Смотрящая со стороны - Анна Иванова

– Надо в больницу ехать, – поморщился Руслан, разглядывая мои раны.

– Ты же вызвал «скорую».

– Когда они еще приедут, а у тебя кровотечение сильное. Ну-ка! – Он размотал веревку и оглядел мои лодыжки. – Со стяжкой возиться некогда. И нечем. Так поедешь.

– Ты что, даже нож с собой не взял?! Чем ты меня от маньяка спасать собирался, голыми руками?

– Ничего я не собирался. Хотел тебя найти и сразу полицию вызвать. Говорю же, я сюда проверить только зашел…

Гораздо разумнее, чем бросаться на маньяка с кулаками. Тогда почему мне вдруг стало так обидно? Выходит, Руслан вовсе не планировал рисковать ради меня жизнью. Так, ошибочка вышла. Он наклонился, чтобы подхватить меня на руки.

– Сначала ее! – оглянулась я на девушку, опустившую голову на воротник куртки.

– Оставайтесь обе здесь, я подгоню машину.

– Далеко идти? По дороге не замерзнешь? Вон мой кардиган, – указала я за дверь. – Можешь укутать девушку в него, а куртку забрать.

– Дель, – впервые назвал меня таким домашним именем Руслан и сам, кажется, прислушался, как это прозвучало. – Мы в Сочи. На улице градусов двадцать, не меньше.

– В Сочи?! – переспросила я и вдруг зашлась смехом. – Я в Сочи?

– Ты чего? – насторожился Руслан. Наверно, подумал, что от удара я повредилась умом.

– Ничего, – сквозь слезы смеха проговорила я. – Просто надо быть осторожнее со своими желаниями.

Улыбнувшись, он вышел из комнаты. Сейчас, по законам жанра, маньяк должен очнуться. Допустим, ну и что он нам сделает, со скованными руками и ногами? Несмотря на эту ободряющую мысль, я с облегчением вздохнула, когда услышала звук подъезжающей машины. Руслан влетел в комнату, подхватил перепуганную девушку на руки и понес на улицу. На пороге она оглянулась на лежащего посреди комнаты Абакумова и снова заныла.

– Извини, на прощание времени нет. Я бы на твоем месте тоже хотел сказать ему пару ласковых по печени, но у нас есть дело поважнее.

Вернувшись за мной, Руслан на секунду замешкался, оглядывая комнату.

– Снимай давай, – я догадалась, о чем он думает, и постаралась подавить очередную волну обиды. – Дольше сомневаешься.

– Я мигом.

Руслан достал из кармана айфон и обвел глазком камеры комнату.

– Только не меня! – скрестила перед лицом руки я.

– Женщины…

Он закатил глаза и спрятал телефон. Меня волновало вовсе не то, как я буду выглядеть по телевизору, а то, кто меня увидит, но Руслану об этом знать необязательно. Мгновение спустя я снова оказалась в его объятиях. В машине он посадил меня на переднее сиденье, рядом с собой. На заднем уже ждала укутанная в его куртку девушка. Прижимаясь щекой к стеклу, она смотрела на дом все тем же отрешенным взглядом и тихонько подвывала. «Гелендваген» двинулся с места, ее голос слился с ревом мотора.

Выехав на ровную дорогу, Руслан приобнял меня за плечи и притянул к себе. Несмотря на горькие мысли о том, что он вовсе не собирался меня спасать, а приехал в Сочи за репортажем, я поддалась. Голова сама собой опустилась к нему на плечо. Теперь вся толстовка будет в крови. Так ему и надо.

– Ты как? Голова не кружится?

– Немножко.

Продолжая прижиматься к горячему плечу, я посмотрела вверх, на его лицо. Хотелось навсегда запомнить сосредоточенный на дороге взгляд зелено-карих глаз, губы, шепчущие мне что-то ласковое и ободряющее, двухдневную, еле заметную щетину на его мужественном подбородке, сведенные, несмотря на улыбку, брови – лишь они выдавали его беспокойство. «Он чужой мужчина и никогда не станет моим, – уговаривала я себя, опуская тяжелые веки. – Но эти воспоминания будут принадлежать мне всегда».