Дитя подвала - Александр Варго

– Остынь, братишка, – сказал Игорь, протягивая ему дымящуюся самокрутку. По салону поплыл сладковатый запах. – Я, кстати, номер его «Форда» тоже запомнил. Так, на всякий случай…

– Кстати, а ты че облажался? – обратился Жорж к рыжему. – Вроде как боксом занимался, не?

– Этому дятлу просто повезло, – глядя в сторону, ответил Игорь. – Я на камне ногу подвернул.

Жорж затянулся и вернул ему косяк. Несколько минут никто ничего не говорил, все обдумывали слова Юрия. Первым нарушил молчание Жорж.

– А знаете что? – глухо проговорил он, сбавляя скорость. – Давайте вернемся.

– Зачем? – глупо спросил Юрий. Он поднес ко рту текилу, но горлышко бутылки замерло у губ.

– Затем, – вместо Жоржа ответил Игорь. – Не догоняешь?

– Эй, мальчики, – с тревогой заговорила Тамара. – Вы что задумали?

– Это не твоя забота, – осклабился рыжий. – Ты свое дело на пятерку сделала. Сиськами трясти уже не придется.

– Ты… ты ведь сказал, что не подписываешься на такие вещи?

Игорь шумно выдохнул.

– Ситуация может меняться, детка. И под нее нужно подстраиваться. То есть работать более гибко. Поняла?

Не говоря ни слова, Жорж резко крутанул руль, пересекая сплошную линию. Возмущенно засигналила «Газель», двигающаяся в противоположном направлении, чуть было не столкнувшаяся с кроссовером.

– Парни, вы что? – растерянно улыбнулся Юрий, видя, что автомобиль понесся в обратную сторону, стремительно набирая скорость. – Вы что, добить его решили?

– Заткнись, – отрезал Жорж. – Лучше открой новый «пузырь».

– Тогда высадите меня! – взмолился юноша. – Я ничего не расскажу!

К нему повернулся Игорь, и парень, напуганный выражением лица рыжего, нервно дернулся назад, как если бы коснулся оголенного провода.

– Я тебя сейчас на бутылку посажу, Юрок, – прошептал он зловеще. Побледневшее лицо Юрия обдало сладковатым запахом травки. – Одним махом порву целку. Так что закрой пасть и веди себя тихо.

Отвернувшись, Игорь прибавил:

– Мы сами все сделаем.

Однако ничего никому делать не пришлось.

Когда «Лендровер» остановился у обочины, где произошла недавняя стычка, на дороге было пусто. Ни «Форда», ни странного незнакомца, ничего.

– Может, мы перепутали место? – предположил Жорж, озабоченно оглядываясь вокруг. – В этом Каменске, мля, все одинаковое.

Игорь включил фонарик на телефоне, и в сгущающихся сумерках ему удалось разглядеть обломок кирпича. Судя по всему, тот самый, который Жорж швырнул в несговорчивого мента. Рыжий пнул его ногой, с досадой проговорив:

– Это то самое место. Вон капли крови, а это, кстати, следы от шпилек Тамары. Просто мы опоздали.

Он задрал голову, уставившись на проклюнувшийся в матовой синеве неба серебристый месяц:

– Или он сам очухался, или его увезли.

– А машина? – вяло спросил Юрий. – Куда его машина делась, если его увезли?

– Хрен его знает, – буркнул рыжий.

Все молча вернулись к внедорожнику.

* * *

В начале второго ночи на пустынной трассе остановился потрепанный «Хендай». Сидящая на заднем сиденье женщина молча расплатилась с водителем и открыла дверь.

– Вам точно здесь? – на всякий случай уточнил водитель с усталым лицом.

Она кивнула, взяв в руки два увесистых пакета.

– Стесняюсь спросить, куда сейчас пойдет одинокая женщина с сумками? – не выдержал водитель, положив узловатые руки на рулевое колесо. – Тут на десять километров вокруг ни души, одна глухомань…

Пассажирка, уже намеревавшаяся вылезти наружу, бросила на него ничего не выражающий взгляд.

– Хочется побыть одной. Не волнуйтесь, со мной ничего не случится.

В зеркале заднего вида мужчина поймал ее улыбку, при этом лицо незнакомой пассажирки оставалось каменным.

– Ну как хотите, – проворчал водитель. – Если что, могу вас отвезти обратно…

Но женщина уже шла по обочине.

Он нахмурился, заметив ржавые стойки, торчащие из гравия, – все, что осталось от когда-то высившегося здесь указателя. Если ему не изменяет память, много лет назад неподалеку располагалось небольшое село, которое потом практически полностью сгорело.

Все еще раздумывая, за каким чертом эта странная тетка притащилась в богом забытое место, он развернул машину. Чихнув проржавевшим глушителем, автомобиль помчался прочь, быстро слившись с прохладной темнотой.

Вздохнув, женщина сошла с трассы и теперь осторожно двигалась по распаханной глубокими колеями дороге. Вскоре впереди замелькали черные бесформенные тени – все, что осталось от сожженного поселка.

Под ногами попадались рытвины и камни, и она внутренне порадовалась, что решила обуть легкие кроссовки. А ведь поначалу, услышав его голос, настаивающий на встрече, женщина мысленно представила себя в своем любимом вечернем платье и изумительных туфлях на высоком каблуке, которые она со скидкой приобрела буквально на днях. Однако, узнав о месте свидания, все мысли об изящном наряде развеялись как дым.

Он звал не на свидание.

А уж сам факт того, что он потребовал привезти комплект спортивной одежды и провизию, означал лишь одно: что-то случилось.

Случилось что-то из ряда вон выходящее.

Спустя десять минут она стояла возле покосившейся, едва дышащей на ладан хибары. Женщина оглянулась вокруг, вдыхая воздух, наполненный ночными запахами – пронизывающего ветра, сухой травы, ночного тумана и прелой листвы. Где-то в лесу отрывисто проухал филин, и она нервно поежилась. Шагнув к двери, она с расстановкой постучала пять раз в облезло-расшатанную дверь.

Через какое-то время внутри что-то тихо звякнуло, и, царапая дощатый пол, покосившаяся дверь нехотя отворилась.

– Закрой за собой, – вместо приветствия бросил человек, тут же скрывшись внутри дома.

Женщина послушно вошла внутрь и, поставив на пол тяжелые пакеты, заперла дверь изнутри на массивную задвижку.

– Один хороший удар, и эта избушка развалится как карточный домик, – заметила она. – Никакая щеколда не поможет, Сережа.

Ей не ответили.

Она подняла пакеты и медленно направилась вперед, там, где тускло мерцала керосиновая лампа. Поморщилась, ощутив насквозь пропитавший убогое жилище запах – прогоркло-затхлый, с гнильцой, словно когда-то под кровать заползла больная крыса и незаметно сдохла.

«Эту вонь словно можно брать руками и мять, словно слякоть. Или дерьмо», – подумала женщина, скривив нос. Ко всему прочему, среди других «ароматов» ее ноздри уловили явный запах мочи.