Очевидец - Анна Богстам

– Я приеду через несколько минут, увидимся у меня в кабинете? – говорит Маргарета.

Они кладут трубки, но Харриет сидит на мостике и собирается с духом, прежде чем пойти к зданию полицейского участка.

В кабинете Маргареты виден свет и слышно, что там кто-то есть. Она стучит два раза, потом входит.

– Я пришла, – говорит она.

Маргарета отрывает взгляд от письменного стола.

– Хорошо, Харриет. Хочу просто напомнить, что у нас есть возможность оказать психологическую помощь и поддержку в подобных случаях, и я уже поговорила с Элиасом сразу после произошедшего. Мы должны идти дальше, хотя я понимаю, что это может казаться странным.

Харриет кивает.

– А куда вы привезли Пола? – спрашивает она. Ей хочется спросить, известили ли Пола о смерти Никласа. Ведь он только что потерял друга.

– Комната допросов номер три, его допрашивает Йоран. Может быть, тебе надо отдохнуть? Как ты себя чувствуешь? – Маргарета показывает на пустой стул напротив её письменного стола. – Садись.

Когда Харриет встретилась с Маргаретой в первый раз, она именно тут и сидела, напротив неё за письменным столом. Тогда она нервничала и боялась, что Маргарета будет ею недовольна. Теперь ей это до лампочки.

– Я должна бы быть более уставшей, но я не могу отдыхать, пока все кусочки мозаики не будут на своих местах. Сейчас я чувствую внутри полную пустоту. А как обстоят дела с Лией?

– Она задержана. Сидит в арестантском отделении, и ей запрещено разговаривать с кем бы то ни было. Я скоро вызову её на допрос. Конрад беспокоится, но я думаю, что мы найдём вещественные доказательства. Вот это пришло час назад. – Она поворачивает экран ноутбука к Харриет и машет, чтоб та подошла ближе. – Смотри.

Харриет наклоняется через стол.

– Это запись камеры наблюдения из магазина в Лервикене, которую затребовал Йоран. Он сидел всё утро, просматривая записи, и нашёл, что в четверг 24 августа в 10:45 случилось кое-что в высшей степени интересное.

Маргарета нажимает кнопку воспроизведения. Кадры чёрно-белые, есть помехи. Камера явно прикреплена за прилавком, поскольку видны люди у кассы. Пожилой мужчина в пальто и кепке, Густав Нюман. Дверь открывается, и ещё один человек входит в магазин. Хорошо им теперь известная фигура маленького роста с длинными светлыми волосами. Фигурка насторожённо смотрит на господина Нюмана и исчезает за полкой с товарами. Маргарета прокручивает запись вперёд. Когда господин Нюман уходит, человек подходит к кассе и кладёт на прилавок два мотка скотча серебристого цвета. Запись не очень чёткая, но, перед тем как заплатить за покупку, человек поднимает голову и показывает на что-то, что лежит за спиной продавца, за кассой. И хотя её лицо не повёрнуто прямо к объективу камеры, невозможно не опознать в ней Лию. Продавец кладёт на прилавок у кассы пачку сигарет, Лия берёт сигареты и упаковки скотча и уходит. Когда она поворачивается спиной к камере, то Харриет видит на её свитере эмблему гимназии в Спонге.

– Ты видишь, что на ней надето? Свитер, который мы нашли при обыске дома у Тони. – Харриет тычет пальцем в экран, и Маргарета останавливает запись.

– Она купила скотч, – говорит Маргарета.

Харриет не может оторвать глаз от экрана. Как её брат мог вступить с этой женщиной в интимные отношения?

– Вообще-то это доказывает только то, что она купила этот скотч за день до убийства, но ей придётся объяснить, почему и зачем. – Голос Маргареты нейтрален.

– Мотивом являются деньги. Она хотела сбежать и начать новую жизнь. – Харриет сдерживает готовую появиться на лице гримасу при мысли о планах Лии на её жизнь вместе с Полом. – Лия возмутилась, когда выяснилось, что она не получит наследство от Лауры и Дугласа, и когда она узнала про сейф, то решила их ограбить.

– Вчера после обеда из бюро «Семейный юрист» позвонил некий Рютгер. Он сказал, что Лаура и Дуглас были у них в бюро много лет назад и написали завещание на имя Натали Эрикссон. Две недели назад им позвонила Лаура и захотела изменить завещание. Они сами написали новое и хотели прийти с ним, чтобы заверить его нотариально.

Харриет рассказывает Маргарете о своём разговоре с Ивонн и Никласом.

– Я думаю, что произошло нечто такое, что стало причиной решения Лауры изменить завещание. Может быть, она узнала о чём-то, что на самом деле совершил Дуглас, но обвинил в этом Лию. У Дугласа были ключи от дома возле Хенрикехилла. Спроси её об этом на допросе. У Никласа, кстати, алиби на ту ночь, когда умер Кеннет. Она был у Ивонн дома. У Лии такого алиби нет.

Маргарета внимательно слушает Харриет.

– Она знала, где находится котлован, и знала, как заманить туда Кеннета. Она, видимо, поняла, что он её видел. Не исключено, что он сам ей это сказал. – Харриет рассказывает Маргарете о блокноте Кеннета и о шифре, который Никлас помог ей разгадать.

– В любом случае Тони невиновен, – продолжает Харриет.

– Да. Он освобождён из-под ареста. Его адвокат Рикард Свэрд звонил час назад, чтобы узнать, отпустили ли мы его клиента, – отвечает Маргарета.

Харриет пронзает молния гнева. Она не думала о Рикарде ни секунды в последние часы, но заново разозлилась, как только услышала его имя.

– Скользкий тип, – говорит Харриет.

– Да уж, за мужчин в ладно скроенных костюмах, которые думают, что всё могут, и охотно дают интервью ради броских заголовков, я и ломаного гроша не дам, – соглашается Маргарета.

– Можно мне позвонить Элиасу? – спрашивает Харриет. Ей хочется поговорить с ним, спросить, как он себя чувствует.

– Лучше оставить его в покое на некоторое время. Сегодня он не выйдет на работу, завтра, наверное, тоже, – говорит Маргарета и награждает Харриет недвусмысленным взглядом.

Харриет кивает.

– Я планировала начать допрашивать Натали через час. Она потребовала адвоката, который уже на пути сюда. Подходит тебе? – продолжает Маргарета.

Харриет сглатывает.

– Подходит ли мне то, что у неё есть защитник?

– Нет, допрос. Ты и я. Вместе будем допрашивать. Через полчаса подходит тебе?

– Разве меня не отстранили от следствия? – удивлённо спрашивает Харриет. – Я думала, ты считаешь моё участие недопустимым. Ведь несмотря на то, что я считаю своего брата невиновным, он всё равно замешан в этом деле. У него были интимные отношения с подозреваемой. – Харриет опускает глаза. Ей отвратительна сама мысль об этом. – Моё участие в следствии противоречит всем правилам и инструкциям.

– Это, конечно, было бы недопустимо, если бы ты была вовлечена в ту часть расследования, которая касается твоего брата, но в прошлый раз всё прошло хорошо. Пока мы ведём себя профессионально, не может быть никаких проблем со сложившейся ситуацией.

Харриет колеблется.

– И в остальном я тоже хочу, чтобы ты участвовала в расследовании.