Наследие Эдварда Гейна - Влада Ольховская

Все закончилось быстро и неожиданно — настолько неожиданно, что Дмитрий никак не мог поверить: это по-настоящему. Ему казалось, что раз уж он попался на крючок шантажа, дело затянется, и его собственная жизнь не будет принадлежать ему.

Но — нет. С тех пор, как ему сообщили о задержании Андрея Мурова, его оставили в покое. Он уже несколько раз встречался с Рыбниковым, однако тот проходил мимо, как ни в чем не бывало. Расследование шло, журналистам осторожно сообщали первые данные, тела тридцати семи жертв готовили к захоронению. Вроде как все наладилось, однако Дмитрия не покидало чувство, что его втянули в какую-то театральную постановку, где лишь немногие знают свои роли.

Он надеялся получить хоть какие-то пояснения от Анны и Леона, да только эти двое действовали не как обычно. Раньше они объединялись — и это злило Дмитрия. Но как только он со всем смирился, они решили работать порознь, как будто назло! Его брат оказался втянутым в непонятное расследование, которое его вообще не касалось, он словно забыл о том, к чему его привлекли.

Дмитрию пришлось решиться на то, что раньше казалось ему невозможным: он отправился за ответами к Анне Солари. Позвонить ей он не мог, он не был уверен, что его телефон не прослушивают. Зато он знал, куда она поехала, это и Леону было известно.

Так было спокойней, лучше. Дмитрий все равно не смог бы сейчас вернуться к своей семье, ему казалось, что он подставляет их под удар. Мила приняла все спокойно, хотя и была насторожена. Лидия наверняка закатила бы скандал, но она, к счастью, прислушалась к его совету и уехала.

Его решение было несколько спонтанным, и все же так ему было спокойней. Да и Леон наверняка скоро отправится за ним, он долго без своей девицы не выдержит! Им будет удобней обсудить все там, вдали от близких людей, которые могут пострадать.

Дмитрий не жалел о своем решении, и все-таки один недостаток в этой ситуации был: ночь застала его в дороге. Летние ночи приходят поздно, но даже так он попался в их ловушку. Он только приближался к городу, когда на дорогу опустились сумерки. А ему еще и пришлось поблуждать по незнакомым улицам: в прошлый раз его сюда привезли, а с пассажирского кресла все смотрелось иначе.

Зато когда он наконец подъехал к нужной улице, пропустить ее было сложно: здесь повсюду стояли пожарные машины, перемигивались красно-синими огнями «скорые», а за полицейским ограждением собирались толпы прохожих. Этот городок, в прошлом мирный, настигла вторая за считаные недели большая беда: отель пылал открытым пламенем.

Это был тот самый маленький отельчик, где их поселили при прошлом визите, но кто б узнал это здание! Оно запомнилось Дмитрию аккуратным кремовым домиком, старым, однако неплохо восстановленным. Теперь же его стены покрылись копотью, а окна едва просматривались из-за черного дыма.

Такой огонь не возникает на пустом месте или из-за внезапно вспыхнувшей проводки. Дмитрий достаточно часто работал на местах преступлений, чтобы определить: это поджог, без вариантов.

Поджог того здания, где сейчас Анна! Этого открытия было достаточно, чтобы ужас накрыл его ледяной волной. Они с этой ненормальной во многом могли не соглашаться, не понимать друг друга, и все же Дмитрий не желал ей зла. Он привык к ней и знал, как много она значит для Леона. Он не представлял, что будет с его младшим братом, если она погибнет!

Он выбрался из машины, подбежал к отелю и там остановился, не зная, как быть, что делать. Может быть, Анны вообще нет в этом отеле? Она останавливалась здесь в прошлый раз — а теперь могла предпочесть что-то другое… Нет, не будет все так сказочно. Вон, на парковке стоит ее машина…

Анна поселилась в этом отеле, занимаясь расследованием — и здание подожгли. Совпадение ли это? Хотелось бы, да вряд ли! Дмитрий сильно сомневался, что в этом отеле нашелся бы второй человек, у которого скопилось бы столько врагов. Теперь он искал ее взглядом среди перепуганных групп постояльцев, спасенных пожарными… и не находил.

Она бы выбралась, если бы у нее был шанс. Она ловкая и сильная, как кошка, сто раз уже доказывала! Но если пожар устроили из-за нее, никто не позволил бы ей сбежать.

Нужно было что-то делать, вот только что? Дмитрий не привык принимать такие решения на ходу. Ему было проще просчитать все варианты, а желательно вообще раздавать указания из кабинета. Если он и бывал на местах, где умирали люди, то уже после того, как все случилось как судмедэксперт.

На этот раз ему никто не давал шанса размышлять. Делай или нет — вот и весь выбор.

Дмитрий и сам толком не понял, что произошло дальше, он просто действовал. Воспоминания были рваными и смутными. Вот он прорывается через толпу, показывает документы полицейским, что-то говорит. Его не хотят пускать, но рядом полыхает пламя, отвлекает их, и нужно помочь пожарным… На него больше не обращают внимания, а он не собирается останавливаться.

Он, всегда заботившийся о своей безопасности, входит в горящий дом! Впрочем, нельзя сказать, что это было чистым безумием с его стороны. Даже в этом странном, похожем на транс состоянии, в котором Дмитрий уже подозревал аффект, он постоянно оценивал все, что происходило рядом с ним. Он выбирал те коридоры и лестницы, которые пока были свободны от огня.

Внутри все оказалось не так плохо, как выглядело снаружи. Спасательные работы продолжались, пожарные выводили людей, но Анны по-прежнему нигде не было. Как же глупо будет, если она выйдет сама, а он, пытаясь спасти ее, погибнет! Но об этом Дмитрий предпочитал не думать.

Он искал ее прежний номер. У него не было никаких гарантий, что она снова остановилась именно там — однако шансы на это были весьма высоки. Дмитрий помнил, как она при нем объясняла Леону, почему выбирает определенный номер. Это было как-то связано с путями отступления, с соседями… Не важно, с чем, важно, что таких номеров в маленьком отеле наверняка немного. Если у нее был шанс заселиться в уже проверенный, она бы воспользовалась им.

Дмитрий точно знал, что попытка будет всего одна. Если ее не окажется в этом номере, он… просто уйдет. Леон, может, и метался бы по всему отелю — пока не сгорел бы сам. Но Дмитрий, при всем желании помочь ей, не готов был отдать за нее жизнь.

Уже оказавшись на нужном этаже, он понял, что его усилия были не напрасны — он услышал ее голос.

— Помогите! Откройте дверь, быстрее!

Она не была в истерике, но она определенно испугалась. Анна была одним из самых сдержанных людей, которых он знал, она не терялась в опасных ситуациях. Если она до сих пор не покинула номер, причина должна быть очень серьезной.

— Анна!

Огня на этом этаже не было — но был дым, удушающий, ослепляющий. Дмитрий закрыл лицо платком, хотя понимал, что это слабо ему поможет, и поспешил к нужной двери. Он мгновенно понял, почему Анна еще внутри.

Замок был сломан — просто вырван из двери так, что любой ключ стал бесполезен. Но и этим те, кто запер Анну внутри, не ограничились. Дверь подперли стулом: идеальный в своей банальности ход. Она наверняка умела вскрывать замки, она была из тех, кто додумается открутить у двери петли. Но что делать, если само деревянное полотно оставалось неумолимо неподвижным?