Потерянные девушки Рима - Донато Карризи

– Заходи. Не бойся.

– Ты вооружен, – отозвался Маркус. – Я знаю, я осмотрел полицейского.

Молчание. Потом что-то скользнуло к его ногам через открытую дверь. Пистолет.

– Можешь проверить: он заряжен.

Сбитый с толку, Маркус не знал, как быть. Почему противник бросил ему оружие? Непохоже, чтобы решил сдаться. Он играет по своим правилам, напомнил себе Маркус. А у меня нет выбора, я должен вступить в игру.

– Это значит, что теперь ты безоружен?

Прогремел выстрел. Красноречивый ответ. Противник вооружен тоже.

– Где гарантия, что ты меня не застрелишь, как только я переступлю порог?

– Только так ты сможешь ее спасти, если захочешь.

– Скажи мне, где Лара.

Взрыв хохота.

– На самом деле я говорю не о ней.

Маркус похолодел. Кто там с убийцей? На мгновение высунул голову, взглянул. И сразу вошел.

Джеремия Смит сидел на постели в больничной рубахе, слишком короткой. Редкие нечесаные волосы стояли дыбом. Вид шутовской, как у любого, кто едва проснулся. Одной рукой он чесал себе ляжку, а другой держал пистолет у затылка женщины, стоявшей перед ним на коленях.

Здесь с ним – та сотрудница полиции из Милана.

Поняв, откуда взялся второй пистолет, Маркус пошел вперед.

* * *

Запястья Сандры были скованы наручниками, которые Джеремия забрал у коллеги, стоявшего на посту, застрелив его. Она заснула как последняя дура. Разбудили ее три выстрела, прозвучавшие один за другим. При этих знакомых звуках она открыла глаза. Тут же потянулась к кобуре, но пистолет исчез.

Только тогда она заметила, что кровать пуста.

После четвертого выстрела вся сцена предстала перед ее глазами так, будто она проводила съемку своим «рефлексом». Джеремия встает, вытаскивает у нее пистолет. Проходит мимо клетушки и укладывает наповал медсестер и врача ночной смены. Полицейский у входа слышит выстрелы. Пока он возится с электронным замком, Джеремия уже подскакивает к двери. Едва полицейский открывает ее, как Джеремия стреляет в упор.

Сандра побежала за ним: вдруг получится его задержать, хотя бы и без оружия. В этом не было смысла, но она в какой-то степени винила себя: поддалась усталости, потеряла бдительность. Но, может быть, ею двигало что-то еще.

Почему Джеремия оставил меня в живых?

В коридоре – никого. Сандра бросилась к выходу, но, пробегая мимо комнаты, где хранились лекарства, заметила его там. Джеремия стоял и смотрел на нее с гадкой улыбочкой. Она растерялась. А Джеремия наставил на нее пистолет и бросил ей наручники:

– Давай надевай, еще немного, и пойдет потеха.

Она послушалась, и оба стали ждать.

Теперь, склоненная к полу, Сандра повернула голову к священнику со шрамом на виске и показала взглядом, что с ней все хорошо и волноваться не надо. Он кивнул, давая понять, что уловил суть послания.

Джеремия снова захихикал:

– Ну что? Рад меня видеть? Я давно хотел познакомиться еще с каким-нибудь пенитенциарием. Долгое время мне казалось, будто я один такой. Полагаю, и ты тоже про себя так думал. Как тебя зовут?

Маркус, однако, не желал идти на уступки.

– Ну же, – настаивал Джеремия. – Мое имя ты знаешь. Будет справедливо, если и я познакомлюсь с человеком, который так ловко меня раскрыл.

– Маркус, – проговорил тот и тут же пожалел об этом. – Отпусти женщину.

Джеремия посуровел:

– Извини, друг мой Маркус. Она – часть плана.

– Какого плана?

– По правде говоря, ее визит – приятная неожиданность. Я предполагал взять в заложницы одну из медсестер, но раз уж она пришла… Как мы теперь это называем? – Он приложил к губам указательный палец и закатил глаза к потолку, делая вид, будто припоминает. – Ах да: аномалии.

Маркус молчал, не желая поддерживать беседу.

– Присутствие здесь этой молодой особы подтверждает, что тезис сформулирован верно.

– Какой тезис?

– «Зло, единожды порожденное, порождает другое зло». Тебе никто об этом не говорил? – Джеремия недовольно поморщился. – Видишь ли, я и не рассчитывал встретиться с ней. Когда-то, однако, я был знаком с ее мужем.

Сандра подняла на него взгляд.

Джеремия продолжал:

– Давид Леони был классным репортером, что тут говорить. Он докопался до этой истории с пенитенциариями. Я следил за ним на расстоянии и многое о нем узнал. Было… поучительно постигать в подробностях его частную жизнь. – Потом, глядя на Сандру, он добавил: – Пока твой муж был в Риме, я приехал в Милан, чтобы собрать о тебе сведения: я проник в ваш дом, копался в ваших вещах, а ты так ничего и не заметила.

Сандра вспомнила песенку Cheek to cheek, которую напел убийца на диктофон Давида. Интересно, каким образом этот монстр выведал настолько личные детали.

Словно прочитав ее мысли, Джеремия кивнул:

– Да, дорогая. Это я назначил твоему мужу встречу на заброшенной стройке. Он, дурачок, кое-как подстраховался, но в глубине души все-таки мне доверял, полагаясь на то, что священники, в общем и целом, добрые. Сдается мне, он уже так не думал перед тем, как разбиться об асфальт.

Сандра подозревала Шалбера, и правда потрясла ее. Убийца говорил о смерти Давида с такой неуместной иронией, будто отмахиваясь от нее, и кровь у нее вскипела. Мало того, совсем недавно она доверила убийце мужа свою самую интимную тайну. Он вышел из комы, он слышал историю аборта и угрызений совести. И теперь в распоряжении того, кто все отнял у нее, находилась еще и какая-то часть их с Давидом совместной жизни.

– Он вышел на архив пенитенциариев. Ты же понимаешь, Маркус: я не мог оставить его в живых, – объяснил Джеремия.

Теперь Сандре был ясен мотив, и, коль скоро человек, направивший дуло пистолета ей в затылок, пенитенциарий, значит, Шалбер был прав: один из них убил Давида, а она не верила. Со временем зло развратило их.

– Так или иначе, его жена приехала в Рим, чтобы отомстить. Хотя никогда в этом не признается. Верно, Сандра?

Та метнула на него взгляд, полный ненависти.

– Я мог бы уверить тебя в том, что это был несчастный случай, – сказал Джеремия. – Но я позволил тебе узнать правду и найти меня.

– Где Лара? – перебил его Маркус. – С ней все в порядке? Она жива?

– Строя свои планы, я так и думал, что, отыскав мой тайник на вилле, ты явишься сюда, чтобы задать именно этот вопрос. – Он помолчал, потом проговорил с улыбкой: – Потому что я знаю, где девушка.

– Так скажи мне.

– Все в свое время, дружище. В противном случае, если бы ты не разгадал мой план до сегодняшнего вечера, я счел бы себя вправе подняться с этой койки и исчезнуть навсегда.