Запомни меня навсегда - Сабин Дюран

Лиззи

До Сэнд-Мартина ехать недалеко, но дорога непростая – вверх по крутому утесу позади деревни, влево от стоянки домов-фургонов, вдоль широкого поля. С каждым переключением скорости я все больше жалею, что поддалась уговорам.

Мерфи и его свита едут впереди в длинном черном лимузине с тонированными стеклами. Меня усадили в обшарпанный мини-вэн вместе с Сэмюэлсами. У Тима Сэмюэлса мешки под глазами, настроение наигранно бодрое. По пути он рассказывает, что он профессиональный аудитор (скука смертная, моя дорогая) и уже полтора года ищет работу.

– Мы по-прежнему надеемся! – бодро восклицает с заднего сиденья Сью, а Тим всем своим видом выражает сильное сомнение.

За коваными воротами возникает загородный дом Мерфи – квадратный и белый, с высокими георгианскими окнами и покрытой серым шифером крышей. Будто домик из детских сказок или из романов Мэри Уэсли, он разительно отличается от плотной застройки приморского курорта.

Мы захлопываем дверцы машины и идем по покрытой гравием дорожке на крики галок. Подъездную аллею обрамляют рододендроны, вокруг большой лужайки растет самшит, на террасе расставлены горшки с лавандой. На газоне между машинами и деревьями стоит засыпанный палой листвой огромный батут. Вокруг страховочная сетка, вся в дырах. Рядом валяются два детских велосипеда.

Из травы взлетает стая белых голубей. Говард вырывается от Грейс и мчится за птицами, потом забывает про них и ныряет в кусты.

– С ним ничего не случится! – кричит Мерфи. – Кролика почуял. Далеко ему не убежать.

Парадный вход и крыльцо находятся сбоку, хозяин открывает защелку и распахивает дверь. Гости гурьбой просачиваются в широкий холл с покрытой ковром лестницей. Стены бледно-розовые, кое-где висят маленькие акварели в рамках. Чучело лисы на задних лапах держится передними за кованую подставку для зонтов, забитую теннисными ракетками. Мерфи проводит Сэмюэлсов в гостиную, велит им чувствовать себя как дома, потом берет меня за руку, бросает пальто на перила и кричит:

– Дорогая! Почисти еще пару картошек. Я привел к нам на обед Лиззи Картер.

– Кого?! – раздается голос из другой комнаты.

– Ну, помнишь прелестную Лиззи Картер из…

– Нет! Никакую, черт возьми, Лиззи Картер я не помню! – Неожиданно голос становится громче. – Какого черта, Алан?! Откуда в моей кухне гребаная собака?

– О боже! – Я срываюсь с места и едва не сталкиваюсь в дверях с Викторией, вытирающей руки о передник. – Извините! Это мой пес. Ради бога, извините!

Говард выскакивает у нее из-за спины, поводок волочится следом, подсекает Викторию, она раскидывает руки со страдальческим видом, чтобы все заметили, как непросто ей сохранить равновесие. Высокая и стройная пепельная блондинка с длинными волосами, одета в зауженные джинсы и серый мужской кашемировый свитер, на губах матовая розовая помада. Один передний зуб чуть заходит на другой. Лицо хмурое и недовольное.

– Ради бога, извините! – повторяю я.

Мерфи кладет руки мне на плечи.

– Вик, ты помнишь Лиззи – жену бедняги Зака Хопкинса? Ужасная авария. Ты знала?

Я снова смотрю на Викторию, ожидая, что она хоть немного смягчится, однако на ее лице появляется странное выражение: то ли любопытство, то ли презрение.

– Знала, – кивает она. – Сожалею о вашей утрате.

– Спасибо, – отвечаю я.

– Мы с Заком давно не виделись, пожалуй, с юности.

– Вы познакомились на острове Уайт, да?

– Мои друзья по Бенендену ездили туда каждое лето. Ну, вы знаете, эти закрытые частные школы… ученики всегда дружат большими компаниями.

Я молчу, и она поворачивается к Мерфи: