Ксенофоб - Лев Пучков

Ух ты! Это что за дешевизна такая? Что, вообще, можно сделать за такие деньги?

– Евро, долларов?

– Рублей.

Пум-пум... Эээ... Мы с Федей переглянулись и синхронно пожали плечами. Надо посмотреть народный календарь – наверное, сегодня День Глупостей и Сплошного Недоразумения.

– Не понял, – бесхитростно признался Федя. – Это что, юмор такой?

– Вот, – Филин передал мне свой легкомысленный пакет. – Гляньте.

В пакете были: два дешевых телефона не первой свежести, паршивенькая флэшка на гигабайт, наручники с ключами, широкий упаковочный скотч, канцелярские ножницы и три небольших мешка из плотной ткани, с тесемкой на горловине.

– Примерно на четыре тысячи, – Филин забрал пакет обратно. – Плюс две – за аренду дачи.

– Эээ...

– Дача будет позже.

– Ясно.

– Почему не берем за работу, понятно?

– Из уважения к «легионерам»?

– Нет.

– Понравились мои сетевые гнусности?

– Да, гнусности – что надо. Но – нет, это отдельная тема.

– Так почему же?

– Вы все сделаете сами.

– Сами?!

– Да, сами. А я проконсультирую.

Мы с Федей опять переглянулись. Похоже, сегодня у нас практикум по переглядыванию.

– А ты, может, думаешь, что мы тут все это время спали, да вафли кушали? – угрюмо пробурчал Федя.

– Я в курсе, что вы делали все, что могли. Вернее, все, что считали возможным и допустимым. Собирали инфо, искали, задерживали – в общем не сидели сложа руки.

– «Возможным и допустимым»? – прицепился я. – То есть, ты в курсе, что мы перепробовали буквально все, что только можно... И ты считаешь, что можешь предложить нам что-то, до чего мы сами не могли додуматься?

– Ну почему? Додуматься до этого вы могли легко. А вот сделать – нет. Потому что вы не считали это возможным.

Мне тотчас же пришло на ум «Криминальное чтиво». Помните эпизод, где Винс и Джулс случайно убивают в машине какого-то муделя, едва ли ни в центре города, и не знают, что со всем этим делать? На помощь им босс посылает мистера Вульфа – в результате они все делают сами, да еще и платят за консультацию.

Нам, правда, пока что предлагают оплатить только расходные материалы – но это ровным счетом ничего не значит. Так что Федино опасение из серии «должны будем по самые уши» в данном случае как нельзя более актуально. Тут все зависит от того, что это за люди, и какие у них на нас виды.

– Слушай, Филин... – Федя таки не выдержал и сорвался на прямолинейность. – Скажи честно, как мужик мужикам – вы чекисты?

– А вам не все равно?

– Мы примем любую помощь, – поддержал я Федю. – Но хотелось бы сразу определиться: что мы будем вам должны? К чему нам готовиться? Вопросы не праздные. Денег вы не берете – значит на что-то рассчитываете?

– А чем вам чекисты не угодили? – заинтересовался Филин. – У вас что, кто-то имел неприятности с конторой? Откуда такая фобия?

– Да нет никакой фобии. Просто хотелось бы сразу прояснить...

– Я вам железно гарантирую: мы не работаем на контору. Должны вы нам ничего не будете. Мы на вас не потратим ни копейки, все оплатите сами. Работы здесь для нас – по минимуму. Почему помогаем? Просто считаем – за такие вещи надо примерно наказывать.

– То есть потом – после, вы не будет напоминать: «ребята, мы вам помогли, теперь давайте...».

– Нет, – отрезал Филин. – Никто вас не побеспокоит.

– Ну... Даже и не знаю, что сказать. В наше время – и такое бескорыстие...

– Давай так, – предложил Филин. – Ты сомневайся на здоровье – но где-то там, втуне, про себя. А здесь и вслух мы потихоньку начнем работать.

– Да-да, конечно! Итак, что мы будем делать?

– Для начала – несколько вопросов. Два контрольных, остальные – по ходу. Ответ на первый я знаю, но хотелось бы уточнить – на всякий случай.

– Да, пожалуйста.

– Вопрос такой: вы своего аварца трогать не собираетесь – правильно я понял?

Ну, е... Дежурный перегляд, желваки слева, прием семафорной почты справа: «Как со всем разгребемся, надо припомнить, кто там был, да выявить, наконец, этого паршивого козла, что так прилежно стучит «легионерам»!!!».

– Нет, не собираемся, – Федя нервно дернул уголком рта. – Вообще, странный вопрос...

– Вопрос рабочий, – пояснил Филин. – Спросил, потому что это самый легкий способ добыть инфо. Взяли, допросили – и все, надобность в остальных телодвижениях сразу отпала.

– «Допросили»?! – я мудро прищурился. – Ты Магу не знаешь. Да его можно на части резать, если упрется – слова не вытянешь. Так что брать, конечно, можно – но это пустая трата времени и нервов. Он ничего не скажет.

– Скажет, – с непоколебимой уверенностью заявил Филин. – Но суть не в том...

– Нет, мы не будем его трогать, – странно, но Федя почему-то не стал спорить по поводу допросной стойкости Маги – как будто был согласен с нашим спутником. – Ни при каких обстоятельствах. Считай, что вопрос закрыт.

– Я так и понял, – кивнул Филин. – Тогда – второй вопрос. Что вы собираетесь делать с этими существами?

Неудобный вопрос. Неприятный. Я об этом старался не думать предметно – так, в общих чертах, на уровне «вот было бы здорово, если...». Главное ведь – поймать, правильно?

– Думаю, это не суть важно, – обсуждать это вопрос я был не готов, поэтому решил уклониться. – Сначала надо поймать, а что делать – это уже решим в процессе.

– Это важно, – уперся Филин. – Нужен четкий ответ. Прямо сейчас. Что вы будете с ними делать?

– Кастрируем и бросим подыхать, – буркнул Федя. – Что с ними еще делать?

– Давайте еще конкретнее. Кастрация – понятие с большим диапазоном: от удаления желез – до сноса всего мудокомплекса под корень. Кто именно будет кастрировать? Как именно? «Бросим подыхать» – это как?

Ну и вопросы... А без этого никак нельзя обойтись?

Федя с минуту думал, морща лоб, затем тяжело вздохнул и с какой-то зловещей деловитостью вывалил:

– Кастрировать буду я. Возьму нож, и отрежу все хозяйство под самый корень. Потом затолкаю в глотку. Не нож, а хозяйство. И брошу подыхать со связанными руками и ногами. Если не будет ямы – вобью кол, привяжу к колу, чтобы не ползли.

– Хорошо – но ненадежно, – не одобрил Филин. – Я знал случаи, когда люди выживали после такого. Бывают такие экземпляры – ну просто удивительно живучие.

– То есть мы должны их убить? – уточнил Федя.

– Вы никому и ничего не должны. Но если кто-то из них выживет после ЭТОГО – вам придется экстренно уходить в подполье и посвятить остаток жизни партизанской войне. Проще говоря, вам придется убить всех мужчин из рода того, с кем вы ЭТО сделали. Всех мужчин из рода – это значит всех особей мужского пола, которые состоят с ним хотя бы даже в самом отдаленном родстве, и – независимо от возраста, вплоть до младенцев. В противном случае вам придется до конца жизни прятаться где-нибудь в Гондурасе или Намибии.