Дикое правосудие - Хилари Боннер

— Мы можем сделать так. Ты договоришься с кем-нибудь, кому ты доверяешь и кто не является тебе родственником. Мы переведем этому человеку деньги — организуем для твоих деток фонд. Как тебе такая идея? Но без третьей стороны здесь не обойтись… и желательно, чтобы у этого человека список «подвигов» не оказался длиннее, чем у тебя.

Лодочник простодушно усмехнулся:

— Это можно. Без проблем. У меня еще осталось несколько кристально чистых друзей. Но сумма, вот что я хотел бы знать. Джои-куколка, сумма должна быть достойной, ты же понимаешь…

Джо понимала. Предлагать смехотворную сумму не имело смысла, — он просто откажется говорить. Скользкий момент. Она лихорадочно соображала. Ты ничего не получишь, пока не предложишь весомую сумму, и в то же время ты не знаешь, стоит ли овчинка выделки. Но на этот раз вроде стоит. Во всяком случае, похоже на то.

— Десять тысяч, — произнесла она.

Он покачал головой:

— Не пойдет. Тридцать, как минимум.

— Лодочник, тебе столько никто не даст. Ни я, ни кто другой. Прошли времена.

— Ладно, накинь что-нибудь, десятки мало.

Джоанна бросила взгляд на часы:

— Осталось меньше получаса. И я не собираюсь терять время на торг. Я удваиваю сумму. Давай остановимся на двадцати тысячах. Больше тебе все равно никто не даст.

Лодочник внимательно посмотрел на нее. Мало того что он тертый калач, он еще и удивительно сметлив. Его знание, как работают газеты и что он с этого может поиметь, производило сильное впечатление. «И такие среди преступников не редкость, — думала Джоанна. — Обидно, что Артур Ричард Браун не воспользовался умом и способностями, которыми его наделила природа, для чего-нибудь более благовидного. А в его случае, — пришлось ей напомнить себе, — еще и менее ужасного и жестокого». Лодочник считал, что таким способом он вершит пусть дикое, но правосудие в том таинственном мире, в котором он жил. Его, правда, было невозможно представить нападающим на старушку на улице. Он скорее помог бы ей перейти через дорогу или оплатил бы ее проезд в автобусе. Как и большинство профессиональных преступников, он испытывал стойкое отвращение к половым преступлениям, так же как и к преступлениям против детей. Вероятно, ему было в какой-то степени приятно получить заказ на Джимбо. И все-таки он — убийца, хотя и с любопытными, отчасти благородными замашками. О том, как он расправился с Джимбо, нельзя было вспоминать без содрогания. Хотя, по мнению Джоанны, негодяй получил, что заслужил. Но сам способ «правосудия» слишком наглядно демонстрировал, на что способен Лодочник.

— Детка, а у тебя есть полномочия вот так запросто предложить мне двадцать тонн? — проницательно поинтересовался он.

— Мой муж — главный редактор. И тебе это известно. Мы — одна команда. И разумеется, у меня есть полномочия. Ты же говорил, что доверяешь мне, или это не так?

Джоанна бесстыдно врала, считая, что, если материал окажется и вправду хорош, она как-нибудь выпутается. Невыполненными договоренностями она сыта по горло. Провал с Филлипсами сильно подорвал отпущенный ей кредит доверия. Может, Лодочник и преступник, но, заключая с ним сделку, она приложит все усилия, чтобы выполнить свои обязательства, иначе дальше ей вообще никто не будет верить.

Секунду-другую он смотрел на нее.

— Идет, договорились, — наконец произнес Лодочник и протянул через стол свою огромную руку с кулаком-кувалдой. Она протянула руку, и ее ладонь тут же утонула в его ладони. Пальцы сжались, и Джо услышала, как хрустнули суставы.

В голове пронеслась мысль, что, кроме ее репортерской репутации, пожалуй, есть и другая причина, почему она сделает все возможное, чтобы сдержать свое обещание.