Потерянные девушки Рима - Донато Карризи

Едва только весть о чудесном избавлении распространилась, как СМИ осадили больницу. Журналисты, операторы, фотографы расположились в парке напротив. Родители Лары еще не приехали, с юга путь неблизкий. А вот друзья начали потихоньку приходить, справляться о ее здоровье. Среди них Сандра узнала Кристиана Лорьери, ассистента по истории искусств, он же отец ребенка, которого Лара носит в чреве. Они обменялись взглядом, мимолетным, но более красноречивым, чем тысячи слов. Раз искусствовед явился сюда, значит их беседа в университете пошла ему на пользу.

До сих пор был предан гласности только один медицинский бюллетень. В нем скупо сообщалось, что студентка чувствует себя хорошо и плод тоже, несмотря на перенесенный стресс.

Дуя на кофе в пластиковом стаканчике, Де Микелис подошел к Сандре:

– Тебе не кажется, что пора кое-что объяснить?

– Ты прав, но предупреждаю: одного кофе тебе не хватит.

– Ну и ладно, все равно нам до утра не уехать, и сдается мне, что ночь придется коротать тут.

Сандра взяла его за руку:

– Я бы хотела поговорить об этой истории с другом, но не с полицейским. Ты как, согласен?

– Что, сыщики тебе разонравились? – пошутил он. Но, видя, насколько Сандра серьезна, сменил тон. – Я не был рядом с тобой, когда погиб Давид. Самое меньшее, что я могу сейчас сделать, – это выслушать тебя.

Целых два часа без перерыва Сандра излагала свою историю человеку, чья высокая мораль всегда служила ей примером. Закончив, она почувствовала невероятное облегчение.

– Пенитенциарии, ты сказала?

– Да, – подтвердила Сандра. – Неужели ты никогда о них не слышал?

Де Микелис пожал плечами:

– В моей работе я столько всего навидался, что меня уже ничем не удивишь. Случалось, что дела распутывались путем подсказки или какого-то необъяснимого везения. Но мне никогда не приходило в голову связать это с тем, что кто-то проводит следствие параллельно с полицией. Я верующий, ты знаешь. Мне нравится думать, что существует нечто иррациональное и в то же время прекрасное, на что я могу опереться, когда уже не в силах вынести той грязи, которую вижу каждый день.

Де Микелис погладил ее по голове, точно так же, как Маркус, перед тем как исчезнуть из реанимационной палаты и из ее жизни. Из-за плеча инспектора Сандра увидела двоих мужчин в пиджаках и при галстуках: они обратились к полицейскому, а тот в свою очередь указал на нее и Де Микелиса. Те двое подошли.

– Вы Сандра Вега? – спросил один из них.

– Да, я, – подтвердила Сандра.

– Можно с вами поговорить? – спросил второй.

– Разумеется.

Они дали понять, что разговор конфиденциальный, и, пока отходили в сторону, показали свои служебные удостоверения.

– Мы из Интерпола.

– В чем дело?

Заговорил тот, что постарше:

– Днем комиссар Камуссо позвонил нам и запросил информацию о нашем агенте, сославшись на то, что это нужно вам. Имя агента Томас Шалбер. Вы подтверждаете, что знакомы с ним?

– Да.

– Когда вы его видели в последний раз?

– Вчера.

Агенты переглянулись. Потом молодой спросил:

– Вы уверены?

Сандра начинала терять терпение:

– Конечно уверена.

– И вы встречались вот с этим человеком?

Ей показали фотографию с удостоверения личности, и Сандра наклонилась, чтобы лучше рассмотреть:

– Сходство есть, даже заметное, но я не знаю, кто этот человек.

Двое снова переглянулись, на этот раз с тревогой.

– Вы не могли бы описать человека, которого видели, нашему специалисту по составлению фотороботов?

Сандре это надоело, она хотела знать, что происходит.

– Ладно, ребята. Кто из вас скажет мне, в чем дело? Потому что я чего-то недопонимаю.

Тот, что помоложе, взглядом спросил позволения у старшего. Тот кивнул, и молодой решился заговорить:

– Когда Томас Шалбер в последний раз выходил с нами на связь, он работал под прикрытием.

– Почему – «работал»?

– Потому что он бесследно исчез, вот уже больше года мы ничего о нем не знаем.

Новость ошеломила Сандру. Она не знала, что думать.

– Простите, но если человек на фотографии – ваш агент и вы не знаете, что с ним случилось, тогда с кем была знакома я?