Дом на Холодном холме - Питер Джеймс

В приступе паники Олли вспомнил, что забыл свой ноутбук, со всей информацией по сайту Чамли, которую ему нужно было загрузить, в гараже. Он ворвался туда, но гараж был пуст. Отец последовал за ним.

– Чамли – мошенник, ты ведь знаешь это, сын, да? – тихо спросил он. – Тебе не надо связываться с таким человеком. Найди себе нормальную работу. Займись чем-нибудь достойным.

– Где мой ноутбук, папа? Что ты с ним сделал? – закричал Олли. – Где он?

– Я отослал его куда нужно, чтобы там кое-что исправили. Правда освободит тебя!

Олли вздрогнул и проснулся. Он был весь мокрый от пота. Значит, это был просто сон. Облегчение накрыло его с головой. Он повернулся на бок и посмотрел на будильник.

8.11.

Но чувство облегчения почти сразу же сменилось унынием. Олли вспомнил о ситуации, в которой они находятся. Он лежал неподвижно и старался мыслить четко и ясно, припоминая до малейших деталей разговор со старым викарием в четверг и совет, что тот ему дал.

Он тихо вылез из постели, подошел к окну и заглянул за занавеску. Глаза щипало от усталости и недостатка сна. Клочки тумана клубились над озером. По воде скользили несколько уток, без особой спешки, но с очень целеустремленным видом. Трава с прошлых выходных успела подрасти – значит, придется провести какое-то время с косилкой и триммером. Но до этого предстояло сделать кое-что еще.

Он прошел по коридору к сушильному шкафу, переоделся в спортивный костюм для бега и спустился вниз. В кухне пахло карри. Остатки вчерашнего ужина так и лежали на невымытых тарелках, а на столе стояли коробки из ресторана, в которых им привезли еду. Бомбей и Сапфир застыли возле своих мисок, мотая хвостами и мяукая. Он насыпал в миски еще корма, поменял воду, убрал грязные тарелки и коробки, затем через буфетную вышел к задней двери и открыл ее. Прохладный, свежий утренний воздух как будто бы омыл его лицо. Утро выдалось ясное, на небе почти не было облаков, и день обещал быть чудесным – одним из последних почти летних дней, которые иногда выпадают в сентябре.

Олли лениво сделал растяжку и побежал к озеру, на секунду остановился, чтобы полюбоваться на уток, и продолжил пробежку – к дальнему концу озера, сквозь ворота и через выгул. Трава здесь была высокой и мокрой, так что это вполне могло сойти за бег с препятствиями. Пробравшись через пастбище, выбежал через другие ворота и понесся вверх по холму.

Он пересек большое поле и сделал еще одну остановку – восстановить дыхание. Глотая воздух, почувствовал, что пока не может продолжать пробежку – слишком устал, – и присел на мокрую траву. Недалеко паслась небольшая отара овец. Все посмотрели на него с любопытством; одна заблеяла. Просто смешно, подумал он. Обычно взбегал вверх по холму без остановок, как нечего делать. Видимо, переезд и все эти проблемы с домом выкачали из него немало энергии.

Олли прошел несколько шагов вперед и попробовал снова побежать, но очень быстро сдался и снова перешел на шаг. Последние сто ярдов, самые крутые, он уже дышал, как загнанный олень. Наконец все же добрался до вершины холма. На мили и мили вперед простирались мягкие округлые очертания холмов Саут-Даунс, до самого Уинчестера – восемьдесят миль к западу, и Истборна – двадцать миль к востоку. Они с Каро много лет мечтали отправиться в поход по Саут-Даунс, на целую неделю, и теперь, когда оказались практически у порога, никаких отговорок и отсрочек уже быть не могло.

Все еще тяжело дыша, с бьющимся сердцем, Олли оглянулся и посмотрел на дом, который находился сейчас прямо под ним, и на деревню Холодный Холм, немного левее. Обвел взглядом крыши, сады, церковный шпиль, черную ленту дороги. Поле для крикета. Неподалеку от деревни стоял большой викторианский дом, с бассейном и теннисным кортом и длинной подъездной дорожкой. Должно быть, это Олд-Ректори, о котором говорила Энн Портер, где были дети одного возраста с Джейд.

Какой красивый, чудный дом. И такой мирный. Наверное, там просто рай.

Если…

Утро было тихое. Олли услышал, как заблеяла еще одна овца, каркнула ворона, вдали загудел маленький самолетик. Потом он посмотрел на озеро, на зеленый прямоугольник пустого бассейна, хозяйственные строения, стены их дома из красного кирпича, круглую башню.

Интересно, Каро и Джейд еще спят?

И кто еще находится вместе с ними?

Тридцать минут спустя, стоя под душем, вполуха слушая свое любимое субботнее радиошоу, Saturday Week, Олли чувствовал себя гораздо лучше. Позитивный настрой вернулся. Все-таки Брюс Каплан – умный парень. Энергия. В этом доме скопилось очень много странной энергии, вот и все. В этом все дело. Ее нужно обуздать, и Боб Манторп в четверг кое-что сказал ему насчет того, как это сделать. Слово «энергия», правда, он не упоминал, но именно ее и имел в виду, в этом Олли был уверен. И он собирался последовать совету покойного викария.

Выйдя из ванной с полотенцем на бедрах, он увидел, что Каро уже не спит. Она лежала в постели и проверяла сообщения на телефоне.

– Привет, дорогая, – сказал он.

– Тебе удалось поспать?

– Под утро немного, да.

– Мне кажется, мы вчера слишком поздно поужинали. У меня несварение, – пожаловалась она.

– У меня тоже, – соврал Олли. Лучше объяснить ее проблемы со сном чем-то обыденным и понятным. До него донеслось жужжание.

– Я думаю, это твой телефон, – сказала Каро. – Он вибрировал еще раньше, когда тебя не было, и разбудил меня.

– Извини. – Олли подошел к ночному столику и взял телефон. На ночь он всегда переводил его в бесшумный режим. Взглянув на экран, он увидел, что это Чамли.

Олли нахмурился. Слишком раннее время для звонка клиента – да еще в выходной.

– Чарльз, доброе утро, – бодро ответил он.

На другом конце трубки возникла короткая пауза, а затем на него обрушился водопад гневных слов:

– Что, по-вашему, вы делаете, мистер Хэркурт? В какую игру играете?

– Прошу прощения? – тупо сказал Олли. – В игру? Играю?

– Мои адвокаты свяжутся с вами в понедельник утром – если не раньше. Как вы смеете?

Он почувствовал, как сердце проваливается куда-то в желудок. Он не понимал абсолютно ничего.

– Простите, Чарльз, что-то случилось? Я вас не понимаю.

– Вы не понимаете? Какого дьявола вы хотели сказать этим… это возмутительно! И что вы теперь лепечете? Вы с ума сошли? Что это еще за игры? Я вас спрашиваю, какую чертову игру вы затеяли?

Пораженный, Олли застыл на месте. Полотенце ослабло и почти соскользнуло, но он этого даже не заметил.

– Простите еще раз, Чарльз, но не могли бы вы объяснить?

Он отвернулся от любопытного взгляда Каро и вышел из комнаты, плотно закрыв за собой дверь. Полотенце свалилось на пол.

– Объяснить? – завопил Чамли. – Я думаю, что это вы, дьявол вас раздери, должны мне все объяснить.