Последние Девушки - Райли Сейгер

Я кое-как поднимаюсь на ноги и подхожу к небольшой, размером с миску, раковине. Брызгаю в лицо водой, старательно избегая смотреть на себя в зеркало, боясь того, что могу там увидеть. Боясь не увидеть вообще ничего.

Еще два шага, и я опять сажусь на кровать. Записка смотрит на меня из-за телевизионного пульта.

Я хватаю ее и читаю.

Дорогая Куинси, мне очень стыдно за свое поведение. Как бы я этого ни хотел, теперь мне ясно, что ничего подобного нельзя было допускать. Думаю, какое-то время нам лучше не общаться. Прости.

Вот и все. Десять лет дружбы, покровительства и идолопоклонства улетучились за одну ночь. Выброшенные точно так же, как эта записка, которая теперь, смятая, летит в мусорную корзину. Но я промахнулась, так что я подползаю ближе, поднимаю ее с пола и кладу внутрь.

Потом поднимаю корзину и швыряю ее через всю комнату.

Когда она шмякается о стену и падает на пол, хватаю новый предмет. Пульт. Он тоже отправляется в полет, врезается в спинку кровати и разлетается вдребезги.

Я набрасываюсь на смятые простыни, свисающие с кровати до пола, дергаю на себя, наматываю на сжатые кулаки и подношу ко рту, чтобы заглушить рвущиеся наружу рыдания.

Купа больше нет.

Я всегда допускала, что этот день рано или поздно все равно наступит. Черт, в сущности, мы и так друг от друга уже отдалились, но то письмо с угрозами вновь втянуло его в мою орбиту. Но я не готова к жизни, в которой не будет Купа, когда он мне понадобится. Не уверена, что смогу справиться в одиночку.

Однако теперь у меня попросту нет выбора. В моей жизни больше не осталось никого, кроме Джеффа.

Вот черт!

Джефф.

Осознание моего страшного предательства накрывает меня тошнотворной волной, выворачивающей наизнанку, разрывающей внутренности. Это его убьет.

Я сразу решаю никогда, никогда не говорить ему о том, что я сделала. Это единственный выход. Я найду способ забыть эту затхлую комнату, эти перекрученные простыни, прикосновение Купа к моей груди, его жаркое дыхание в моем ухе. Как с «Сосновым коттеджем». Я изгоню все воспоминания.

И когда опять посмотрю Джеффу в лицо, он ничего не заподозрит и увидит перед собой привычную, хорошо знакомую ему Куинси. Нормальную Куинси.

Составив план, я сажусь, пытаясь не обращать внимания на ворочающееся внутри чувство вины. К этому ощущению придется привыкнуть.

Потом беру в руки телефон, обнаруживаю в нем три пропущенных звонка и одну непрочитанную смс от Джеффа. Его голосовые сообщения я слушать не в состоянии. Звук его голоса добьет меня окончательно. Но зато читаю смс, каждое слово которого пропитано тревогой.

Почему не отвечаешь на мои звонки? У тебя все в порядке?

Я тут же строчу ответ:

Извини. Вернулась домой и тут же отрубилась. Чуть позже позвоню тебе сама.

Сначала добавляю «Я тебя люблю», но тут же удаляю, опасаясь, как бы он чего-нибудь не заподозрил. Ну вот, уже начала мыслить, как заправский обманщик.

Кроме Джеффа, мне звонил еще один человек. Джона Томпсон. Сразу после восьми. Примерно час назад. Я набираю его номер, и он снимает трубку после первого же гудка.

– Ну, наконец-то, – говорит он.

– И тебе доброго утра, – говорю я.

Джона не реагирует.

– Я тут кое-что накопал на Саманту Бойд, также известную как Тина Стоун. Думаю, тебе будет очень интересно узнать, что мне удалось найти.

– И что же ты выяснил?

– По телефону будет трудно объяснить, – говорит Джона, – тебе нужно самой все увидеть.

Я вздыхаю.

– Фонтан Бетесда. Через двадцать минут. И захвати кофе.