Нужные вещи - Стивен Кинг

– Это Брайан Раск, мальчик, ставший причиной смерти НеттиКобб и Вильмы Ержик».

– А-а-а, кто же это? – крикнул Брайан визгливым срывающимсяголосом.

– Не знаю! – Шона оторвали от «Терминатора», и он был темсамым недоволен. – Он сказал, что его зовут Круфикс или как-то вроде этого.

Круфикс?

Брайан стоял в дверном проеме, и сердце его подпрыгивало. Наскулах вспыхнули два красных пятна, словно нарисованные, как у клоуна в цирке.Не Круфикс. КУФЭКС!

Сэнди Куфэкс звонит ему по телефону. Но Брайан точно знал,кто именно звонит.

Он спустился по лестнице на подгибающихся ногах. Телефоннаятрубка казалась весом не менее пятисот фунтов.

– Здравствуй, Брайан, – ласково произнес мистер Гонт.

– З-з-драссте, – все тем же визгливым голосом выдавил изсебя Брайан.

– Тебе не о чем беспокоиться, – сказал мистер Гонт. – Еслибы миссис Мислабурски видела, как ты швырял камни, она бы не спросила тебя, чтопроисходит, понимаешь?

– Откуда вы знаете? – Брайан снова почувствовал, что еговот-вот вырвет.

– Это неважно. Важно то, что ты все сделал правильно.Абсолютно правильно. Ты сказал, что, по всей вероятности, миссис и мистер Ержикссорятся. Если полиция и в самом деле на тебя выйдет, они решат, что ты слышал,как кто-то бросал камни. Подумают, что ты не видел бросавшего, потому что онстоял позади дома.

Брайан выглянул в гостиную, чтобы убедиться, что Шон неподслушивает.

Шон не подслушивал. Он сидел перед телевизором скрестив ногии держал на коленях пакет воздушной кукурузы.

– Я не умею лгать, – прошептал он в трубку. – Меня всегдаловят, когда я вру.

– На этот раз не поймают, – заверил мистер Гонт. – На этотраз ты соврешь искусно.

Самое ужасное было то, что Брайан и на этот раз считал:мистеру Гонту лучше знать.

2

Пока старший сын помышлял о самоубийстве, а потом беседовалотчаянным шепотом с мистером Гонтом, Кора Раск парила в танце вокруг кровати,одетая в домашний халат.

Только спальня была не ее.

Как только она надевала очки, купленные у мистера Гонта,сразу оказывалась в Сказочной Стране.

Она проплывала в танце по роскошно обставленным комнатам,тонувшим в аромате дорогих вин и яств, где единственными нарушителями тишиныбыли кондиционеры (только некоторые окна в доме открывались, большинство былизабиты наглухо и затянуты шторами), шорох ее туфель по мягким пушистым коврам исладостный, вкрадчивый голос Элвиса, поющего «Сбываются мечты».

Она плыла под люстрой французского хрусталя, мимо сверкающихстеклянных светильников в виде павлиньих хвостов, поглаживала ладонямитемно-синий бархат портьер. Мебель в комнатах была в стиле Людовика, стенывыкрашены в кроваво-красный цвет.

Сцена сменилась, как кадр в кино, и Кора оказалась вподвальном помещении. На одной стене были вывешены в ряд рога оленей и лосей, ана другой – золотые пластинки в рамах. С третьей стены глазели пустыми бельмамителевизионные экраны. Вдоль четвертой извивалась змеей длинная стойка бара, за которойна полках выстроились бутылки с ликерами: апельсиновым, лимонным, липовым.

В маленьком портативном проигрывателе с фотографией Элвисана крышке щелкнул механизм смены пластинок, и теперь Король запел «ГолубыеГавайи».

Кора тут же переместилась в Комнату Джунглей, со стенкоторой на нее смотрели хмурые африканские боги, кресла подставляли своиподлокотники в виде фантастических фигур, зеркала в кружевных рамах из перьев сгрудок живых фазанов подглядывали за каждым ее движением.

Кора танцевала. Танцевала, спрятав глаза под темнымистеклами очков, купленных в магазине Нужные Вещи. Она танцевала в СказочнойСтране, а сын ее тем временем снова пробрался к себе в спальню и лег в постель,не спуская глаз с узкого лица Сэнди Куфэкса на фотографии и размышляя овозможном алиби и о ружье на случай неудачи.

3

Средняя школа Касл Рок помещалась в скучном, безрадостномздании из красного кирпича, притулившемся между почтовым отделением и городскойбиблиотекой, наследство тех времен, когда городские старейшины не соглашалисьсо спокойным сердцем сойти в гроб до тех пор, пока школа не станет полностьюсоответствовать стилю реформации. Конкретно эта школа была построена в 1926году и полностью соответствовала вкусам долгожителей. Из года в год поднималсявопрос о том, не пора ли выстроить новую, в которой окна походили бы на окна, ане на амбразуры дзотов, спортивная площадка не напоминала прогулочный двортюрьмы, а в классах зимой было бы достаточно тепло.

Кабинет, логопеда был оборудован в подвале, постфактум, итеснился между котельной и кладовкой, забитой рулонами бумажных полотенец,коробками с мелом, полками с методическими пособиями, давным-давно устаревшимии вышедшими из употребления, и ведрами с пахучими рыжими опилками. В кабинете,вмещавшем учительский стол и шесть ученических парт, повернуться было негде, новсе же Сэлли Рэтклифф постаралась оформить свой класс как можно веселее. Оназнала, что жизнь ее подопечных – рекомендованных к занятиям с логопедом –заикающихся, картавящих, шепелявящих, гундосящих и гнусавящих – и так быладалеко не сладкая, полная страхов от ощущения собственной неполноценности,насмешек товарищей и излишней назойливости родителей. Не хватало, чтобы ивнешняя обстановка довершала безрадостную картину.

Посему с грязных потолочных балок свисали на веревках двазабавных флюгера, стены были завешены красочными фотографиями теле– ирок-звезд, а на двери пристроился плакат с изображением Гарфильда. Слова,замкнутые в огромном пузыре, вылетавшем изо рта Гарфильда, были следующие:«Если такая дохлая кошка, как я, может гладко языком молоть, то вы и подавносможете».

Хотя школа открылась после летних каникул не далее как пятьнедель назад, в кабинете скопилась огромная беспорядочная куча бумаг. Сэллисобиралась потратить весь день на то, чтобы в них разобраться, но в четвертьвторого пополудни собрала все, заткнула в тот самый шкаф, откуда вытащила,захлопнула дверцу и заперла. Сама себя она оправдывала тем, что грех сидетьвзаперти в подвале в такой прекрасный солнечный день, хотя печка и не работала,впервые за все время своего существования именно тогда, когда надо. Но этиоправдания были не вполне искренни. У Сэлли были на нынешний день обширныепланы.

Она хотела поскорее попасть домой, сесть в кресло у окна,так, чтобы солнце отбрасывало лучи ей на колени и пригревало их, и размышлять отаинственном куске дерева, купленном в магазине Нужные Вещи.