Смертницы - Тесс Герритсен

Габриэль ответил холодным непроницаемым взглядом. Это выражение лица было хорошо знакомо Джейн со дня их первой встречи. Оно помогало Габриэлю держать людей на расстоянии.

— Если у вас есть сомнения насчет меня, детектив, давайте обсудим это сразу, а потом уж перейдем к делу.

— Почему вы здесь, агент Дин? Ваши люди уже изучили все наши материалы.

— Что, ФБР и здесь подсуетилось? — изумилась Джейн.

Уордлоу взглянул на нее.

— Они попросили копии всех документов. Каждой бумажки из этой коробки. Якобы они не доверяют нашей криминалистической лаборатории, поэтому привезли своих специалистов для изучения вещественных доказательств. Федералы все осмотрели. — Детектив снова повернулся к Габриэлю. — Если у вас есть вопросы, почему бы вам не обратиться к своим коллегам?

— Поверьте мне, я ручаюсь за агента Дина, — сказала Джейн. — Я его жена.

— Да, Мур мне говорил. — Уордлоу рассмеялся и покачал головой. — Федерал и коп. По мне, это все равно что кошка замужем за собакой. — Он полез в коробку. — Ладно, вот то, что вы просили. Следственные материалы. Протоколы осмотра места преступления. — Он доставал папки одну за другой и выкладывал их на стол. — Отчеты из лабораторий, протоколы вскрытия. Фотографии жертв. Ежедневные отчеты. Пресс-релизы, вырезки из газет… — Он остановился, словно вдруг что-то вспомнил. — У меня есть еще кое-что интересное для вас, — сказал он и направился к двери. — Сейчас принесу.

Вскоре он вернулся с видеокассетой.

— Я держу ее у себя в столе на замке, — пояснил он. — Поскольку в этой коробке рылись федералы, я подумал, что лучше сохранить кассету в надежном месте. — Он подошел к шкафу и вывез оттуда столик с телевизором и видеомагнитофоном. — Поскольку мы находимся недалеко от Вашингтона, нам иногда приходится сталкиваться с делами, которые… отдают политическими проблемами, — признался он, разматывая шнур. — Знаете, народные избранники иногда пошаливают. Несколько лет назад погибла жена сенатора — ее «Мерседес» перевернулся на дороге. Проблема была в том, что мужчина, сидевший за рулем, не был ее мужем. Хуже того, тот парень работал в русском посольстве. Вы бы видели, с какой скоростью ФБР село нам на хвост. — Он подключил телевизор и обернулся к посетителям. — С этим делом у меня возникает ощущение дежа-вю.

— Вы думаете, здесь пахнет политикой? — поинтересовался Габриэль.

— Вам известно, кто является настоящим владельцем того дома? Нам понадобилось несколько недель, чтобы выяснить это.

— Дочерняя компания «Баллентри».

— Это и есть политика. Речь идет о неком Голиафе из Вашингтона. Большом друге Белого дома. Крупнейшем военном подрядчике. В тот день я и понятия не имел, во что ввязываюсь. Пять убитых женщин уже ЧП. А если добавить сюда политику, вмешательство ФБР — черт возьми, можно готовиться к досрочному выходу на пенсию. — Уордлоу вставил кассету в магнитофон, взял пульт управления и нажал на кнопку воспроизведения записи.

На телеэкране замелькали запорошенные снегом деревья. Был ясный день, и лед искрился на солнце.

— Звонок в службу девять-один-один поступил около десяти утра, — пояснил Уордлоу. — Звонил мужчина, назвать себя отказался. Просто хотел сообщить: что-то случилось в доме на Дирфилд-роуд и просил прислать наряд полиции. На Дирфилд-роуд домов не так много, так что полицейскому патрулю не составило труда отыскать это здание.

— Откуда был сделан звонок?

— Из таксофона, который находится примерно в тридцати километрах от Эшбурна. Отпечатки, которые мы сняли с телефонной трубки, не помогли нам установить личность звонившего.

На телеэкране возникло несколько припаркованных автомобилей. На фоне гула мужских голосов выделился голос оператора, который начал комментировать:

— Сегодня четвертое января, съемка начата в одиннадцать часов тридцать пять минут. Адрес дома — Дирфилд-роуд, девять, Эшбурн, штат Вирджиния. Присутствуют детектив Эд Уордлоу и я, детектив Байрон Макмэон…

— Мой партнер снимал все на камеру, — пояснил Уордлоу. — Это вид подъездной аллеи, ведущей к дому. Как видите, кругом лес. Никаких соседей поблизости.

Камера медленно проплыла мимо двух карет «скорой помощи». Врачи сбились в кучку, их дыхание вырывалось облачками пара. Видеокамера завершила медленный обход территории и остановилась перед домом. Это был двухэтажный кирпичный особняк внушительного вида, в прошлом явно величественное сооружение, но сейчас уже с видимыми признаками запустения. Белая краска на ставнях и подоконниках облупилась. Перила крыльца покосились. Окна были зарешечены — архитектурная деталь, более характерная для городских строений, но никак не для дома в тихой сельской местности. В объектив попал детектив Уордлоу, который стоял на ступеньках крыльца словно мрачный хозяин, ожидающий гостей. Камера скользнула вниз, когда детектив Макмэон стал натягивать бахилы. Потом в объективе вновь показалась входная дверь. Камера проследовала за Уордлоу в дом.

Первой в кадр попала залитая кровью лестница. Джейн уже догадывалась, что последует дальше, — она видела снимки с места преступления и знала, как умерла каждая из женщин. И все равно, когда камеру направили на ступеньки, Джейн почувствовала, что пульс участился, предвещая кошмары.

На экране возникла первая жертва, лежавшая лицом вниз на лестнице.

— В эту стреляли дважды, — пояснил Уордлоу. — Судмедэксперт сказал, что первая пуля попала в спину, вероятно, в тот момент, когда девушка пыталась бежать вниз. Пуля задела полую вену и вышла из брюшины. Судя по количеству крови, которое она потеряла, девушка была жива минут пять-десять, а потом ее добили выстрелом в голову. Как я это себе представляю, убийца сначала выстрелил в нее, а потом переключился на других женщин. Вернувшись на лестницу, заметил, что первая жертва еще жива. И сделал контрольный выстрел. — Уордлоу взглянул на Джейн. — Скрупулезный парень.

— Столько крови, — пробормотала Джейн. — Должно быть, осталось много отпечатков подошв.

— Да, и наверху, и внизу. Но у подножия лестницы картина получается путаная. Мы обнаружили два комплекта следов обуви большого размера, которые, как мы понимаем, принадлежат убийцам. Но есть и другие следы. Меньшего размера, и тянутся они на кухню.

— Полицейские наследили?

— Нет. Первый патруль был на месте спустя как минимум шесть часов. Кровь на кухне уже подсохла. А маленькие следы оставили, когда кровь еще не была свежей.

— Так чьи же это следы?

Уордлоу посмотрел на Джейн.

— Мы до сих пор не знаем.

Теперь оператор поднимался по лестнице, и было слышно, как шаркают по ступенькам бумажные бахилы. На лестничной площадке камера свернула налево, устремляясь в дверной проем. В спальне теснилось шесть коек, на полу валялись одежда, грязная посуда, большой пакет картофельных чипсов. Камера скользнула по комнате и остановилась на койке, где лежала жертва номер два.