Джихад по-русски - Лев Пучков

Попав в родную стихию, Шведов с ностальгической активностью принялся за работу. Выяснилось, что всего представителей — двадцать два человека, остальные — праздные присутствующие из числа заинтересованных в деятельности компании. Всех этих представителей удалось невозбранно заснять в разных позах на видеокамеру, потратив для этого дела целых две кассеты. Поработав ночь в гостиничном люксе, Шведов с Барином состряпали вполне сносные фото каждого в профиль и анфас. Внимательно изучив эти фоторожи, наши аналитики пришли к неутешительному выводу: с ходу определить эмиссара не представляется возможным. Во-первых, большинство этих представителей оказались похожи друг на друга, как монозиготные близнецы: курчавая шевелюра, борода, черные глаза и благородный нос с горбинкой. Во-вторых, когда Шведов, взяв за основу физиогномику и психологию межличностных отношений в коллективе, принялся вычленять потенциальных лидеров среди представителей, таковых лидеров оказалось аж шестеро. А теперь поди и определи среди них эмиссара!

К середине второго дня семинара, однако, на горизонте оперативной деятельности наших шпионов возникли замечательные по своей перспективности просветы. Выяснилось, в частности, что на 18.00 заказаны билеты на всю группу в количестве девятнадцати штук.

Информация Ахмеда подтвердилась! При наличии двадцати двух представителей билеты взяли на девятнадцать персон. Трое «представителей» останутся в Стародубовске — как раз эмиссар и двое его поверенных-переводчиков. Очень приятно.

Имело место огромное желание все бросить и сломя голову мчаться на базу — дабы все подряд предвосхитить и плотно позаниматься с фото — и видеоматериалом. Но Шведов стоически решил остаться до конца и спустя некоторое время имел возможность поздравить себя с долготерпением.

На подведении итогов семинара присутствовали всего 19 представителей. Засняв их всех на новую кассету, Шведов с Барином с чистой совестью покинули Стародубовск и спустя четыре часа уже прибыли на родной хутор.

Команда была на месте. По сравнению с Бесланом Сатуевым у наших парней имелась хорошая фора — минимум десять часов. Как бы там ни случилось, по самому кратчайшему и неудобному пути — через казачий брод у Литовской — конвой не пойдет. А любой другой маршрут займет вчетверо больше времени. Значит, следует ждать в ущелье завтра, ближе к рассвету. Если же по каким-то причинам не успеют — послезавтра. В дневное время Беслан путешествовать по опасному участку между границей и ущельем не будет, это однозначно.

Поработав с отснятым в Стародубовске материалом, Шведов методом исключения вывел троицу интересующих его арабов и мгновенно обозначил среди них лидера.

— Вот вам, — полковник вручил Антону шесть фото — анфас и профиль. — Вот этот, вне всякого сомнения, эмиссар. А эти двое — поверенные-переводчики.

— Замечательно! — саркастически хмыкнул Антон. — Просто великолепно! С двухсот-трехсот метров да через прицел — мы его узнаем мгновенно. А вы еще силуэт нарисуйте на всякий пожарный. С характерными особенностями. Если дело будет до рассвета, в ночной прибор как раз только силуэт и высмотришь…

— Не паясничай, Сыченок! — сердито осадил соратника Шведов. — Ты самое главное помни, он — персона. Когда начнется, больше всех опекать будут именно его. Вот тебе и примета — кого лучше прикрывают, того не трожь…

…В этот раз работали без радиосвязи, дабы исключить риск совпадения с частотами конвоя. Поэтому Джо и Барин, сидевшие в кустиках у входа в горловину ущелья, чисто технически не имели возможности предупредить соратников о приближении супостата. Впрочем, в таковом предупреждении никто и не нуждался. Чутко дремавшие в своих гнездах засадники издалека услышали еле уловимый гул моторов и приготовились к встрече.

Сначала из серого марева рассветного тумана неслышно возникли трое пеших в боевом прикиде: камуфляж, автоматы, за спинами — по «Мухе», в разгрузках топорщится боезапас и гранаты, на головах — черные вязаные шапочки. У идущего несколько спереди на шее невостребованно болтался бинокль — дозорный слушал.

Глаза потуплены, полностью расслаблен — «работают» только уши.

Двое сзади — наблюдатели. Каждый внимательно осматривал склон со своей стороны, периодически взглядом прощупывая дорогу.

Хорошие ребята. Наши хлопцы тоже таким образом перемещаются по наиболее опасным участкам ЗОНЫ: каждый согласно расчету «включает» какой-то орган чувств, притупляя остроту восприятия окружающей обстановки другими органами. Приятно знать, что имеешь дело с профессионалами.

Дозор прошел по ущелью метров сто, затем в каменный мешок вполз собственно конвой. Четыре машины: два джипа «Чероки», два «Ниссан-патрол», дистанция между машинами — не менее двадцати метров.

— Хорошо идут, — одобрил Антон. — Прав был дядя Толя — ничего путного тут не получилось бы…

Это Антон имел в виду один из первых вариантов, родившихся на начальном этапе подготовки к операции. Да, тогда был план — параллельно с внедрением Ирины попробовать взять араба с ходу. Заблокировать конвой в ущелье, перебить всех ненужных, эмиссара изъять.

В этом случае Ирина была бы брошена на произвол судьбы, однако полковника это волновало меньше всего — от плана отказались совсем по другим причинам. Для осуществления акции такого рода необходимо было иметь как минимум паритетное соотношение сил между засадниками и засадируемыми. То есть на пятерых бойцов команды — пять «духов». Чтобы каждый сделал по одному точному выстрелу и пошел кушать шашлык. А в идеале — двукратное и более превосходство. И неплохо было бы иметь в нагрузку целый ряд благоприятных факторов, наличие которых позволило бы надеяться на успешное проведение мероприятия.

Для устройства обычной засады против колонны из двух и более автоединиц потребен отрядец стволов этак в пятнадцать, никак не меньше, состоящий из группы наблюдения, огневой группы и группы прикрытия (резерва). Цель такой засады — в кратчайшее время нанести противнику как можно больший урон и по-быстрому смыться. Именно таким образом «духи» действуют против федеральных колонн, в которых идут по большей части либо омоновцы только с асфальта, не успевшие акклиматизироваться и обвыкнуть к обстановке (поживших на войне месяц и более «духи» трогают с опаской — себе дороже), либо успевшие пару раз побывать на стрельбище восемнадцатилетние солдаты.

А теперь представьте себе, что нам нужно не просто нанести урон, а филигранно «зачистить» всех присутствующих к известной маме, не повредив при этом эмиссара. Присутствующие, прошу заметить, не какие-нибудь обычные городские бандосы, едущие на «стрелку», а зрелые мужики, воюющие лет пять подряд под предводительством одного из лучших полевых командиров Ичкерии, умудрившиеся выжить в обоих войнах и получившие уникальный опыт боевых действий. Своеобразный ичкерский спецназ — без всякого преувеличения.

Так вот, акция с полным «ликвидом» и безболезненным захватом эмиссара могла стать возможной лишь при следующих условиях:

А) с нашей стороны: Джо подберет каждому стрелку индивидуальную позицию с разносом метров в двадцать, идеально защищенную от вражьего огня снизу и в то же время позволяющую осуществлять визуальный контроль практически всего дна ущелья от горловины до места сидения (потому как неизвестно заранее, где конкретно произойдет первый огневой контакт);