Экстрим - Кристофер Прист

— Я занесена в ваш компьютер. Тереза Саймонс. Тереза Энн Саймонс.

— Секундочку, секундочку, — сказала Пола, стуча по клавиатуре и глядя на экран. — Нет, к сожалению, вы к нам не записаны, но мы как раз принимаем новых членов, и если вы запишетесь прямо сейчас, то попадете под действие дисконтной схемы с бонусными купонами на авиапутешествия. Если вы напишете заявление, заполните эту анкету и предъявите кредитную карточку какого-нибудь крупного банка, мы тут же и оформим вам временное членство.

Она пододвинула к Терезе бланк анкеты.

— Я просто пытаюсь найти одного знакомого, который, как мне кажется, должен быть здесь, — объяснила Тереза. — Сегодня я пришла вместе с ним. Вы не могли бы хотя бы сказать, здесь он еще или нет.

— Извините, но я не имею права давать какую-либо информацию о наших клиентах.

— Да, я это понимаю, однако тут, как мне кажется, несколько особый случай. Ведь я пришла вместе с ним.

— Извините, — повторила Пола. На ее лице застыло выражение профессиональной неприступности.

— Вы не могли бы хотя бы подтвердить, что он еще здесь, не ушел? Я говорю о мистере Гроуве, мистер Джерри Гроув.

— Мне не разрешается, — смущенно сказала Пола и покосилась на дверь начальника; на какое-то мгновение Тереза снова увидела простую дружелюбную девушку, с которой они так часто и так мило болтали о пустяках.

— Но может быть, вам позволено предоставлять подобную информацию вашим членам? — спросила она. — Скажем, если я заполню сейчас эту анкету…

— Я посмотрю, что тут можно будет сделать. — По лицу Полы скользнула улыбка облегчения.

Тереза подошла к ближайшему из диванчиков и быстро, без единой остановки, внесла в анкету все необходимые данные о себе. По содержанию анкета была точно такой же, как и в прошлый раз, однако выглядел бланк чуть иначе: и шрифт покрупнее, и верстка другая — более старая версия того же самого бланка.

Увидев, что Тереза уже подписала анкету, Пола взяла внутренний телефон и нажала на нем пару кнопок. Подходя к столу, Тереза услышала, как она говорит:

— Привет, это Пола, из приемной. Я пытаюсь найти одного из наших юзеров. Мистер Гроув.

— Джерри Гроув, — уточнила Тереза.

— Да, именно так. Ладно, а может быть, Шерон знает? Мистер Джерри Гроув? Видимо, это он. Джерри начинается с «Дж»? — Она вскинула глаза на Терезу, и та кивнула. Пола подтвердила, что «Дж», и чуть подмигнула Терезе. — Да, я на месте. Хорошо. Спасибо.

Она положила трубку и записала на листке бумаги длинный номер.

— Они говорят, что знают, о ком это вы.

— Отлично! Мне нужно поскорее его увидеть.

— Подождите, они говорят, что сперва я должна определить его статус. Мне тут дали его идентификационный номер. — Пола начала печатать на клавиатуре, периодически заглядывая в бумажку с номером. — Ну вот, мистер Гроув зарегистрирован на входе. — Она взглянула на стенные часы. — Около часа назад.

— Ну да, примерно так. Так он что, все еще пользуется аппаратурой?

— Нет, похоже, что нет. Мистер Гроув заказал совсем немного машинного времени. Он заплатил вперед наличными, однако…

— Можно, я посмотрю?

— Вообще-то…

Но Тереза уже обогнула стол, встала рядом с Полой и взглянула на экран. Там была достаточно понятная текстовая информация, в частности, имя Гроува и каталожный номер сценария, который Тереза мгновенно узнала: конечно же, это была порносъемка с Шенди и Виллемом в главных ролях.

— Вот, посмотрите сюда. — Пола постучала карандашом по экрану. — Похоже, он вышел из сценария буквально через несколько секунд. Что это значит, нужно спросить у техников, сама-то я со сценариями дело не имею. Но ведь их же можно как-то там остановить, верно? Юзер может выйти, когда ему вздумается? Думаю, что так тут и было.

— Но так сразу, через несколько секунд?

— Тут написано: одиннадцать секунд.

Тереза на мгновение задумалась; ей вспомнилось вхождение в сценарий, жара и яркие лампы, тесный, режуший тело лифчик, люди за пределами освещенного круга, женщина, которая попудрила ей лоб и нос, сказала: «Потерпи еще чуточку, Шен» и снова пропала в тени. Я этого больше не выдержу, решила она тогда и вышла из сценария. Неужели все это за одиннадцать секунд?

— Вы говорите, аппаратурой он сейчас уже не пользуется. Но он еще здесь, в этом здании?

— Если хотите, я позвоню и узнаю.

— Да, узнайте, пожалуйста.

Пола взяла внутренний телефон, спросила невидимого собеседника, как скоро мистер Гроув закончит реабилитацию, и выслушала ответ.

— Нет, — сказала она Терезе, положив трубку, — они говорят, что он, видимо, сразу и ушел. У нас его нет нигде, это точно.

На Терезу накатило серое, тупое отчаяние.

— А вы видели, как он уходил? — спросила она упавшим голосом.

— Да тут столько людей ходит, за всем не уследишь.

— Я могу вам его описать. На нем были… — Тереза задумалась, вспоминая. — Темно-зеленые штаны с массой карманов и пуговиц, вроде армейских. Зеленая рубашка с масляными пятнами на груди. У него было сорок фунтов наличными, четыре десятки. Он бросил их вам на стол. Вы спросили, записан ли он, а он ответил, что ходит обычно в Мейдстонское заведение, предъявил вам свою членскую карточку, и тогда вы его пропустили.

— Рыжие волосы, грязные руки?

— Да, это он! Вы видели, как он уходил?

— Нет.

— Вы совершенно уверены? Вы никуда отсюда не отлучались?

— Теперь я понимаю, о ком это вы, и если бы он ушел, я бы это знала.

— Но ведь тогда он должен быть где-то здесь, в этом здании.

Все это время Тереза держала свое заявление в руке, теперь она передала его Поле вместе с кредитной карточкой «GM».

— Так значит, с этого момента я уже к вам записана?

— Ну да, я думаю…

— Эта кредитная карточка уже зарегистрирована. Можете проверить, я сейчас за ней вернусь.

Прежде чем Пола успела ответить, Тереза повернулась и прошла в дверь, соединявшую приемную с главной частью здания. Ей потребовалось не более двух минут, чтобы убедиться: Гроува и вправду там больше нет. Мало кто из персонала знал, что этот человек приходил сегодня и пользовался аппаратурой; как он уходил, не видел вообще никто.

Тереза вышла наружу под ярко-синее летнее небо и встала рядом с украденной Гроувом машиной. Она стояла и смотрела на тихие улицы, на дальние, окутанные дымкой крыши, на сверкающую полоску моря, на французские облака. Их с Гроувом личности пересеклись, зацепились; она вошла в это здание вместе с ним, он покинул его вместе с ней. Ну и где же он теперь?

Едва она это подумала, как вдали, где-то на тихих улочках булвертонского Старого города заулюлюкали сирены.