Нефилимы, сказки запретного леса - Александр Владимиров

Впрочем, долго наблюдать за ними он не смог, ибо веки молодца сомкнулись, и раздался боевой храп.

2

Он по-прежнему спал или что-то заставило его проснуться в ночи? Ему вдруг показалось, будто стог сена… колышется. Да он стал расти?!.. И так стремительно, что уже достиг неба. «Что такое?!» – испугался Колобок. И тут он увидел колесницу с впряженными в нее тремя златогривыми конями. Колесница стремительно приближалась к Ивану, однако шарахаться от нее не было причин, ведь управляла ей… Делана.

– Прыгай ко мне! – весело закричала она.

Он медлить не стал. Но спросил: куда они помчатся?

В ответ услышал:

– В страну Грез.

Сверкающие диковинные животные расступились, пропуская их в неизвестный мир. Теперь колесница стремительно помчалась вниз. Вот уже макушки деревьев, а они с Деланой продолжают опускаться дальше и дальше, словно падают в бездну. Копыта коней выбивали золотистые искры. Их стало так много, что возникла стена из огня. Пламя вокруг и под ними! Оставалось лишь с содроганием наблюдать, как Делана направила коней в самый центр этого огненного потока. И что удивительно: кони не испугались!..

И тут Иван понял: это не пожар. Это – город, расцвеченный массой факелов. Повсюду мелькали все те же дивные животные, только они ходили на двух ногах. Так это же обычные люди, просто нацепили на себя маски.

Делана спрыгнула с колесницы, приказав то же самое сделать Ивану. Она куда-то повела его и, чем больше он осматривался, тем сильнее разевал рот.

По узким кривым улочкам мимо мрачноватых серых зданий неслась спрятавшаяся под масками толпа. Все спешили на площадь, где били разноцветные фонтаны. Хохот и крики оглушали, в воздух взлетали бумажные змеи, но они казались маленькими ничтожествами перед вырывающимися с грохотом огненными хлопьями («Это салют», – объяснила спутнику Делана).

Иван ничего не понимал, но покорно следовал за возлюбленной. Хороводы зверей продолжали наступать. То сильные мужские руки, то ласковые женские пытались их разлучить, куда-то утянуть Ивана. Но каждый раз он отбивался. Он здесь на этом удивительном празднике только ради Деланы.

Они свернули в подворотню, где сделалось много тише. Делана, посмотрев на Ивана, вдруг засмеялась:

– Ты никогда не был на карнавале?

– Нет, – признался Колобок. – У нас в деревне случались гульба, веселье. Девушки пели. Но такого…

– Понятно, – сказала Делана, останавливаясь перед воротами некоего таинственного дома. – Нам сюда.

Темными коридорами они проскользнули в маленькую комнатку. Здесь девушка вплотную приблизилась к Ивану, положила ему на плечи свои нежные руки, промолвила томно и торжественно:

– Я твоя!

У Колобка закружилась голова. Еще не поцеловав возлюбленную, он ощутил сахарный вкус ее губ. Каждая частичка его тела задрожала. Прикажи она ему умереть – умер бы без раздумий. Насколько же велика власть женщины над мужчиной!

Однако в его душу закралось сомнение: девица наподобие Деланы не должна так себя вести. При первой их встрече он хорошо запомнил ее глаза: в них были игривость, заносчивость, но также и целомудрие. А сейчас?..

Сейчас они горели похотью.

– Делана, это действительно ты? – крикнул он.

Девица лишь рассмеялась в ответ. А затем за стеной раздались голоса… Очевидно, весь зверинец города явился сюда, чтобы полюбоваться веселым представлением.

Голоса быстро перешли в крики.

3

Колобок очнулся и понял, что по-прежнему находится на сеновале. Выходит, не было ни колесницы, ни карнавала? Но крики не прекращались. Кричали в доме Федора. Иван прислушался: Федору угрожают…, а вот и Настя повысила голос.

Колобок никогда не участвовал в чужих разборках, однако в данном случае догадался, что его новому товарищу нужна помощь. Поэтому, не раздумывая, бросился в дом.

Трое мужчин в военной форме с наброшенными на плечи медвежьими шкурами стояли супротив хозяев и что-то им выговаривали. Федор оправдывался.

– Что здесь происходит? – спросил Иван.

– А это еще кто? – поинтересовался один из военных.

– Товарищ мой, – пояснил Федор. – Ему негде было переночевать, вот и остался у меня на сеновале.

– Ага, – многозначительно произнес все тот же военный. – Значится, гость… И сколько ты получил с него за «ночлег»?

– Нисколько!

– Рассказывай сказки, сам сочинитель…

– Нисколько! – подтвердил Иван.

– Все ясно, – подытожил военный. – За то, что пустил постояльца, брал с него деньги и не заплатил налог в сумме… подсчитайте-ка по полной, – обратился он к остальным. – Но это не все. За попытку обмануть представителей медвежьей структуры – штраф. За преступный сговор с гостем – еще один штраф, но в тройном размере. Так что придется раскошелиться!

– Мы каждый день платим вам налоги, – вновь повысила голос Настя. – Весь наш заработок уходит на них. И даже его не хватает. Совесть у вас есть?

– Совесть? – встрепенулся военный. – За оскорбление представителей властных структур штраф увеличивается еще в три раза.

– Какое безобразие! – вступил второй военный, готовый от возмущения задохнуться.

– В тот момент, когда против Медвежьего царства объединился весь мир, внутренние враги еще более усугубляют ситуацию.

– Мы просто хотим жить, – обреченно сказала Настя.

– Все хотят, – облизнулся третий военный с лоснящимся от жира лицом.

Молчавший все это время Колобок не выдержал:

– Я прибыл в ваше царство издалека…

– Иностранец? – тут же перебил первый военный. – Случаем не из страны Грез?

– Не бойтесь, нет.

– А я и не боюсь…

И тут же со льстивой улыбкой добавил:

– Если все-таки оттуда, мы могли бы сговориться.

– О чем? – не понял Иван.

– Ну… короче, деньжата бы в ваши банки положил. И вам хорошо, и мне.

– Совсем нюх потерял?! – вмешался второй военный. – От него же за версту несет деревенщиной.

– Это ты его потерял. Крутые ребята никогда себя не раскрывают. Так откуда ты, парень?

– Из деревни Вольная, что на Руси великой.

– Вольная… Нет, слышал. Но название неплохое. У вас там случаем нет свободной экономической зоны?

– Чего нет, того нет.

– Тогда ты неинтересен. Иди своей дорогой, не мозоль глаза. Но сначала, разумеется, штраф заплати.

– За что?

– Как за что? За преступный сговор с хозяевами. Да еще налог с той суммы, что заплатил хозяевам за ночлег.

– Никому я ничего не платил, – повторил Колобок. – И вам не собираюсь.