтех уже знал, что он будет. И дело было не в интуиции или видениях: слишком уж красноречивым было лицо управляющей, когда речь зашла о расследовании. Никто в пансионате не хотел нарушения привычного уклада жизни, а Войтех не особенно и настаивал.

Реабилитация определенно шла Саше на пользу. Конечно, говорить о том, болит у нее рука или все прошло, было еще рано, поскольку порой она жаловалась, что массажист готов сломать ей кости повторно, но настроение ее явно улучшилось. Войтех переживал, что в глуши деятельная и активная Саша заскучает, как она сама любила говорить, «покроется плесенью», но ничего такого не происходило. Она с удовольствием ходила на прогулки, по вечерам готовила с ним ужин (вот уже два дня подряд они просили повара оставить готовку ужина им, поскольку всегда любили делать это вдвоем), а вчера даже решилась выйти с ним утром на пробежку, чего не случалось вообще ни разу в жизни. Правда, пробежать смогла всего два километра, еще один прошла пешком и заявила, что подождет Войтеха на лавочке, но это уже было огромным прогрессом.

Этим утром Войтеху стало жалко ее будить, слишком уж сладко она спала, поэтому он просто молча поцеловал ее в лоб и отправился на улицу сам. Погода не порадовала солнцем, с неба то и дело срывался мелкий дождь, а по земле стелился легкий туман, поэтому он и сам пробежал меньше положенного. Стараясь сильно не шуметь, скользнул в ванную. Повариха к этому времени успела приготовить завтрак и уйти, поэтому в доме стояла тишина.