Вы дозвонились до Сэма - Дастин Тао

Сэм попросил меня прийти сюда и кое-что забрать. То, что он хотел подарить мне.

– Верь мне, – повторяет он.

Запасной ключ примотан к почтовому ящику, как и сказал Сэм. Я нахожу его и открываю входную дверь, надеясь, что в доме действительно никого нет.

Здесь темно. Пахнет цветами и ладаном – так сильно, что у меня кружится голова. Я переступаю через обувь его младшего брата и шарю по стене в поисках выключателя. Загорается лампочка, и я осматриваюсь: в зале полно цветов, которые уже начали увядать. У камина висит огромный венок хризантем. Всё это… для Сэма.

– Дома кто-нибудь есть? – раздаётся в телефоне его голос.

– Вроде нет. Тут слишком тихо.

– Странно так. И куда все делись?

– Тут полно цветов. Для тебя, – отвечаю я. – Весь дом ими заставлен.

– Цветы? – с удивлением протягивает Сэм. – Интересно… и от тебя тоже есть?

– От меня?

Осматриваю комнату, прекрасно зная, что ничего здесь от меня нет. Даже открытки.

В груди шевелится тугой узел вины. Чувствую себя отвратительно.

– Здесь их нет, – отвечаю я.

– Наверное, мама положила их куда-нибудь в другое место, – говорит Сэм.

– Наверное.

Больше я здесь находиться не могу, поэтому снимаю туфли и поднимаюсь наверх.

Так странно быть одной в чужом доме. Я крадусь мимо спальни младшего брата Сэма, Джеймса, хотя его в доме тоже – очевидно – нет. Может, это просто привычка. Комната Сэма – в конце коридора. На двери – куча логотипов музыкальных групп и наклейки с символикой NASA. Дверная ручка холодная на ощупь. Делаю глубокий вдох и поворачиваю её.

Не нужно включать свет, чтобы понять: что-то здесь не так. Сквозь открытые шторы в комнату падают лунные лучи. Прямо на кучу коробок.

Несколько полок уже разобрали – кажется, родители Сэма начали паковать его вещи. Осталась только постель. И запах, который я с ни с чем не спутаю.

Не думала, что когда-нибудь снова здесь окажусь.

– Ты тут? – окликает меня Сэм. – Если в моей комнате беспорядок – прости.

Он всегда извинялся за беспорядок в комнате, когда я к нему приходила.

– Так что я должна найти?

– Кое-что на моём столе, – отвечает Сэм. – Я его даже упаковал.

Подхожу к столу Сэма, но ни за компьютером, ни под папками, ни в ящиках ничего нет.

– Ты уверена? Посмотри ещё разок в среднем ящике.

– Тут ничего нет, Сэм, – отвечаю я и обвожу взглядом комнату. – Может, уже в коробку убрали.

– В какую коробку?

Стоит ли объяснять?

– В твоей комнате коробки. Должно быть, родители убирают твои вещи.

– С чего бы это?

Я молчу, надеясь, что он сам всё поймёт.

– Ах… точно. Я чуть было не забыл.

– Могу поискать в коробках, если хочешь, – предлагаю я.

Сэм меня не слышит.

– Почему они уже решили всё убрать? Так скоро… – Он явно рассуждает вслух. – Меня ведь не было сколько…

– Не могу говорить за твоих родителей, но… иногда бывает очень сложно даже смотреть на все эти вещи, – пытаюсь объяснить я.

– Хм, наверное…

Включаю настольную лампу, чтобы как следует всё рассмотреть: коробки наполовину заполнены его книгами, дисками, коллекцией пластинок и свёрнутыми постерами… так много всего, я и не надеялась этого больше увидеть. Тут же вспоминаю собственную коробку, от которой избавилась утром. И вот передо мной снова куча вещей Сэма: его футболка Radiohead, его бейсболка с символикой команды Mariners – он купил ее, когда мы ездили в Сиэтл, хотя он совсем не интересуется бейсболом. От кепки всё ещё пахнет Сэмом, и на мгновение я забываю, зачем вообще сюда пришла.

– Нашла уже? – дёргает меня Сэм.

Открываю ещё одну коробку. В этой – оборудование для звукозаписи. Сэм полгода копил на микрофон – он всегда хотел сочинять собственную музыку. Я обещала помочь ему с текстами для песен. Сэм хотел, чтобы его песни гоняли по радио. Хотел оставить свой след в этом мире. А теперь… у него никогда не будет даже шанса.

Наконец я нахожу его подарок – он завёрнут в журнальные страницы и салфетки. Тяжелее, чем я думала.

– Что это?

– Открывай давай, Джулс.

И я разрываю бумагу – клочки журнала падают на ковёр. Через мгновение я понимаю, что это.

– Погоди-ка… – Я верчу подарок в руках, пытаясь всё осознать. Это подставка для книг. Та самая, которую я выбросила сегодня утром. Но этого не может быть.

– Сэм… где ты это взял?

– В антикварном. Эта вторая половина. Та самая, которой не хватало.

Осматриваю крыло внимательнее… и понимаю, что Сэм прав. Это не та же самая подставка, которая стояла у меня в комнате. Это её близнец, которого ей так не хватало.

– Но… я думала, что кто-то уже купил её?

– Ага. Это был я.

– О чём это ты?

– Сюрприз, – смеётся Сэм. – Я вернулся и купил вторую подставку. А потом сказал, что её не хватает. И когда бы я отдал тебе второе крыло, это было бы… ну, как-то по-особенному. Есть что вспомнить. Романтично, правда?

Вот только у меня больше нет первого крыла. Потому что я выбросила его, и теперь они никогда не станут единым целым. Поверить не могу, я всё испортила.

– Я думал, тебе понравится, – бормочет Сэм. – Я что-то сделал не так?

– Нет, нет, ты всё сделал правильно, просто я… – Я сглатываю. – У меня больше нет той подставки, Сэм.

– Ты что, потеряла её?

Я сжимаю крыло со всей силы.

– Нет… я её выбросила.

– Как так?

– Я всё выбросила! – Меня прорывает. – Все твои вещи. Просто не могла на них больше смотреть. Я пыталась тебя забыть. Мне так жаль, Сэм.

Комнату заполняет тишина. Ему наверняка больно всё это слышать, и потому я добавляю:

– Я пыталась вернуть их. Но опомнилась слишком поздно. Всё уже забрали. И я знаю, я ужасный человек. Прости меня…

– Ты не ужасная, – отвечает Сэм. – Никогда так больше не говори. И я на тебя не злюсь.

На глазах снова наворачиваются слёзы.

– Но я испортила твой сюрприз…

– Ничего ты не испортила. Эта подставка ведь теперь у тебя. Совсем как раньше.

Раньше.

О чём это он? Ничего и никогда уже не будет как раньше.

– Но все остальные твои вещи… Их я уже не верну.

Сэм на секунду замолкает.