Большая книга ужасов-2 - Елена Усачева

Светка снова шла, не скрываясь. Уверенно так топала, точно у себя по квартире гуляла при полной иллюминации, а не по горам лезла в неурочное время в абсолютной темноте. А ведь если Наталья Ивановна узнает об ее походах, то следующая, и последняя, вылазка, Светки будет иметь направление в сторону поселка, на автобус до вокзала, и прости-прощай море, солнце, пальмы и песок.

Какое-то время Светка шла в сторону поселка, а потом свернула влево и сквозь кусты полезла в гору. Она петляла по одной ей известной тропинке, ни разу не споткнувшись.

На предусмотрительной Харитоновой были джинсы и кофта с длинными рукавами. Томка посмотрела на свои короткие шорты, перепачканную рубашку, тяжело вздохнула и потопала следом. Утренние и дневные ссадины на руках и ногах привычно заныли, напоминая о своем существовании и предупреждая, что места для новых уже нет.

В голову Цыгановой настойчиво лезли мысли, что страдает она фигней, что Светка просто нагоняет вокруг себя таинственности и никакого смысла в ее прогулках нет. Маринка тоже все что-то писала, а наверняка ведь просто хотела привлечь внимание.

Харитонова шла вперед, Тамарка пыхтела следом. Слева то появлялось, то исчезало темное море, с одного края подсвеченное луной, которую из-за высокой горы видно не было. Сейчас, ночью, от моря веяло непонятной угрозой, как будто эта спокойная махина воды могла выйти из берегов и пойти проверить, чем там занимаются две девочки, которым давно пора спать.

Перевалив через горный перевал, Хохрякова-Хомякова исчезла. Цыганова даже в полный рост встала, но в темноте видно ничего не было. Вернее, ее-то, наверное, видно было очень хорошо. И если у Харитоновой еще были сомнения в том, что за ней следят, то теперь она могла не сомневаться в этом. Следят, да еще как!

Отсюда почему-то стало особенно хорошо слышно море. Оно шуршало неподалеку. Шуршало, шуршало… А потом стало приближаться.

Уже готовая ко всему, Томка пригнулась, и шуршание накрыло ее с головой. Цыганова зажмурилась, втянув голову в плечи.

– Чего на самом виду стоишь? Пошли.

Тамарка приоткрыла один глаз. Все с тем же шуршанием Богдасаров прошел мимо нее и стал спускаться.

– Ты как здесь оказался?

Томка успела забыть о Мишкином существовании и о том, что она сама позвала его с собой.

– За тобой иду, – отозвался Мишка.

– Идет он, – недовольно всплеснула руками Цыганова. – Надо не за мной идти, а со мной. И не пугать своими внезапными появлениями. Тоже мне, собака Баскервилей.

Тамарка шагнула за Богдасаровым, и земля ушла у нее из-под ног.

– Так и будешь всю дорогу падать? – проворчал Богдасаров, подхватывая Томку. – Разуй глаза! Здесь ступеньки!

Цыганова оглянулась и, несмотря на все Мишкины старания, все-таки упала. И только сейчас с удивлением разглядела открывшийся перед нею вид.

С этой стороны горный склон был хорошо освещен луной. Вечный спутник Земли висел низко над горизонтом. Огромный, желтый, зловещий. В его свете виднелись выбитые в склоне ступеньки. Они зигзагом спускались к небольшому домику. Отсюда домик был плохо виден, все-таки луна – не солнце, светит не так ярко. Но и этого отраженного света было достаточно, чтобы разглядеть бегущую к домику темную фигурку.

И чего Светка во время тренировок прикидывается немощной? Вон как бегает, когда захочет.

– Ну, все! – вскочила Томка. – Сейчас я ее на запчасти разберу!

Она помчалась вниз. Но успела спуститься всего на десяток ступенек.

Луна одним своим краем коснулась далекой горы, и на ее фоне показался отчетливый силуэт огромной собаки.

Память услужливо напомнила рассказ бабки про оборотня и колдуна. Фантазия мгновенно дорисовала картину, превратив в общем-то безобидную Харитонову в зловещую убийцу с волчьей шкурой на спине.

Собака задрала голову и завыла.

Около домика появилась еще одна фигура. Богдасаров тоже проявлял невероятную прыть. У одной Тамарки от всего увиденного и услышанного ноги идти отказывались.

– Ты так и будешь здесь сидеть? – голос раздался сверху, и от неожиданности Томка подпрыгнула.

Богдасаров стоял несколькими ступеньками выше и нетерпеливо постукивал мыском ботинка.

– Сидеть можно было и дома, – проворчал он. – Идем. А то твое мировое зло спать ляжет.

Тамарка испуганно переводила взгляд с Мишки на долину, где только что видела идущего к дому Мишку.

– А ты разве не там? – спросила она, тыча рукой вниз.

– Там, но без тебя, – хихикнул Богдасаров и пошел вниз.

Томка потрясла головой. Сначала Мишка обогнал ее на склоне, когда она поднималась. И сделал это так, что она не заметила. Потом он спустился по ступенькам, потоптался около дома, снова поднялся и прошел мимо нее. И она опять его не увидела. Очень интересно.

Цыганова побежала вниз. Еще пара таких фокусов, и она начнет бояться собственной тени. И почему это Богдасаров начал командовать? Это ведь ее идея следить за Хохряковой-Хомяковой, значит, он должен стоять рядом и по возможности не высовываться.

Тамарка посмотрела на дом. На крыльце вновь кто-то стоял.

– Богдасаров! – позвала Томка, испугавшись, что Мишка сейчас все сам выяснит и слава шпиона будет принадлежать ему. А ей – ничего.

Фигура повернулась. В свете луны Томка разглядела, что никакой это не Мишка, а кто-то худее и выше.

Ступеньки кончились.

Цыганова выбежала во двор. Но теперь здесь снова никого не было.