Мальчик в свете фар - Самюэль Бьорк

Мунк сидел на краю овального стола и практически чувствовал кожей наэлектризованную атмосферу в зале. Генерал пытался скрыть улыбку, но Мунк все же увидел ее на его губах. Голи была права. Их сюда пригласили только в качестве зрителей. Он же заметил это еще в тот раз. Снисходительность во взглядах. Полиция. Гражданские. Теперь-то они узнают, кто на самом деле управляет этой страной. Кто действительно берет на себя ответственность, когда на кону национальная безопасность.

– Каждая картинка напрямую показывает вид из камеры в шлеме солдата.

Эдвардсен был похож на маленького ребенка с пультом в руке.

– Мы будем перемещать картинки на главный экран так, как нам удобно.

Маленький мальчик играет в видеоигру. Вероятно, стоимостью не один миллиард крон. Мунка начало подташнивать, но все-таки есть главное. Иван Хоровиц. Серийный убийца. В лесном домике, и скоро все закончится.

Полиция могла отправить Дельту. Отряд-летучку. Но Эдвардсен, естественно, выбрал своих. Надо же показать политикам, что налоги идут на нужное дело. Может быть, даже удастся добавить пару миллионов в бюджет следующего года. Да к черту их. Пора заканчивать. Самое главное – чтобы взяли этого чокнутого, и покончить с этим раз и навсегда. Мунк долгое время был скептично настроен, но убийство священника его переубедило. Пол Мэллей. Номер двадцать девять в списке.

Шуршащий звук на экране.

– Первый, третий, вижу цель, прием.

– Третий, первый, ожидайте, прием.

Камеры углублялись в лес, как в игре. Первый солдат. Легкий туман между деревьев. Солдат два. Домик мельком, похож на хижину вдалеке. Ствол автомата. Третий солдат. Бежит через вереск, присел за пнем, домик уже ближе.

– Первый, четвертый, готовы к штурму, прием.

– Четвертый, первый, ждите команды, прием.

Электронная война. Прямо из глубин леса. Мунк не отрываясь смотрел на экран, когда солдаты приблизились к посеревшей от времени двери.

– Это первый, тишина, ждите команды.

В комнате наступила абсолютная тишина. Еще стволы винтовок над вереском. Палец, поднятый вверх перед одной из камер у двери.

Жестикуляция. Солдат в маске поменялся местами с другим. Теперь уже двое у двери, остальные прикрывают окна. Хижина глубоко в лесу. Иван Хоровиц.

Скоро все закончится.

Наконец-то.

– Пошел!

И тут изображение на экране вдруг взорвалось. Дымовые гранаты. От двери полетели щепки. Стекла разбились. Первый солдат вбежал в хижину, камера отчаянно искала вокруг. Другой через окно. Дым. Хаос. Уже не было видно происходящего. Вдруг тишина в рации прервалась, и дым опустился.

– Он здесь.

– Твою мать.

Перчатка, указывающая на безжизненное тело, свисающее с потолка.

– Первый, третий, мы взяли его. Но он давно здесь.

– Третий, первый, идентифицируйте.

Та же перчатка на горле почти сгнившего трупа. Показался военный жетон.

– Первый, третий, это он. Хоровиц. Но как вы видите. Ни черта он не мог сделать. Он давно мертв.

Одна из камер переместилась на пол, когда солдата скрутило от стоявшего в хижине запаха.

– Это Орел, – серьезно произнес Эдвардсен.

– Орел, слушаю.

– Вы уверены?

– Орел, повтори.

– Вы уверены, что это Хоровиц? – сказал Эдвардсен, явно нервничая.

– Второй, первый, перепроверьте личность.

Новый солдат, прикрыв нос рукой, подошел к трупу и посмотрел на жетон на шее.

– Хоровиц, – доложил солдат.

– Орел, первый, мы нашли его. Но это не тот, кого вы ищете.

– Вашу мать, – сказал Эдвардсен с красным лицом и повернулся к собравшимся.