Сидни Шелдон. Безрассудная - Тилли Бэгшоу

Старик принял Трейси за одну из них и объяснил, что, когда доберется до острова, нужно привязать лодку тяжелой веревкой к большому железному кольцу, вмурованному в стену частного причала. Поскольку прибыла она туда в полной темноте, потребовалось некоторое время, чтобы это кольцо отыскать. Оно оказалось таким громадным, проржавевшим и скрипучим, словно его только что вытащили из средневекового подвала. К тому времени, когда ей удалось привязать лодку, руки закоченели, а ладони покрылись ржавчиной.

«У настоящей шлюхи в сумочке непременно лежали бы влажные салфетки, – подумала Трейси. – А у меня только пистолет, новый мобильник, диктофон и кабель».

Выпрыгнув из лодки на узкую полоску дерна у подножия стены, она, как смогла, обтерла руки о траву. Крутые ступеньки справа вели к деревянной двери, откуда можно войти в сад, а уже из него попасть на саму виллу. Прямо над головой висела камера видеонаблюдения, тупо пялившаяся в темноту озера. Трейси проскользнула под ней к лестнице и быстро поднялась по ступеням.

Деревянная дверь оказалась незапертой, хотя она думала, что придется вскрывать замок отмычкой. В ушах прозвучал голос Камерона Крю: «Он хочет, чтобы ты его нашла. Это ловушка!»

Возможно, но если так, Хантеру Дрекселю следует быть осторожнее.

Сердце бешено колотилось о ребра, пока Трейси пересекала ухоженный сад. Вот-вот могла включиться тревожная сигнализация и вспыхнуть свет, застав ее врасплох, затем примчатся охранники, очнувшиеся от пьяной дремоты. Скрип обуви по гравию казался ей оглушительным, и она старалась не выходить из тени деревьев. Если верить тому, что она успела выяснить, собак на вилле нет, но все равно страх, что вот-вот послышится тяжелое, прерывистое дыхание слюнявых доберманов, готовых разорвать любого на куски, не отпускал. Пусть половину своей взрослой жизни она мастерски грабила чужие богатые дома, адреналин так никуда и не делся.

Последний дом, в который она вторглась, принадлежал Фрэнку Дорриену. Трейси помнила, как ликовала в ту ночь, когда сумела отыскать жесткий диск из компьютера принца Ахилла и первые фотографии Алтеи-Кейт. Те снимки неопровержимо доказывали, что генерал лгал как насчет капитана Боба Дейли и его отношений с покойным принцем, так и насчет всего прочего. Кроме того, других изображений той женщины обнаружить так и не удалось, и она по-прежнему оставалась загадкой.

Если Трейси повезет, то через несколько минут эта загадка разрешится: она поговорит с Хантером Дрекселем тет-а-тет и наконец-то выяснит правду. Всю правду.

Приблизившись к средневековой крепости и согнувшись так, чтобы ее не заметили из окон первого этажа, Трейси буквально распласталась по стене, больно царапая ноги о колючие лианы роз, оплетавшие стены виллы. Внутри горел свет.

Трейси прислушалась. Из глубины дома доносилась музыка, что-то классическое, но никаких голосов слышно не было. Вообще вокруг стояло зловещее безмолвие, хотя ее нос уловил слабый запах готовящейся где-то неподалеку еды: чеснок, анчоусы, лимон. Французское окно в гостиной было широко распахнуто в сад, впуская в дом прохладный вечерний воздух.

Осторожно подобравшись сбоку к освещенному прямоугольнику, Трейси вытащила пистолет. Убивать Хантера она не собиралась: хочется надеяться, что он все расскажет добровольно, но некоторое преимущество все же не помешает.

Глубоко вдохнув, как перед прыжком в воду, она ворвалась в комнату.